Чтение онлайн

— Я хорошо заплачу! Я богат, иттани Ораш, но что значат красчи, если та, кому отдал свою душу в опасности! Дважды я нанимал баракар. Собирал команду, эти люди готовы были рискнуть. Только… в Жахжену можно попасть только с неба. Берег там крутой и обрывистый, пришвартовать баракар можно только в одном месте, хорошо охраняемом. Если вы там были, знаете, что представляет из себя это место. Лариш… будет бороться до конца! Я знаю, уверен в ней.

— Вы красиво говорите, хали Доршс, — покивала согласно. — Однако все ваши слова не стоят и выеденного яйца, если вы сами не решитесь на это путешествие. Спасать любимую чужими руками… это вас не красит, как мужчину, как альшара.

— И вы согласитесь довериться мне в полете? — удивился собеседник.

— Проходите, — все же пригласила альшара в дом. — Выпьем отвара, у меня есть лепешки. А после пойдем в труху. Вам уже доводилось летать на шэрхах, хали Доршс?

Мужчина помялся на пороге какое-то время, но все же вошел внутрь.

Разлила отвар по глиняным кружкам, одну передала гостю. Рассматривала мужчину с интересом.

— Расскажите мне о ней, — попросила, с удовольствием делая первый глоток. — Расскажите о девушке, что осталась в Острожье.

— Лариш, — выражение лица альшара стало мечтательным. — Прекрасна, как цветок ляйасы, покрытый каплями дождя! Я купил ее на десять темных, — качнул головой мужчина. — Я служу в управлении посланника Ирании на островах, — сообщил он деловым тоном. — Эта поездка не должна была продлиться долго, мне лишь нужно было привезти документы и отбыть обратно. Я не раз слышал разговоры про то, что в Острожье деву можно просто купить… знаю, меня не красит мой поступок, иттани Ораш, и мне за него искренне стыдно. Отец продавал Лариш, словно домашнюю оречу. Назначил цену, я заплатил. Лариш была так молода! Когда я узнал, что стану ее первым мужчиной… простите, иттани Ораш, — смутился мужчина. — Я отдал душу этой девушке почти сразу. Она… такая нежная, ранимая. Мою Лариш нужно оберегать и заботиться. Теперь мне уже невесело при разговорах о том, что любую деву можно просто купить. Варварство! Настоящее варварство.

— Но ее вы все же купили, — вернула я разговор в нужное русло.

— Да. Сначала на десять темных, после предложил Дархану, ее отцу, выкуп за Лариш. Он быстро смекнул, что может неплохо обогатиться. Я отдал ему все красчи, что были у меня с собой... Дархан меня обманул. Я и сам виноват, — опустил голову альшар. — Знал, конечно же знал, что бравинок не выпускают с островов, но все равно попытался ее вывезти. Лариш отняли у меня, а Дархан с берега кричал, что продаст дочь в Жахжену. Он наслаждался своей властью и моими страданиями.

Доршс искренне переживал, и именно это сыграло решающую роль.

— Если мой шэрх согласится лететь, я постараюсь вам помочь! — приняла решение, выслушав альшара, поначалу показавшегося мне заносчивым снобом. Возможно, такой он и есть, но девушку любит, это видно невооруженным глазом. К тому же, Острожье зовет меня, я и сама хочу вернуться.

Часть 2

— Чем ты недовольна? — Марон участливо подсел рядом. — Алисана, ты живешь в доме самого могущественного альшара всего Верхнего Предела. Находишься под моей защитой. У тебя есть все, о чем местные женщины могут только мечтать! Почему ты все время грустишь? Почему я никак не могу добиться улыбки на твоем лице?

— Оставь меня, — отвернулась. — Я уже много раз говорила, что такая жизнь не для меня. Мне не нужна клетка, пусть и золотая, я не хочу здесь быть.

— Да чего же ты хочешь? Свободы? Путешествовать со своим шэрхом каждый день, рискуя жизнью? Тебе прислуживает пол Жахжены, Алисана! Я скупил всех свободных девушек, и все они во дворце! Да я даже заставил молодых альшаров просить благословения Великой Матери на союз с одаренной альшари. Любой одаренной, не важно из какой семьи. Ты говорила, это сделает тебя счастливой… Мне грозит самый настоящий бунт внутри Острожья, но я готов и на это. Готов на все. Что еще мне сделать, Алисана? Чего еще ты от меня хочешь?

