Выше головы! (CИ)
Шрифт:
Я остался совершенно один, и это было правильно, тем более, такие обстоятельства, но никакие аргументы не могли унять боль в груди.
— Привет! Это я! Звоню, чтоб сказать: всё прошло хорошо. Изя уже у Тани. Он там всем понравился!
Я набрал заветный номер по дороге из метро. Было совсем темно, и мороз усилился. Я шёл, поскальзываясь, по пустой дорожке сквозь безлюдные дворы, которые начинались после шоссе.
«Приду — сразу спать завалюсь…»
— Хорошо, — ответил телефон. — Я рада за него… И за тебя.
Можно было отключиться, но я не утерпел и признался:
— А знаешь, я тут подумал, что у нас с тобой как в той песне. Помнишь, в той старой? Мы ещё её слушали тогда в кафе. Когда они двое встретились в автобусе…
— В троллейбусе. «Привет», да? Хорошая песня. Очень грустная. Но не про нас, — добавила она, как будто прочитав мои мысли.
— Почему?
— Потому что ты другой — не тот человек, что в песне. В песне он был просто слепой дурак.
— А я — нет?
— Нет. Ты другой, — она помолчала, как будто подбирая слова. — Ты всегда был на полшага в стороне от всех. Всегда был как будто лишний. И ждал своего корабля. Но ты бы никогда не пригласи туда кого-нибудь ещё.
Я хотел возразить: на самом деле место всем бы нашлось! Но она продолжала — и стало уже не до кораблей и песен.
— Ты хороший, Родион. Но ты много не знаешь. Наверное, теперь можно сказать. Я от тебя аборт делала…
Пустые дворы многоэтажек — лишь окна горят. Но можно легко представить, что это декорации, и за этими окнами нет никого. Для меня — нет, а разве не это главное?
— Чего молчишь?
— Я слышу. Я не знаю, что говорить…
— А, понятно. Ну, наверное, ты прав: что тут скажешь?
— А когда? — спросил я через пару минут.
— Тогда. После того, как мы расстались. Как ты сказал, что не хочешь рисковать, когда есть только чувства.
— Если бы я знал!.. — воскликнул я, прижимая к щеке холодную коробочку смартфона. — Но я же не знал!
— А что бы это изменило? — её голос был ровен и спокоен — для неё это были дела давно минувших дней, и вряд ли она что-то чувствовала по этому поводу. — Ты решил, потому что не верил в свои чувства. А если так — были бы не чувства? То есть, не любовь была бы, а ответственность? Ещё лучше… Нет, это я решила. Я имею право.
Спорить с этим я не мог, и вообще — всё давно прошло. Но как же горько было, что я не знал!
— Я не хотел!
— А я тебя не виню. Я сама не ожидала, что так получится. А когда узнала, то решила спросить у тебя. А ты сказал, что не можешь полагаться на чувства. И зачем тогда был нужен этот нежданный ребёнок?
— Зинаида, я бы никогда… Я бы вас…
— Я знаю. Ты бы не бросил. И делал бы всё… Но если ты не мог полагаться на любовь, значит, было бы что-то другое. А мне не нужно что-то другое. Так что… Всё кончено. Не звони мне больше — хорошо? Звони Тане. Или Дане. А мне больше не надо. У нас всё кончено, — и в трубке послышались гудки.
Пи-им! Пи-им! «Какая это нота? — вдруг подумал я. — Фа? Ре? До?»
До моего дома оставалось ещё минут пять, и всё это время я прошел, сжимая телефон в руке. Был бы сильнее — раздавил бы! Был бы андроидом, как Рэй… Был бы, как Рэй…
Завод
В банк я пошёл уже чисто из принципа: на карточке лежала приличная сумма накоплений — зарплата плюс отложенное на чёрный день — и было бы глупо не попытаться снять или хотя бы узнать, что там с моими финансами. С ксерокопией паспорта и справкой из полиции можно было попытаться. «Если что, позвоню старшему лейтенанту Хёгенминову», — решил я, получая талончик в аппарате электронной очереди.
«Перед вами 7 человек, — было написано на талоне. — Планируемое время ожидания: 21 минута». Неизвестно, кто распланировал такой график обслуживания, но и через пять минут очередь лишь удлинилась с конца. Хорошо, хоть мне было некуда спешить!
Я стоял у стеклянной стены, смотрел наружу, на будничную суету и лёд, ярко блестевший под солнцем. Всего неделя прошла. Опять был понедельник — а как будто мир стал другим. Но только для меня…
— Да что ж такое?! — воскликнула одна женщина, когда прошло ещё пять минут — но на табло сменилась лишь одна цифра. — Сколько можно?!
— Приносим глубочайшие извинения! — подала голос администратор зала, которая опекала автомат по работе с карточками. — Часть наших сотрудников была отпущена в очередной отпуск, что совпало с эпидемией гриппа…
— Да меня не волнует, что у вас не так! — перебила её недовольная клиентка. — Мне на работу, понимаете?..
Я рассеянно слушал бессмысленную перебранку — очередь от этого не продвигалась, но надо же как-то развлекаться… Раньше я сам куда-то вечно торопился, экономил секунды — ради чего? Были же у меня какие-то планы. Но теперь я даже толком вспомнить не мог, чего хотел и куда стремился. И вправду становлюсь легче, отказываясь от лишнего!
Зазвонил смартфон, отвлекая меня от невесёлых мыслей.
— Хофнеров, я вас слушаю.
— Родион Чарльзович?
— Да, это я.
— Вас из банка беспокоят…
— Так я у вас прямо сейчас стою!
— Вы пришли закрыть счёт?
— Что? Почему? Какой счёт?
— Вы сняли все средства со счёта, и теперь необходимо либо пополнить, оплатив обслуживание в следующем году, либо закрыть.
— Всё?! А когда это было?! — едва не закричал я, так что женщина впереди испуганно обернулась.
— Так, подождите… Семнадцатого декабря в тринадцать пятнадцать. Все средства были переведены на другой счёт, не нашего банка.
В тринадцать пятнадцать прошлого понедельника я как раз узнал, что документов у меня уже нет. Но надеялся на чудо. «Да уж, быстро они работают!»
— Вы знаете, мою карту украли, и я заблокировал счёт, — объяснил я, слегка успокоившись.
— Всё верно, это произошло восемнадцатого декабря в девять часок сорок три минуты утра, — голос у человека был как у очень хорошего робота: гладкий-гладкий.
«Как у камилла», — подумал я и неожиданно для себя самого улыбнулся.
— Вы собираетесь закрывать счёт? — не унимался банковский служащий.
— Что для этого нужно? — спросил я — чисто для проформы.
— Паспорт, — принялся он перечислять, и тут я его перебил:
— Оригинал?
— Разумеется! Также…
— Хватит! Стойте! У меня украли паспорт! Я не смогу закрыть счёт!
— Тогда вам следует пополнить счёт, чтобы автоматически была списана оплата за банковское обслуживание на следующий год.