Чтение онлайн

– Это мне тот же мужик старый телек отдал.

– Ну и как? Смотришь?

– Да, в основном спортивные передачи.

– Ну, смотри, смотри.

– А ты усы отрастил. Я вначале тебя даже не узнал.

– Телке моей очень усатые мужики нравятся.

– А как насчет того заказа?

– Я же сказал, что отменили. Ну, все, бывай. В следующий выходной поедем, постреляем.

Он ушел, а Иван подошел к окну. Свой джип Череп никогда не ставил перед домом. И сейчас, быстро оглянувшись, он направился к «Перекрестку», где оставлял обычно машину.

«Все, плохо мое дело». Иван ходил по квартире и думал, как поступить. По-хорошему, надо уезжать. Паспорт есть, деньги тоже. Он достал конверт с деньгами. Но, если все бросить, никому ничего не объясняя, его могут искать. А кому он нужен? На работе он ни с кем не общался, хотя молоденькая бухгалтерша из ДЭЗа усиленно строила ему глазки. Вот Иван Лукьянович, пожалуй, заинтересуется. У него засосало под ложечкой. Может, стоит ему все рассказать? Он всегда к нему относился по-доброму. Он вообще ко всем относился с пониманием. А чем он может ему помочь? Участковому остался год до пенсии. Захочет ли он нагружать себя чужими проблемами? Но придется рассказать про Черепа. Черт! Он совсем запутался. Посмотрев на часы, вспомнил, что скоро начнется передача «Жди меня». Однажды, случайно посмотрев ее, он боялся пропустить. Вдруг его кто-то ищет? Он хотел написать туда, но вспомнил, что паспорт-то у него поддельный, поэтому осталась надежда, что кому-то он нужен и его разыскивают. Он включил телевизор и сел поближе, боясь что-то пропустить. Смотрел на одном дыхании, раздражаясь на рекламу. Но сегодня в передаче встретились два ветерана, нашли одного мальчика и все. Передача закончилась, начались новости. Он смотрел на экран, но думал о своем. Все, завтра же купит лыжи и в субботу поедет в коттеджный поселок, может, повезет, удастся подкараулить женщину одну и предупредить ее.

– Не звони, mon chere, ты же не провинилась. Натали сама позвонит, вот увидишь.

Наверное, бабушка была права, но мне было не по себе. Конечно, надо было рассказать Наташке про Кирилла, но я думала, что это ни к чему. Какая разница, с кем я встречалась?

– Разве ты виновата, что твою фотографию напечатали, а не ее? – Продолжала бабушка, – ничего все утрясется, вот увидишь. —

Как всегда, она оказалась права. В субботу утром позвонила Наташка

– Птичка, извини, и давай не будем об этом говорить. —

Я была жутко рада, не собиралась ничего выяснять и сразу же согласилась на Наташкино предложение покататься на лыжах. Наши мужья были на работе, дети с нянями пошли кататься на горку, бабушка решила прогуляться с ними, так что я была совершенно свободна. Надела спортивный костюм, взяла лыжи и присоединилась к девчонкам. Они сразу встали на лыжи и покатили к лесу, я решила здесь не позориться и до леса шла пешком. Как назло, сегодня солнечный день, народу в лесу полно. Девчонки помогли мне встать на лыжи, и я сразу почувствовала себя инвалидом. Лыжи цеплялись одна за другую, а палки только мешались. Господи! Кто их только выдумал, эти чертовы лыжи! Зачем я согласилась на эту пытку? Девчонки убежали вперед, сзади то и дело просили лыжню. Как будто это так просто. Я бы сняла их и пошла бы пешком, но как идти? Здесь нет утрамбованной дороги, только лыжня, я же буду проваливаться. Пока близко никого нет, попытаюсь развернуться. Нет, это кошмар какой-то! Я не могу так высоко задрать ногу! Ну какой дурак сказал, что это удовольствие?! Кое-как расцепив скрещенные лыжи, я приготовилась катить к дому. Навстречу кто-то приближался, энергично размахивая палками. Ни за что не подвинусь! Но человек внезапно остановился рядом и сказал

– Я не знаю, кем вам приходится Наташа, но она хочет вас убить. —

Я отшатнулась и засмеялась

– Что за глупости? —

– Это серьезно, это совсем не глупости, – мужчина сердился. А вдруг он сумасшедший? У меня екнуло сердце. Я оглянулась, как назло поблизости – никого. Вот это класс! Вышла покататься!

– Вы мне не верите? Пожалуйста, поверьте. Она сделала заказ. Я сам с ней по телефону говорил. Она … Она просто извращенка

Я замерла, боясь шевельнуться, а он очень ловко развернулся и на прощание еще сказал

– Ваш муж в банке работает? – Я кивнула и испугалась

– Передайте мужу, ему тоже грозит опасность.

