Чтение онлайн

– Тогда возьмем еще Лейлу, - предложил успокоившийся Бойцов.
– Она сейчас недалеко оттуда, в Панаме, я сегодня же свяжусь с ней. В разведке ей нет равных, не было еще такого места, куда она не сумела бы проникнуть.

– Тогда пусть вылетает в Штаты не медля, - согласился Захар.
– Ну, а ты Сережа?

– В Неваде вы справитесь без меня, - ответил Жуковский.
– Я займусь хранилищем. Сначала попробую попасть туда один, а потом, если там действительно хранятся артефакты древних, мне понадобится помощь, чтобы разобраться с ними и перенести в другое место, раз уж Ханданах засвечен. Кстати, Степан, надо узнать, кто разбомбил шахту, и откуда эти люди узнали о том, что искали в Якутии американцы. Кто этим займется?

– Георгий, - не задумываясь, ответил Бойцов.
– Он справится.

– Хорошо, - подвел итог Жуковский.
– А сейчас, с вашего позволения, я поеду домой, мне надо еще поработать, нарыть кое-какую информацию. Вы сможете вылететь завтра? Как у вас с визами?

– Не задавай глупых вопросов, - поморщился Захар.
– Кстати, надо прихватить с собой "горного инженера Паттерсона", здесь он нам больше не нужен. Пусть потом рассказывает хозяевам, как ему удалось перехитрить русские спецслужбы, сбежать от них и самостоятельно добраться до Америки.

Сергей распрощался с Бойцовым и Захаром, сел в машину и позвонил Насте. Дочь оказалась дома, и Жуковский решил заехать к ней, хоть это было не по дороге.

– Папка!
– Настя обрадовано кинулась ему на шею, и тут же упрекнула: - В Москве бываешь почти каждый день, а ко мне в первый раз заехал! Жаль, Максима нет, он в галерею уехал. Выставка у него скоро будет!

Она потянула отца к окну и показала на стоящую в переулке серебристую машину:

– Видишь, "Тойота-Королла"? Это мы себе купили, теперь будем чаще к вам приезжать!

– Она у тебя так и стоит на улице?
– удивился Жуковский.
– Не боишься, что угонят?

– Конечно, не боюсь!
– беспечно засмеялась Настя.
– Завести ее без меня или Максима все равно никто не сможет, а местной шпане я внушила, что эту машину трогать нельзя, и чтобы всем своим друзьям это передали.

Жуковский хмыкнул, а дочь уже сменила тему.

– Как мама? У нее все в порядке?

– Конечно! Мы ведь с тобой недавно провели сеанс, - так они с дочерью называли регулярные мероприятия по омоложению организма Веры.
– Вот только скучает без дела, на работу хочет. Где же ей в нашем городке работу найти? А в Москву переезжать боится, слишком, говорит, суматошный город. Ладно, что-нибудь придумаем. Ты-то как?

– Мы - нормально!
– улыбнулась Настя, поглаживая живот.
– Каждый день разговариваем. У нас все будет хорошо.

– Ты уверена?
– озабоченно спросил Жуковский. Конечно, щадя чувства дочери, он ничем не выдавал своих горьких мыслей о том, что ей предстоит то, через что проходят все матери-долгожительницы. Что ей придется пережить собственного сына.

– Я совершенно уверена!
– с лица Насти сошла улыбка, потому что она безошибочно поняла, о чем сейчас подумал отец.
– И вообще, папа, мне нужно с тобой очень серьезно поговорить.

– Ну что ж, давай поговорим, - согласился Жуковский и уселся в обтянутое зеленым бархатом высокое старинное кресло с резными подлокотниками в виде грифонов.

Настя помолчала некоторое время, будто не решаясь начать разговор, так что отцу пришлось подбодрить ее:

– Давай, выкладывай, что там у тебя. Не переживай, я все пойму.

– Может поймешь, а может и нет, - вздохнула дочь.
– Ну, ладно, слушай. Ты помнишь дедушку Бахтияра, сторожа с египетского кладбища?

– Дедушку?
– удивился Жуковский.
– С чего бы это он тебе такой родной стал?

– Он очень хороший человек, - насупилась Настя.
– Не надо про него плохо говорить.

– Да я и не думал!
– смутился Жуковский.
– Просто я не понял, почему ты о нем вспомнила.

– Мы с ним долго разговаривали той ночью, когда ты под землей с Иваном Матвеевичем воевал. Он очень умный, много знает, и о многом мне рассказал.

У Жуковского перед глазами встало мусульманское кладбище, изрезанное морщинами лицо старого Бахтияра, и вспомнились его прощальные слова: "береги дочь! У нее великое будущее и, пока она молода и не осознала еще своего предназначения, многие будут бороться за влияние на нее". Что наговорил старик Насте?

– Кое о чем я догадывалась сама, - продолжала дочь, - на что-то намекнула Лейла, но Бахтияр открыл мне глаза. Он рассказал мне одно старинное предание, которое услышал от своего учителя, тот - от своего предшественника, и так далее. Ты не смейся, дедушка Бахтияр вовсе не темный человек, как можно подумать с первого взгляда. Все сторожа на том кладбище были очень умные и образованные люди, а Бахтияр настоящий философ.

– Да я и не думаю смеяться!
– сказал Жуковский.
– Я тоже сразу понял, что он не так прост.

– В общем, вот о чем он мне рассказал, - смягчилась Настя.
– Когда-то, давным-давно кладбище охранял человек, у которого был особый дар видеть важные события далекого будущего. Тогда, сказал Бахтияр, как и сейчас, существование общин таких людей, как мы (Насте почему-то не нравилось выражение "люди духа", и она старалась избегать его в разговоре), постоянно висело на волоске. Поддержание собственной численности превратилось у них в самоцель и практически стало смыслом жизни. А сейчас разве не так? Положа руку на сердце - в чем смысл существования ордена и клана? Не знаю, как насчет этого в Индии и Китае, но, думаю, все обстоит так же.

– Ну, это спорный вопрос, - попытался возразить Жуковский, понимая, что кривит душой. Что-то очень похожее он слышал от Захара еще десять лет назад.

– Ладно, не будем уходить в сторону, - махнула рукой Настя.
– Речь шла в основном о том, почему наши дети никогда не наследуют наше долголетие и наши способности. Бахтияр сказал, что это часть Божьего наказания за грехи наших предков. Но тот прорицатель, про которого я тебе говорила, считал, что кара наложена не навечно. Понимаешь, он видел не просто будущее, а различные его варианты, которые могут сбыться при особом стечении обстоятельств.

Жуковский вспомнил свои видения возможного апокалипсиса, которые случились у него летом, по дороге из Красноярска в Москву, и у него похолодело в груди. Он понял, что Насте открылось нечто очень серьезное. Возможно, она сама не до конца сознает важность открывшихся ей знаний.

– Он говорил, что это за обстоятельства?
– сдавленно спросил он у дочери.

– Так я же и рассказываю! Нам вроде как оставлена возможность все изменить, реабилитироваться, что ли. А условия такие. Когда мы окажемся в шаге от пропасти, должен появиться человек с невиданными способностями, которому будет дано спасти нас всех, отвести от края. Это первое условие. Второе - у этого человека должна быть дочь, унаследовавшая его способности. Она-то и избавит людей от древнего проклятия. Не только нас, но вообще людей. Понимаешь - все человечество!