Чтение онлайн

– Я приму любую критику в свой адрес, мне не в первой. – Иван с гордостью парировал, ему нравилось, когда все не так просто, как кажется сначала.

– Моя муза не удостоила тебя творением, – прозвучало слишком сурово и Маша решила немного сгладить углы, – Может быть, в другой раз.

– Другого раза может и не быть, – Иван заметно погрустнел.

– Значит, не судьба. – девушка пожала плечами.

– А знаешь, иногда, чтобы что-то сделать, не обязательно увидеть зеленый свет, можно просто выключить красный, – он опять говорил загадками, точно это еще один психологический фокус, попытка пикапа. – Вот представь, что ты стоишь на перекрестке, горит красный, и ты послушно стоишь. Но вот проходит время, красный выключается, но никто не зажигает для тебя зеленый. Неужели ты будешь, как дура, стоять там и ждать нужного сигнала? Машины стоят, другие идут, а ты в ступоре. Потому что так нельзя. А почему нельзя? Никто не решит этого за тебя, все это лишь в твоей голове. И твои решения они только твои. Вооружись логикой, интуицией и вперед. А, бывает, ты стоишь, а светофор не меняет свет. Машины все едут и едут, и тут у тебя есть выбор. Ты можешь стоять и смотреть, как проходит твоя жизнь, тратить драгоценные минуты, потом годы и прочее. Ты будешь стоять, ждать, злиться, а потом просто смиришься с неизбежностью. Уйти будет сложно, ведь уже столько времени потратила пока стояла здесь. Разве можно теперь свернуть? А фокус в том, что можно. Можно в любой из моментов.

– А другие варианты? – Маше понравились его теории.

– Есть вариант, что ты не заметила кнопочки на светофоре, возможно, если начнешь оглядываться по сторонам, найдёшь ее и нажмешь, а, может быть, нажмет кто-то рядом. Видимо, для этого и существуют хорошие друзья, которые помогут тебе найти правильную дорогу, не свернуть с верного пути.

Иван замолчал, повисла слишком долгая пауза.

– Интересно, – и Маша вдруг снова вспомнила, почему она ему язвит, – Можно я запишу это в свой блокнот. На память?

– Не забудь указать автора, ненавижу плагиат. Но ты не послушала про еще два варианта. – Иван забавно нахмурился.

– Дай угадаю, можно попытаться перебежать на красный? – предположила Маша, – Может быть, я успею, а, может, меня кто-то собьет. И тут уже и сказочке конец. Совсем нелепый финал.

– Ты делаешь успехи, умница. – похвалил он.

– Но я не могу придумать четвертый вариант, – призналась Маша.

– Он самый сложный, и многие не решаются. Можно развернуться и сделать пару шагов назад и найти другой путь обхода. Да, долго. Да, возможно, люди посмотрят на тебя как-то косо. Смотри! Она хотела перейти здесь, а потом пошла туда! О, Боже, вот глупенькая. Разве люди так говорят? Никто так даже не думает, так почему же с обычной жизнью иначе? Почему мы не можем спокойно признаться, что зря стоим на этом светофоре. Нам не нужно на ту сторону, на той стороне ямы, канавы, лужи, зомби, в конце концов. Нам лучше вправо, влево, наверх или назад. Мы нужны будем именно там. Признайся себе, что это именно так.

Иван замолчал. Маша не знала, чтобы ответить ему, такого же умного, философского или саркастичного.

– Нам пора в театр, – Иван встал со скамьи первым и подал ей руку. Рука была на удивление теплой, Мария с трудом отпустила ее. Из ниоткуда взявшаяся нежность была то ли спасительным кругом, то ли якорем, тянувшим ко дну.

***

Они поставили наконец этюд. История была про то, что ангел и демон играют жизнями людей, делают ставки и когда-то выигрывает один, когда-то второй. Отыграли и теперь пришли время выйти на поклон.

Маша стояла посередине, в роли главной героини чувствовала себя ежечасно. Точно зная, что ее ангел выигрывает, хоть и поддается. Он обязательно должен выиграть и на этот раз. Девушка держала за руки Венеру и Олега. Она чувствовала, как по их телам разливается кровь, как бурлит в них жизнь, страх, адреналин.