– Этого не может быть, – пробормотала я

– Очень даже может, – он усмехнулся в шарф, которым был замотан до глаз, и быстро заскользил в лес. А я все стояла и не могла тронуться с места. Какое-то наваждение. Что это он тут наговорил? «Наташа хочет вас убить». Ну, да, она сама это мне сказала, когда разозлилась. Мало ли что мы говорим друг другу. Чушь какая-то. Я, наконец, сдвинулась с места, и сейчас же сзади послышалось: «Лыжню!» Щас! Размечтались! «Объезжайте, я не могу отойти!» – Крикнула в ответ. За спиной тихо выругались, но объехали, а я поковыляла к дому. Лишь только кончилась лыжня, я сняла лыжи и погребла домой, таща их на себе. Дома меня ждал сыночек, он рассказал, как они катались. Слушая рассуждения моего сына, я накрывала на стол, поставила в духовку баранью ногу, пусть пока жарится, но, мысли были далеко. Дейзи заскулила и заметалась между щенками и входной дверью. Я взяла поводок и вывела ее на улицу. Она быстро сделала свои дела и рванула к дому. Такая сознательная мать, просто удивительно. Валентина Петровна кормила Владимира, нет, не с ложки – он давно ел самостоятельно, правда не могу сказать, что аккуратно, она просто сидела рядом и рассказывала ему какие-то необыкновенные истории. Бабушка была против этого, но иначе он очень плохо ел, а так, пока Валентина Петровна ему заговаривала зубы, он хоть что-то жевал. Бабушка в этом процессе принципиально не участвовала. После обеда Валентина Петровна увела Владимира в детскую, после обеда она читала ему книжки. Он не желал спать, но полчаса сидел спокойно и слушал сказки. Я бесцельно бродила по дому, восстанавливая события лыжной прогулки. Чем дольше я об этом думала, тем больше становилось страшно. Откуда он взялся, этот незнакомец. Он не из нашего поселка, это точно. Лица я почти не разглядела, он был замотан шарфом, и вязаная шапочка надвинута до глаз. Но было понятно, что человек молодой, очень хорошо катался на лыжах, просто, я бы сказала, мощно. «Наташа хочет вас убить». Откуда он нас знает? Но меня по имени не назвал. Может, это Наташкин знакомый? Кирилл? Нет, эту глупость я сразу прогнала из головы. Хоть он и был замотан, Кирилла бы я узнала, хотя… Что-то смутно знакомое. Я его где-то видела.

– Лана, – позвала бабушка, – иди обедать. —

Посмотрев на часы, увидела, что уже четыре. Саша! Господи, незнакомец сказал, что и моему мужу грозит опасность, а я тут хожу, раздумываю. Я лихорадочно стала набирать Сашин телефон. Он долго не отвечал, а у меня уже ноги подкосились от дурных предчувствий.

– Саша! – Заорала, едва услышала его голос. – Сашенька, ты где?

– Я уже еду домой. Вы еще не обедали?

– А Юра с тобой?

– Никак не могу от него отделаться, – засмеялся мой муж, а мне стало легче. Когда Юра рядом, я спокойна.

– Не отпускай его, у нас на обед баранья нога, он любит.

Я поспешила на кухню. Там вкусно пахло бараниной. Раньше я совсем ее не любила, а теперь обожаю.

– Безобразие, – сердито сказала бабушка, изучая программу телевидения, – как суббота и воскресенье, совсем нечего смотреть.

– А некрасивая ваша не кончилась?

– По выходным сериалы не показывают. Должна тебе сказать, что я просто перестала уважать себя. Да, да, не смотри так. Я думала это интересный сериал без стрельбы и насилия с сюжетом золушки. Но, постановщики этого фильма, видимо, считают зрителей дебилами, если могут показывать такую чушь.

– Вам же в начале нравился.

– Да, хотя и в начале фильма было непонятно, где молодая девушка могла откопать бабушкины наряды? Мать-то ее нормально одета, и потом, брекеты столько не носят. – Она сняла очки и возмущенно продолжала. – Это же нонсенс, девушка влюбилась и при этом совершенно не хочет наряжаться и заплетает две дурацкие косички, какие-то крысиные хвостики.

– Да и непонятно, – включилась Валентина Петровна, – почему не показывают Олечкиного мужа. Если начали показывать какую-то линию, то ее надо закончить.

– А когда его мать назвала ее хорошенькой? С чего это вдруг они решили, что она хорошенькая стала? Какая была, такая и осталась, только приоделась немного. —

Раздался звонок.

– Это Саша! Я открою.

Они вошли румяные и веселые, о чем-то оживленно переговариваясь. Все мои страхи сразу улетучились. После обеда Валентина Петровна увела Владимира гулять, Саша с Юрой пошли играть в бильярд, бабушка перед телевизором раскладывала пасьянс, а я, побродив, как неприкаянная по дому спустилась вниз, в бильярдную, взяла книжку и уселась на диван. Роман Устиновой захватил с самого начала, мужчины били по шарам и негромко переговаривались. Я уловила «опасность» и навострила уши.

– Саша, очень тебя прошу, ни шагу без охраны.

– Я тебе говорю, что придурок звонил, просто кто-то развлекается. Так было уже, помнишь?

– Было, да не так. – Саша не отвечал, и Юра продолжил – И еще меня беспокоит дом напротив.

Саша, заметив, что я прислушиваюсь, многозначительно посмотрел на Юру, и тот замолчал. Подождав несколько минут, я не выдержала

– А что с этим домом?

– С каким? – Саша изобразил удивление.

– Ну, с тем, что напротив?

Они непонимающе переглянулись.