— Отпусти меня.

— Нет! Никогда! И не проси! — рубанул Марон. — Ты сама не понимаешь, о чем просишь. Женщине одной не выжить. Да и куда ты пойдешь? Где твои родные? Прошло столько времени, а ты до сих пор не готова мне довериться, не готова рассказать о себе, — с горечью констатировал мужчина.

— Довериться? — развернулась, неверяще глядя на него. — Довериться? Да как я могу тебе довериться? Ты силой удерживаешь меня подле себя! Ограничиваешь мою свободу! С чего мне тебе доверять, Марон? Я тебя ненавижу! Слышишь, ненавижу! Убирайся с глаз моих, не хочу тебя видеть! Я не обязана развлекать тебя разговорами, довольно и того, что я нахожусь здесь!

— Ненавидишь? — глаза мужчины опасно сузились.

Он порывисто поднялся, окинул меня еще одним злым взглядом и размашисто пошел прочь.

А я смотрела ему вслед и вспоминала, как вышло так, что я очутилась в самом настоящем дворце повелителя всего Верхнего предела. Только в плену…

Шайри оказался чуть менее выносливым, чем Орхис, он дважды разрывал пространство, прежде чем мы оказались на островах. Птеродактиль вымотался, он буквально рухнул на песок на самой окраине Лаоры. Этот остров я способна легко узнать, ведь столько времени провела в этих местах.

Делиться с Шайри энергией у меня выходило не так хорошо, как с Орхисом. Какая-то часть связи перешла на птенца моего друга, но я не его лиашши, а Орхиса. Той связи, что была у нас с ним, с Шайри нет. Однако мы здесь. С огромным запасом воршиков, с запасом еды и воды. Вместе с хали Доршсом.

Жахжена близко, примерно в двух часах лета.

Около суток мы потратили на отдых и восстановление энергии. Прятались в лесу, скрываясь от пролетающих изредка шэрхов.

Шайри не очень понимал, почему мы должны скрываться от его сородичей. Он вырос в горах, к счастью, не был в рабстве, и не знает о том, чем ему грозит «гостеприимство» бравинов. Показать ему, как выходило у нас с Орхисом я не могла. С Шайри не было той связи, того уровня понимания и взаимодействия.

Перед финальным рывком накануне полета в лагерь я не спала. Просто не могла уснуть, вспоминая. Кто сказал бы совсем недавно, когда я с таким трудом вырвалась из Жахжены, что вернусь туда по собственной воле, не в цепях и кандалах. Сама.

Доршс исправил первое впечатление о себе. Альшар легко нашел общий язык с Шайри, что сыграло немалую роль в моем решении все же попытаться разыскать девушку. Эти двое поладили еще в трухе. Птеродактиль сразу пошел с мужчиной на контакт, именно Шайри. Ни Хран, ни малыш Сах, ни Хэш, именно Шайри. Доршс едва ли не в первые часы общения уже гладил птеродактиля по морде, а шэрх с радостью принимал эту ласку, в очередной раз поражая меня тем фактом, что альшары предпочли путь силы вместо того, чтобы попытаться договориться с этими невероятными животными. Ведь они и сами тянутся к альшарам, не отталкивают. Этот союз нужен обоим. Союз, обмен энергией, общение.

Дорога прошла непросто. Мы попали в грозу. Один раз Доршс стал свидетелем того, как Шайри разорвал пространство. Без моего участия. Мы не сливались источниками, наши сердца не бились в такт. Шайри оказался настолько силен, что ему не требуется лиашши для такого способа перемещения. Уверена, со временем он станет сильнейшим серситом своей стаи на смену родителю!

— Я бы просила вас не распространяться об этом, — уже на Лаоре, сидя вечером перед костром, попросила я. — Вы ведь понимаете, чем это может грозить и мне, и шэрхам. Альшарам нужно научиться взаимодействию с этими крылатыми животными. Научиться просить, а не требовать. Я верю, что можно сосуществовать вместе, не причиняя никому вреда.