Чтение онлайн

Будет полезно вспомнить, каким образом из одного источника в близлежащие районы распространяются популяции животных, постепенно расширяя свою географию, когда тому способствуют условия. В прологе я привел в пример распространение кольчатой горлицы по всей Европе, с востока на запад, и объяснил, что в этой экспансии участвовали многие поколения птиц. Это не было миграцией. Нечто подобное могло произойти с расширением географической зоны обитания народов Северо-Восточной Африки примерно 80 тысяч лет назад. Это была не целенаправленная миграция и уж точно не массовый исход в поисках более зеленых пастбищ.

Я подчеркиваю это, потому что экспансия населения из Северо-Восточной Африки в направлении Австралии все еще изображается как эпическая миграция народов. И поиск «маршрута» почти так же бессмыслен, как поиск «недостающего звена» в XIX веке.

Первое препятствие — Ворота слез (Баб-эль-Мандеб), узкий пролив, отделяющий Северо-Восточную Африку от Аравийского полуострова. Этот 25-километровый участок глубиной 137 метров, соединяющий Красное море и Индийский океан, никогда не был сухопутным мостом. Даже во времена понижения уровня моря сохранялся узкий 5-километровый канал воды, отделявший Африку от Аравийского полуострова [180] . Был ли этот узкий канал препятствием для людей? Это кажется маловероятным, однако в отсутствие прямых доказательств вопрос остается открытым. Если люди не проникли на Аравийский полуостров через Ворота слез, тогда они, вероятно, распространились на север, на Синайский полуостров и оттуда — через Аравийский полуостров или в обратном направлении вдоль противоположного побережья.

Давайте на минуту остановимся и подумаем, сколько времени заняло бы географическое распространение из Северо-Восточной Африки до Аравийского полуострова, если бы море было для людей препятствием. Чтобы попасть с одного берега Ворот слез на другой длинным путем, придется преодолеть около 4,5 тысячи километров. При темпах прироста населения среди людей, который мы рассчитали в прологе и который соответствует недавним исследованиям [181] , для этого потребовалось бы 1500 лет, или 100 поколений. Чтобы попасть на Аравийский полуостров, а не на другую сторону Ворот слез, потребовалось бы гораздо меньше времени. Расстояние около 2,6 тысячи километров потребовало бы около 876 лет, или 58 поколений.

Так что перемещение из Северо-Восточной Африки в Аравию (или обратно) путем нормального процесса географической экспансии при благоприятных для роста населения условиях не потребовало бы особого мастерства, свойственного лишь разумным людям. Как мы видели в главе 2, более ранние версии людей гораздо быстрее достигли Юго-Восточной Азии, и многим другим видам животных зачастую удавалось распространиться на еще большие расстояния, когда условия были для них подходящими. Также неправильно предполагать, как это часто делают, что географическая экспансия в Аравию была движением в одном направлении. Гораздо более правдоподобно, что популяции людей из основной области разрастались в подходящие местообитания в разных направлениях. Чтобы найти свидетельства географического распространения людей позднее 80 тысяч лет назад, нам стоит искать во всех направлениях, начиная с районов, прилегающих к основной области. Долина Нила кажется неплохим началом.

Переместившись в Аравию и Индию, мы также обнаружим, что человеческие окаменелые останки этого периода в этих частях мира практически не найти. Значит, нам стоит полагаться на каменные орудия и другие объекты материальной культуры, свидетельствующие о присутствии людей. Технологии интересующего нас периода, обнаруженные в регионе, относятся к группе среднего палеолита, подобно инструментам, которые неандертальцы и протопредки изготавливали на Ближнем Востоке 130–100 тысяч лет назад. В отличие от Ближнего Востока, Средний и Нижний Египет этого времени кажутся безлюдными. По крайней мере, археологические объекты моложе 100 тысяч лет здесь практически отсутствуют [182] . Это довольно странно, так как климат в то время был теплым и влажным по всему региону [183] .

Присутствие человека в долине Нила становится очевидным позднее 100 тысяч лет назад [184] . В то время Ближний Восток был занят только неандертальцами, поэтому между ними и народом долины Нила возникло своего рода разделение на север и юг. С того момента и до 70 тысяч лет назад в долине сосуществовали две разные технологические группы, и они, вероятно, представляли разных людей [185] . Одна группа, нубийская, была широко распространена по всему Северному Египту и, возможно, в пустыне. Ее технология включала в себя каменные наконечники, вероятно, для охоты на дичь, которая, по-видимому, была основным промыслом нубийцев. В северных пределах долины Нила они появились внезапно и, похоже, были чужаками, попавшими в этот район с юга.

Вторая популяция — это группа нижней долины Нила, по-видимому, обладавшая технологиями местного происхождения. Похоже, эта группа сосуществовала вместе с пришельцами, лишь изредка отваживаясь отдаляться от реки. Возможно, они были частью популяции протопредков, которые жили поблизости, на Ближнем Востоке, и продвинулись на запад, до Марокко (см. главу 3). Их технологии были практически идентичны технологиям этих протопредков и неандертальцев. Могли ли нубийцы быть предками? В любом случае, у нубийских пришельцев не было очевидного преимущества перед местными жителями, и обе группы долгое время жили в одном и том же регионе, занимаясь разными промыслами в разных местообитаниях. Третья популяция, неандертальцы, тоже была неподалеку, на севере.

