Выживает сильнейший
Шрифт:
Желудок недвусмысленно намекал ему на то, что от обеда в нём ничего не осталось, так что пора бы и поесть. Но Икари просто забил на это раздражающее урчание.
Ему было всё равно, что сейчас его могут искать – существовала только усталость и подавляемое чувство голода. Даже вещи, которые куда-то уволокла доктора Акаги, его сейчас не волновали, хотя по своему старомодному плееру он скучал – этот кассетник часто избавлял его от необходимости просто затыкать уши и сосредотачиваться на своём внутреннем мире.
От природы Синдзи был очень замкнутым и неуверенным в себе мальчиком, хотя большую часть этой проблемы можно списать на отсутствие должного воспитания – он жил без родителей у своего двоюродного дяди по материнской родословной линии, а этот почётный старец предпочитал не трогать своего племянника, ограничиваясь его обучению школьному курсу и ежедневной трёхразовой кормёжкой.
Проще говоря, Синдзи вёл весьма и весьма растительный образ жизни. Он был раним и очень часто прислушивался к любому, пусть и пустяковому, мнению окружающих.
Так что сейчас он предпочёл бы вообще никого не видеть, но, видимо, у судьбы-злодейки, которая обожала делать пакости всем подряд, а особенно неуверенным в себе людям.
Вот и сейчас, когда Синдзи просто жизненно необходимо было побыть одному, заявилась Мисато.
Она, всё ещё разодетая в свой рокерский прикид, вылетела из-за поворота, натолкнувшись на какого-то инженера в оранжевой спецовке с синей надписью “Третье отделение технической поддержки”, подскочила к Синдзи.
– Э-эй! Третье Дитя, а ну подъём! – жизнерадостно пропела она, не обращая внимания на тяжёлый уставший взгляд пилота, устремлённого на неё, - Давай же! Тебя надо определить на постоянное место жительства!
С этими словами, несмотря на невнятное бормотание молодого Икари, схватила его за руку и потащила по коридору, беспрестанно трепля языком:
– Синдзи! Ты неплохо сработал в паре с Рей! Потрясающе! Ты разнёс этому огромному ублюдочному Ангелу всю башку! Класс! – Мисато, не переставая восклицать, теребила свой амулет, висящий на шее – простой металлический крестик, тускло поблёскивающий в свете ртутных ламп.
Синдзи ничего не отвечал, он мечтал только где-нибудь – не важно, где именно – прилечь и просто поспать, восстановить силы. Хотя перед этим неплохо было бы и поесть.
Они завернули за угол с тем, чтобы напрямки выйти к лифту, ведущему к стоянке, но наткнулись на Рицуко ведущую за собой Рей.
И если Мисато только приветливо махнула подруге рукой и приветливо улыбнулась Аянами, то Синдзи от взгляда девушки просто обледенел, замерев и глядя ей в глаза.
Они затягивали его в себя, отбирали душу, словно бы позволяли Рей видеть души других.
Синдзи с трудом оторвал взгляд, приложив к этому немало усилий.
– Синдзи!
– воскликнула Рицуко, глядя на молодого пилота, - Ты хорошо сработал сегодня. Смело можешь собой гордиться – вы с Рей спасли Токио-3, это достойный поступок.
– Ага, - почти выдохнул Синдзи, хотя на душе у него кошки скребли от осознания того факта, что его собственный отец отправил его чуть ли не на убой.
– Мне ещё надо продиагностировать состояние нашей красавицы, - Рицуко положила Рей руку на плечо, - Так что мы с ней откланяемся.
– А, ну пока! – Мисато махнула ей рукой и направилась дальше.
Однако Синдзи, не контролируя себя, продолжал смотреть вслед уходящей Рей.
Её волосы чуть трепыхались в такт шагам, но в целом тело было каким-то аномально спокойным и двигалось как-то автоматически.
“Что это с ней? И… что со мной?.. Почему мне так плохо?..” – думал Синдзи, мерно провожая взглядом уходящую пару.
– Я знаю, она симпатяшка, - неожиданно раздалось над ухом восклицание Мисато, - но нам надо всё-таки покинуть штаб.
Синдзи аж подпрыгнул от неожиданности, однако это сняло ту странную напряжённость, возникшую при появлении Аянами. Но в следующее мгновение он понял, к чему клонила рокерша в капитанском звании.
– Э! Нет-нет-нет! – кое-как выдавил он из себя, - Я не то… не…
– Ну-ну! А что ты так засмущался? – Мисато расплылась в хитрющей улыбке.
– Нет, я просто думал, почему она такая… холодная… - Синдзи наконец оформил в слова свои мысли относительно Первого Дитя.
– Ну, она тут была ещё до меня, так что я не знаю. Но Рицуко сказала, что Рей - хорошая девочка, - Мисато внезапно вновь приняла своё весёло-равнодушное настроение.
***
– Что ж, Икари, ты можешь гордиться тем, что потратил пятнадцать лет работы не в пустую, - с лёгкой улыбкой проговорил седой высокий человек в терракотовом костюме.
Он стоял рядом со своим начальником – Командующим Икари, сидящим в массивном вращающемся кресле за небольшим столом, на котором стояло четыре чёрных телефонных аппарата.
Сам Гендо сидел в величественной позе – чуть ссутулившись, он смотрел прямо перед собой, сложив руки, обтянутые белой тканью перчаток, домиком перед самым своим носом, скрывая половину лица. Его очки угрожающе блестели, а чёрный костюм придавал ему схожесть с палачом.
Икари и его заместителя – почтенного человека Козо Фуюцуки – окружал обширный зал с низким потолком, испещрённым “картой мироздания” из каббалистических учений.
Свет из Геофронта почти не проникал в этот “кабинет”, расположенный под самым пиком пирамиды – штаба NERV-Япония.
Мрачная атмосфера, похоже, ничуть не мешала старым друзьям спокойно говорить. Правда вот Фуюцуки давно мечтал о запасном кресле и для себя – суставы уже начинали ныть, да и поясница не забывала напоминать о себе после пары часов постоянного стояния рядом с Командующим.
– Да, - чуть кивнул Икари, голос его был неожиданно спокойным и даже чуть тёплым, - Евангелионы сработали отлично, как мы и рассчитывали. Пилоты тоже.
– Что ж, может тебе стоит уделить время сыну, Икари? В конце концов, он это заслужил, - Фуюцуки, произнося эти слова, массировал разнывшуюся спину.
Гендо вздохнул:
– У меня много дел, Фуюцуки, я пока не в состоянии приглядывать за Синдзи… Не знаю, будет ли у меня время и позже…
Внешне этого было незаметно, но в душе Командующий Икари Гендо действительно чувствовал вину перед сыном, пусть и всего пару секунд.
– Так или иначе, я поручил капитану тактического отдела Кацураги взять Синдзи под свою опеку. Конечно, она не образец для подражания, но, может быть, она заразит своей жизнерадостностью и твоего сына?