Выживает сильнейший
Шрифт:
Весь этот ангар был заставлен разными приборами, кранами, ящиками с боеприпасами, ракетами, генераторами… Но всё это не шло ни в какое сравнение с его истинным “обитателем”. Огромный – метров семьдесят в длину, металлический динозавр растянулся во всю длину помещения. Две мощные ноги, на лопатках которых стоят цилиндрические реактивные двигатели, сплюснутая вытянутая голова, с мерцающими “глазами” – сенсорами, спинной плавник, плоский хвост, плавные формы корпуса, небольшие ручонки – вылитый ящер.
Но это лишь обманчивый вид.
К телу колосса тянулись провода, оплетая его, как паутина муху.
Это был огромный робот – на его голове и бортах красовались эмблемы Робототехнического Отделения JSSDF, а так же целая гора орудий украшала это могучее творение человеческого военного гения.
По помосту, расположенному под самым потолком ангара, в темноте, шло четыре человека.
Топ-топ-топ – синхронные тяжёлые шаги троих людей в армейских ботинках с металлическими вставками в подошву отдавались эхом по всему помещению, погруженному в тишину.
Но четвёртая пара ног была одета в кроссовки и на пять-шесть размеров не дотягивала до ног матёрых солдат, идущих рядом.
Это шёл четырнадцатилетний парень в сопровождении двоих солдат, закованных в эластичную металлокерамическую боевую броню и несущих в руках автоматы, их головы были скрыты под необычными шлемами. Рядом с ребёнком шёл немолодой офицер в чёрной форме.
Дойдя до середины помоста, четвёрка остановилась. Солдаты замерли по обе стороны от офицера.
– Мы пришли, Акира, - стальным голосом, отразившемся от стен и многократно усилившимся, произнёс офицер – его нашивки указывали на то, что он – полковник.
Мальчишка заворожено смотрел сверху на огромную боевую машину, мирно дремлющую на дне ангара, ожидая своего часа. Русые волосы парня трепыхались на сквозняке, а взгляд карих глаз бегал по корпусу робота.
– Большой робот!
– восторженно произнёс Акира.
– Да, - всё тот же громыхающий голос полковника, - А теперь идём, нужно отвести тебя в твою комнату.
Полковник цепко ухватил парнишку за плечо и повёл обратно в тёмный проход, на базу. Но Акира то и дело оглядывался, стараясь разглядеть робота получше.
Солдаты чеканили шаг по обе стороны от своего командира. Автоматы в их руках угрожающе блестели в свете редких прожекторов, висящих под потолком и светящих вниз.
***
Полковник снова сидел в своём кабинете, невидящими глазами глядя в собственный доклад начальству.
“…Пилот боевого прототипа “Райден” доставлен на базу. Имя: Акира Такеси. Возраст: 14 лет. Соответствие требуемым данным: 97%...”
“Господи, дай мне сил”, - полковник Надзима глубоко вздохнул, вспоминая, что именно им пришлось сделать, чтобы заполучить этого мальчика.
Затем его рука медленно подползла к переговорному устройству, заваленному стопкой бумаг. Нажав красную кнопку, он произнёс:
– Майор Акита, с завтрашнего дня лично следите за обучением пилота, это мой личный приказ. Чтобы всё шло гладко, ясно? Выполнять.
– Есть, сэр, будет исполнено! – донеслось с той стороны.
– Пока всё.
Убрав руку с кнопки, полковник разорвал соединение.
– Мне нужен отдых, - прокряхтел полковник, вставая со стула.
Он был не в восторге от идеи проекта использовать детей в качестве пилотов для роботов. Слишком много детских трупов он видел во время войны в Годы Анархии, слишком много вооружённых детей, бьющихся друг с другом за последние крошки хлеба. И вот сейчас, в более или менее светлое время, снова на детей возлагается такая ноша, как оружие. Да ещё и какое – способное превратить в руины половину того, что осталось от земного шара.
Нет, полковник Хайаси Надзима этого не понимал, и понимать не желал.
***
2015 год.
Поезд только что отъехал от станции и, стуча колёсами по монорельсу, унёсся дальше, к следующей станции.
Вокзал был пуст и потому Синдзи, закинув сумку на плечо, пошёл в сторону Токио-3, глядя по сторонам в поисках встречающих.
По телефону ему сообщили, что его должны встретить люди из NERV, но на деле в этот пасмурный майский день на вокзале не было никого, кроме уставшего от долгой дороги Синдзи Икари.
Ветер-бродяга гулял по пустому перрону, гоняя туда-сюда скомканные куски старой пожелтевшей газеты, как перекати-поле.
Вдоль парапета перрона стоял ряд скамеек, свежевыкрашенных в яркий жёлтый цвет.
Хорошенько подумав, Синдзи остановился, и устало с вздохом опустился на ближайшую к себе скамью, положив сумку с вещами рядом.
Ветерок перебирал его тёмные волосы, словно осторожный парикмахер перед стрижкой.
Белая рубаха трепыхалась, давая возможность прохладному воздуху пройтись по телу освежающей волной.
Запрокинув голову назад, Синдзи просидел так некоторое время, прежде чем встал, поднял сумку, закинув её обратно за плечи, и пошёл дальше – в город. У него не было ни малейшего желания прозябать на вокзале, ожидая почётного эскорта.
Дорого до Токио-3 была не так уж и длинна, чтобы не пройти её пешком – всего-то километра три, а там уже и главная улица.
Икари Синдзи не спеша переставлял ноги, думая, что ему делать дальше.
Отец написал ему короткое письмо, в котором сказал, что хочет его видеть. К письму прилагалась фотография красивой девушки лет двадцати пяти в красной форменной одежде и с алым беретом на синевласой голове. Судя по подписи, эта привлекательная особа, сфотографированная на фоне эмблемы NERV, была офицером. И имя ей было Мисато Кацураги.
Именно капитан Кацураги должна была подкинуть Синдзи до штаба NERV, однако почему-то задерживалась. А Синдзи не хотелось ждать – он был преисполнен желанием узнать, для чего он вдруг так понадобился своему отцу – Икари Гендо, Командующему NERV-Япония.
После трёх лет отдельной жизни Синдзи уже и позабыть успел об отце – тот абсолютно не общался с ним. Но вот сейчас Гендо написал и сказал, что нуждается в сыне – это заставило Синдзи собрать вещи и отправиться на вокзал покупать билет до Токио-3.
“Не надо было мне приезжать…” – думал Синдзи, идя по пустому тротуару и слушая шум городской жизни, текущей в трёх милях от него, - “Наверное, отец уже передумал, раз за мной не приехали? Бесполезное дело…”
Совсем повесив голову, Икари на автоматизме шёл, прикидывая в уме, хватит ли у него денег на обратный путь. Выходило, что у него и на треть билета нет денег, не то что на еду и прочее.
“Ну вот, загнал себя в тупик… опять… может, я ошибся со временем?”
Синдзи достал из кармана чёрных брюк фотографию капитана Кацураги и посмотрел надписи на обороте. Там было написано от руки каллиграфическим почерком: “Приеду в 12:00”.