Выживает сильнейший
Шрифт:
Если внешне Мисато и выглядела довольной собой, то внутренне она трепетала перед гневом своей подруги – доктора Акаги Рицуко. А мысль о том, что скажет Командующий, если дело дойдёт и до него, по поводу опоздания, доставляла почти физическую боль.
– Что-то не так, Мисато-сан? – обеспокоено спросил Синдзи, теребя в руках сумку.
Он почувствовал, что Кацураги чем-то обеспокоена. Таков уж он был из себя – довольно часто чувствовал тревогу других.
– А? – рассеяно переспросила Мисато, после чего ответила, - Нет-нет, ничего, всё в полном порядке…
И снова погрузилась в омут самобичевания.
Когда щелчок счётчика глухо смолк в тесном пространстве кабинки лифта, Мисато обречённо вздохнула. Одновременно с эти открылись двери лифта, открывая Синдзи вид на Командный Центр.
Он был похож на огромный амфитеатр, который составляли семь огромных балконов, уходящих высоко под затемнённый потолок.
На трёх первых балконах, расположенных ниже всего, располагались странные оранжевые параллелепипеды, размером с микроавтобус. На каждом было оттиснуто клеймо MAGI.
На двух балконах повыше были видны голографические экраны, за которыми сидели люди в креслах и что-то проверяли.
Потом шёл ещё один балкон, но что там – не было видно. И завершал всё это один небольшой балкончик, почти скрытый в тени потолка.
Прожектора, освещавшие зал располагались ниже уровня последнего балкона, так что их свет почти не проникал туда.
На стене, противоположной той, от которой отходили балконы, был огромный обзорный экран, который сейчас был выключен и просто отражал свет прожекторов своей тёмной поверхностью.
Люди в оранжевых спецовках, не менее оранжевых кепках и с наушниками на шеях сновали туда-сюда в огромных количествах по всему залу, площадь которого была неимоверна. Казалось, что она едва ли меньше футбольного поля.
Синдзи замер, разглядывая это великолепие, только выйдя из лифта.
Мисато же, нервно теребя свою курточку, стояла и оглядывала зал, выискивая кого-то. Однако пока она никого не нашла, коли продолжала переминаться с ноги на ногу, а Икари было всё равно – он глядел на огромный Командный Центр, сомневаясь, что такое может сотворить человек.
Когда Синдзи повернулся спросить, куда ему теперь идти, он увидел, что позади Мисато стоит привлекательная блондинка с родинкой под левым глазом, оба которых были зелёного цвета, и в белом застёгнутом халате. Мисато, понятное дело, этого не видела и продолжала зорко разглядывать средний ярус балконов, словно бы глаза у неё были биноклями.
Женщина в халате, которая на взгляд была ровесницей Кацураги, легонько похлопала ту по плечу. Реакция Мисато была потрясающей – она в мгновение ока побледнела, как мел и, на трясущихся ногах, повернулась.
– П-привет-т, Рицуко, - виновато улыбнулась она.
– Что за трата времени, капитан Кацураги? – гневно, но в то же время как-то незлобно спросила девушка, названная Рицуко.
– Мы немного задержались, это моя вина, - продолжила Мисато.
– Конечно же!.. – снова начала распаляться Рицуко, но Кацураги её перебила, легонько кивая в сторону Синдзи, внимательно следившего за перепалкой, - Прости-прости!
Рицуко Акаги вздохнула, покачав головой, мол, Мисато всегда была такой, такой и останется, и повернулась к Икари-младшему.
– Так ты и есть Икари Синдзи, да? – спросила она.
– Да, - коротко ответил Синдзи.
– Приятно познакомиться, я – Акаги Рицуко, - представилась учёная.
– Мне тоже, Акаги-сан.
– Он так похож на отца, - заметила Мисато, пришедшая уже в своё нормальное пофигистичное настроение, - в том смысле, что не любит трепать языком попусту.
– Так, - спохватилась Акаги, - пойдёмте в ангар.
“Какой ещё ангар?” – подумал про себя Синдзи, - “Меня что ли на самолёте куда-то повезут?”
Но Рицуко продолжала:
– Надо показать тебе, - она посмотрела Синдзи в глаза, - твою нынешнюю работу. Да и Командующий будет там лично.
“Отец?! Я.... я не видел его три года…”
***
Они втроём стояли на помосте зеленоватого цвета, отгороженного поручнями. За и под мостом была пятидесятиметровая пропасть ангара.
Все стены этого ангара были перемазаны в остатках какой-то странной, похожей на яблочный кисель, жидкости.
Под потолком висели ртутные лампы, освещавшие это огромное, продуваемое всеми в мире сквозняками, ухающими то там, то тут. Прямо над помостом было под небольшим наклоном расположено обзорное стекло метра три в диагонали, за которым находился, как утверждала Рицуко, какой-то там пункт контроля.
Но вся эта белиберда не шла ни в какое сравнение с тем, что стояло в центре ангара.
Это был колоссальный стофунтовый робот.
Выглядел он, как гигантская пародия на человека, только выполненная не по канону: весь робот был изящным и не совсем пропорциональным – длинные ноги и руки, очень широкие могучие плечи, небольшая голова. Ну и довершало всё то, что тело было покрыто шершавой фиолетовой бронёй, похожей на рыцарские латы, на голове был шлем с трёхметровым рогом, а от плеч вверх отходил какие-то, похожие на крылья старинного самолёта, штуки.
Глаза робота, горели белым светом, мерцая в полумраке своей собственной тени.
На плечах были видны надписи Eva Unit 01.
Когда Синдзи только-только увидел робота, то чуть не выбросился вниз от страха – эти мерцающие глаза смотрели прямо на него, причём каждый был размером с самого Синдзи.
– Это что ещё?! – в панике спросил он, выронив сумку.
– Это универсальная человекоподобная боевая машина – Евангелион. Это Ева-01, - продекламировала Рицуко.
Мисато в это время безучастно рассматривала эту самую Еву привычным взглядом, как будто каждый день водила таких вот бугаёв по магазинам за покупками.
– И для чего же она нужна? – снова спросил Синдзи.
– Это последняя надежда человечества, - ответил мужской хрипловатый бас откуда-то сверху.
Синдзи резко повернулся и, словно чувствуя, откуда исходит голос, посмотрел за обзорное стекло. На него оттуда смотрел высокий мужчина в тёмном деловом костюме и в очках.
Аккуратная бородка и волосы, ухмылка, взгляд – всё было таким похожим на Синдзи, но куда более взрослым и суровым. И это не удивительно…
– Отец… - как бы извиняясь, произнёс Синдзи, тут же отведя взгляд.