– Браво! – крикнул Антон и раздались долгожданные аплодисменты. Теперь, когда помощник режиссера высказал свою точку зрения, стало можно всем.

Маша почувствовала, что между, держащимися за руки, пробежала искра. Именно она и зажгла любовь. Неуёмную, невероятную и всепоглощающую – любовь к искусству.

По горячим следам, сразу после этюда никто не стал расходиться. Молодые люди, как было принято сели на сцену, режиссер и его помощник сели в зрительной зале. Предстояло то, что волновало ничуть не меньше выступления.

– Итак, сегодня мы поговорим, что было хорошего, а что еще нужно доработать в вашем этюде, прежде чем мы его перенесем на большую сцену, – Антон сидел на стуле, на коленях лежал блокнот, в который он записывал все ошибки и удачные находки. С ним он не расставался ни на секунду.

Помощник режиссера поправил очки, и хотел было начать, но Венера робко перебила:

– Простите, на большую сцену? Что это значит?

– Посовещавшись, мы решили, что ваше творение заслуживает отдельного внимания и естественно его стоить показаться широкому кругу, – быстро пояснил Иван. – Мы планируем показать через неделю после премьеры основной пьесы.

У Маши от такого закружилась голова. Еще никто не оценивал ее творчество так высоко. Тут она встретилась взглядом с Иваном, он улыбался и смотрел на нее так тепло, что на ее щеках быстро появился румянец.

– Итак, давайте обо всем по порядку, – взял слово Антон, – С молодыми людьми мы еще позанимаемся, разучим, как правильно держать осанку, и сделаем несколько упражнений, чтобы вы не выглядели так скованно. Особенно Олег это касается тебя. Ангел не может быть таким, он должен был сосредоточенным, чтобы выиграть, но готовым в любой момент раскрыть руки для объятия, может чуточку наивнее.

После получасового обсуждения Маша поняла, что про ее актерскую игру никто не сказал ни слова. Пьеса, написанная ею еще в девятом классе, по словам всех, была прекрасна, но никто не отметил, что она в роли была хороша. Уточнить, что было не так в ее игре, она не решилась. И тут вмешался Иван:

– Можно мне как одному из старичков высказать свое мнение?

Антон лишь пожал плечами, что означало, что никаких возражений он не имеет.

– Все ребята для первой игры справились со своим заданием, – похвалил Иван, – Чувствовался адреналин, и погружение в предполагаемые обстоятельства. Венера была просто прекрасна в роли закадрового внутреннего голоса, казалось, казалось я слышал его изнутри. Повторюсь, что это было волшебно, как и само произведение. – Молодой человек посмотрел на рыжеволосую кокетку, та лишь смущенно опустила глаза. Маша ревностно следила за этим, в тайне надеясь, что это всё ничего не значит. Но тут он продолжил, – вот только Машина игра меня огорчила.

Девушка изо всех сил старалась держаться холодно и отстраненно. На самом деле больше всего на свете она боялась критики тех, кто ей небезразличен. Увидят ли как сильно задевают их слова? Заметят ли, что имеют власть над ней?

– Твоя героиня показалась мне слишком обычной. То есть сама мысль и постановка цепляют, но может быть ей добавить немного жизни, живости. Тебе не хватает опыта, интровертам это иногда свойственно. – Иван чье мнение для Маши было таким важным, старался как можно аккуратнее направить её.

В тот вечер Маша попыталась побыстрее уйти из театра, пока никто не заметил насколько она расстроена. Чтобы не услышать еще какой-либо критики или ещё хуже сочувствуя и поддержки. Девушка стояла на светофоре, моросил мелкий противный осенний дождь. Неожиданно над ней появился зонт.

Маша хотелось сказать что-нибудь резкое, но, когда она развернулась, увидела, что рядом с ней не Иван, а Антон. Помощник режиссера выглядел немного растерянным. Девушка улыбнулась, попытавшись сделать это как можно естественнее.