Выродок
Шрифт:
Прервав ход своих мыслей, он с немалым сожалением резко остановил вытягивание огня – на сегодня хватит! – и оглянулся. Существа вокруг двигались невероятно медленно, но не хотелось смущать их своей скоростью, поэтому он встроился в общий ритм. Взмахивая деревянным прутиком, сжимаемым верхней конечностью, он задумчиво разглядывал следы огня на ней. Это был немного другой огонь – совсем другой, честно говоря! – но все равно очень вкусный, и его тоже хотелось попробовать. Он сосредоточился и приступил к решительным дейст…
— Аааааа!
Мир вокруг почему-то встал на дыбы. Это было неприятно.
— Малфой, что с тобой?! Пэдди, чем ты в него швырнул?!
— Да ничем особенным, Джош! Обычный Петрификус, даже без выкрутасов! У Малфоя реакция замедленная, я не хотел его гонять, он же сегодня у Фиска занимался…
— Быстро наверх, слышишь?! Вызывай целителей! Ох, в Бога, в душу, в мать…
— За… чем… це… ли… те… лей… — звуки произносились с трудом. – Не… на… до… Я… в… по…
— Малфой, лежи и молчи! Я здесь командир, ты обязан мне подчиняться!
— Да в порядке я! – ох, как же зовут этого, который считает, что он здесь главный?! Его ведь другой называл… А, вспомнил! – Джош, не пори горячку! – он вскочил на ноги и быстро прошелся по залу. – Я в порядке, слышишь?! Пропустил удар, с кем не бывает!
— И орал под Петрификусом?! – ехидно осведомился еще один парень, — кажется, его зовут Эдди. – Да нормальный человек на твоем месте и рта бы раскрыть не смог, не то что вопить!
— А я не нормальный! Я выродок, разве ты забыл?!
— Малфой! – он впервые видел, чтобы спокойный, невозмутимый Трентон сорвался на крик. Закусив губу, Джош умолк, подошел к Драко очень близко и негромко сказал: — Малфой, я понимаю, в девятнадцать лет всем хочется геройских подвигов – и побольше, побольше! Но поверь мне – я, как-никак, Летучим отрядом командую! – ты за этот год влип в такое количество подвигов, с которым любой из моих бойцов сталкивается лет за пять! Одной встречи с диким драконом за глаза хватило бы, а были еще и Черные Дыры, и Генеральная Репетиция, и Туннели! Малфой, тебе нужно отдохнуть, придти в себя, набраться сил! И не спорь! Тебе только девятнадцать, и если ты считаешь, что пока еще не выполнил норму подвигов, то, поверь, они от тебя никуда не денутся! Но сейчас придет целитель, и я очень тебя прошу принять его вежливо и выполнить все его распоряжения! Я не прощу себе, если кто-то из моих людей пострадает по моей вине!
Тревога, звучавшая в голосе Трентона, смутила юношу, но последние слова расставили все по местам. Джош просто боится взыскания за проявленную в должности командира неосторожность, только и всего! Но идти на конфликт действительно не стоит…
— Хорошо, я согласен!
— Вот и молодец, Малфой!.. Добрый вечер, целитель Симмонс! Тут у мистера Малфоя возникли некоторые проблемы, вы не могли бы его осмотреть?
Через час немолодой серьезный целитель взглянул на Драко чуть насмешливо:
— Хорошие у вас друзья, молодой человек! Не хуже, чем здоровье! Должен сказать, у вас очень крепкий организм, особенно если вспомнить все передряги, в которые вам довелось попасть в последнее время! После ожогов вы восстановились полностью. Вот только с кистями рук имеются некоторые проблемы, но, если пожелаете, на них можно пересадить новую кожу – мы возьмем у вас несколько микрочастиц здоровой, наложим на них заклятие роста и…
— Не надо мне другую кожу! – громкость собственного крика неприятно удивила. – Эта кожа моя, и мне не нужна другая! – заметив изумленный взгляд целителя, юноша понял, что должен придумать хоть какое-то объяснение, и быстро сказал: — Я не хочу забывать о встрече с диким драконом, сэр! Кисти рук – это память о моей глупости…
— Как вам будет угодно, мистер Малфой! Но если вдруг передумаете – милости просим!.. Туннели тоже на вас не слишком сильно повлияли, так что вы здоровы как бешеный огурец! С удовольствием успокою Джоша, а то он совсем затерзался угрызениями совести…
После всех событий этого хлопотного вечера Драко четко усвоил одно – кожа на его кистях неприкосновенна. Ее нельзя ни лечить, ни пытаться изменить каким-то другим способом, иначе случится что-то очень плохое! Юноша не мог сказать, что его радует такое положение вещей, но после всего пережитого казалось несусветной глупостью горевать об обожженных руках.