Время от времени, когда климат сближал предпочтительные для них среды обитания, две нильские группы жили в непосредственной близости. Вывод, который мы можем сделать из этого интересного наблюдения, заключается в том, что динамики популяции людей в то время не отличались от сегодняшних: в пойме реки плотность населения была высокой, а в соседних пустынях жили подвижные кочевые группы. Нубийцы пустыни вели подвижный образ жизни: в трудные времена они передвигались и даже временно поселялись рядом с рекой или побережьем Красного моря. Оседлые люди реки держались подальше от пустыни и конфликтовали с людьми пустыни, когда их пути пересекались [186] . С точки зрения классификации действующих лиц человеческой истории, сформулированной в прологе, нубийцы были определенно новаторами, а другие были консерваторами. В постоянно меняющемся мире долины Нила, восточной части пустыни Сахара и побережья Красного моря ни одна из этих популяций никак не могла заполучить превосходство над другой.

Археология Аравийского полуострова интересующего нас периода, к сожалению, не очень хорошо известна. Были найдены места производства каменных орудий, которые напоминают подобные места на Ближнем Востоке, в Африке и Индии; они вписываются в широкие временные рамки 175–70 тысяч лет назад [187] . Некоторые из них расположены на побережье Красного моря, но есть и другие, расположенные далеко от воды и даже в горах. Заселение человеком Аравии в это время тесно связано с источниками пресной воды: реками, ручьями, озерами и родниками. Но по мере того как климат становился более засушливым, людям приходилось приспосабливаться к жизни в пустыне. Существует мало убедительных археологических свидетельств прибрежного передвижения людей в направлении Индии. Во всяком случае, имеющиеся данные свидетельствуют о крупной популяции, жившей во времена, когда были распространены травянистые сообщества и влажные земли. Аравийский полуостров был восточной оконечностью семиаридных сезонных саванн Северной Африки, и его жители, вероятно, были очень тесно связаны.

Присутствие североафриканской (атерийской) технологии на археологическом объекте на юго-западной окраине обширной пустыни Руб-эль-Хали («пустой квартал») доходчиво иллюстрирует эту связь [188] . Эта пустыня охватывает большую часть юго-востока Аравийского полуострова и находится на значительном расстоянии от североафриканской цитадели атерийской культуры. Отличительной чертой этой культуры является каменный остроконечник в форме листа с ножкой в основании, при помощи которой он мог крепиться к деревянному древку. Люди, которые изобрели атерийские объекты, были охотниками и могли метать свои орудия в добычу с расстояния. Эта технология представляла собой развитие каменных остроконечников, которые делали протопредки и неандертальцы на Ближнем Востоке и которые приделывались к деревянным рукояткам для создания колющих копий [189] . Разница заключается в среде, где эти люди охотились; дело не в том, что одна группа людей была более сообразительной, чем другая. Среда становилась более засушливой и открытой, уменьшалось количество деревьев и кустарников, в которых можно было устраивать засаду, поэтому тяжелые колющие копья были вытеснены более легкими, которые можно было метать с расстояния. Позже мы увидим аналогичный пример из евразийской степи.

Первые атерийские объекты появляются в археологической летописи 85 тысяч лет назад и получают широкое распространение по всей Сахаре, на западе, в Марокко, и к югу, в районе озера Чад и в Нигере [190] . Где бы их ни обнаруживали, они, казалось, были неизменно связаны с пустынями; даже в Марокко, где климат колебался от полузасушливого до засушливого, технология была интерпретирована как адаптация к пустынной среде. Возможно, это было скорее способом охоты в засушливых, безлесных местообитаниях, где самыми распространенными травоядными животными были газели малого и среднего размера. Охотиться на них можно было только с расстояния при помощи копий или стрел [191] . Поскольку в центральных районах Сахары климат становился все более засушливым, атерийцы больше не могли там выживать, и это привело к их вымиранию. Более поздние атерийские участки появляются в таких местах, как Марокко, которые, несмотря на засушливость, сохранили некоторую растительность и фауну. Здесь атерийцы, вероятно, дожили до периода 20 тысяч лет назад, однако это утверждение остается спорным. Атерийская технология возникала на фоне изменения климата, который становился более сухим, в Сахаре, на северо-востоке Африки и на Аравийском полуострове. Она, по-видимому, сформировалась на основе технологий, которые протопредки и неандертальцы вырабатывали на протяжении тысячелетий. Вполне возможно, что ее изобрели именно протопредки, хотя доказательств мало [192] . Практика создания наконечников в форме листа, похоже, зародилась в долине Нила среди нубийцев, которые расселялись на обширных засушливых территориях, когда климат ухудшался [193] . В то время некоторые протопредки, обладавшие традиционными технологиями, покинули такие районы, как Ближний Восток, а мозаичные местообитания, ставшие основой нашей эволюции, исчезали, тогда как степи и пустыни захватывали землю. Многие из традиционных консервативных людей остались «запертыми» на островках мозаичных местообитаний недалеко от Нила и уменьшавшихся озер. Новый мир засушливых открытых пространств поманил людей-новаторов, выживших на засушливой периферии богатых саванн и редколесий Северо-Восточной Африки. Как и бедные люди в Гибралтаре в XIX веке, которых мы встретили в прологе, эти новаторы, родившиеся и привыкшие выживать в условиях засухи, гораздо лучше себя чувствовали в высыхающем мире, чем те, которые очень долго жили в хороших условиях. Могли ли нубийцы-атерийцы совершить переход от протопредка к предку в Северной Африке и Аравии?