Теперь жизнь была расписана по минутам. После окончания рабочего дня Драко шел или на занятия к Фиску, или на тренировки в «Ножки нимфы». Первая половина субботы также проходила в обществе Кулака, время после обеда юноша проводил в больнице у мамы – целители разрешили ей принимать посетителей, — а вечером отправлялся на очередное сражение в клуб.
Как оказалось, ласковую обслугу принимали в отряд не за красивые мантии, а за умение драться. Рядом с ними Драко чувствовал себя, словно на первых тренировках в квиддичной команде Слизерина. Собственная неумелость порой до ужаса раздражала, но юноша понимал, что практика игровых боев не менее полезна, чем опыт Туннелей. Против инфери и огнечервей нужно было применять всего лишь несколько заклинаний, а в «Ножках нимфы» пришлось вспомнить все известные боевые заклятия и учить немало новых.
Впервые Драко участвовал в сражении в клубе через две недели после того, как присоединился к команде; соперниками оказались Дети Подземелий-3. Поначалу было тревожно, но волнение быстро прошло, сменившись азартом боя. Юноша полагал, что не сделал на поле битвы ничего особенного, однако Джош, явно находившийся в эйфории после первой победы, которая была одержана под его командованием, в итоговой речи особенно поблагодарил новичков, в том числе и Малфоя.
Воскресенье же, к безмерному удивлению Драко, стало днем свадеб, хотя поначалу этого ничто не предвещало. Отправляясь на бракосочетание Крисси и Оуэна, юноша довольно сильно тревожился. Ситуацию усугубило то, что среди присутствующих младше пятидесяти лет только Драко пришел в мантии, все остальные, включая жениха и невесту, надели джинсы. Но и новобрачные, и их родичи, и гости встретили юношу приветливо, а пациенты ожогового отделения, с которыми он встречался в Туннелях, благодарили за вовремя вправленные на место мозги. Смотреть на сильно обожженных людей было страшновато, но Драко, призвав на помощь все слышанное от родичей об умении светского человека держать себя в руках, очень старался вести себя как обычно.
Хозяева и гости были настолько приветливы, что юноша начал опасаться очередных атак любвеобильных девиц и парней. Однако в этот раз никто не рвался разделить его общество, что не могло не радовать. Тем не менее, на возникавшие у Драко немногочисленные вопросы все отвечали с искренним расположением.
Сидя за праздничным столом, юноша попытался вытянуть с лица Оуэна огонь и сам себе не поверил, поняв, что это снова получается. Мысленно напомнив себе об осторожности, Драко после недолгого контакта с женихом переключился на других присутствовавших на свадьбе пациентов ожогового отделения и, когда торжество завершилось, остался очень доволен собой. Большинство людей наверняка не заметили никаких изменений в ожогах, но юноша спинным мозгом чувствовал, насколько в них уменьшилось количество огня.
Вернувшись домой, Драко с удивлением обнаружил в кармане своей мантии дюжину приглашений на свадьбы и крестины. Поразмыслив, юноша понял, что, занимаясь вытягиванием огня из ожогов, видимо, еще и болтал с другими гостями, которые, пользуясь рассеянным состоянием собеседника, вручили ему эту мерзость. Увы, правила этикета строжайше запрещали отказываться от приглашения на торжество, если ты принял уведомление о нем в письменной форме. К счастью, финансовые проблемы остались в прошлом, и денег на подарки новобрачным и новорожденным должно было хватить с лихвой.