Выживают сильнейшие
Шрифт:
– Ловить тоже будешь с помощью Рины?
– небрежно поинтересовался Смерть, продолжая поглаживать лезвие обретённой косы.
– Самый быстрый и лёгкий способ, - Ришар кивнул.
– Она потом уйти захочет, - задумчиво произнёс лысый.
Айсенс хмыкнул.
– Ну я же буду знать, куда, - на его губах появилась ленивая усмешка.
– И потом, приятель, она меня любит. Сама призналась в дневнике, так что не думаю, что Рина на самом деле не захочет больше видеть ни тебя, ни меня. Скорее, просто отдохнуть немного, а это я могу ей предоставить.
Смерть молча покачал головой, ничего не ответив, и поднялся.
– Ладно, - он усмехнулся, но получился почти оскал.
– Пойду, навещу родственничка, пока Коурэн где-то шхерится. Всё равно сам он никуда не денется.
– Удачи, - Ришар кивнул и пересел за стол.
– Я пока отчёты разберу.
Лысый направился к двери, и его фигура постепенно окутывалась чёрным, непроницаемым туманом, превратившимся у самого выхода в плащ с капюшоном. Ришар, бросив на него взгляд, издал смешок.
– Выпендрёжник, - пробормотал он ехидно под нос, и углубился в бумаги.
– Сскотина такая, ушлёпок, говна кусок!!
– шипел тот, кто когда-то был жрецом вуду, нарезая круги по гостиной.
– Свалил, а меня разгребать оставил! Лопух, говорил же ему, проверь!!
Самое поганое было то, что без посторонней помощи в этом теле тот, кого называли Бароном Самеди, мало что мог. Даже уйти и избежать разговора с родственничком. В том что он состоится, сомнений не оставалось. Пробормотав ещё пару ругательств, Самеди выскочил из гостиной, и почти бегом направился в комнату для ритуалов. Зачем, он и сам не знал. Но там его ждал сюрприз, не слишком приятный.
– Привет, братишка, - вкрадчивый голос с шипящими нотками, и из тёмного угла выступила фигура, закутанная в плащ.
Самеди замер, прищурившись, и поправил цилиндр на голове.
– Поговорим?
– гость поудобнее перехватил длинную косу с блестящим лезвием.
– Поговорим, - буркнул Барон, настороженно косясь в сторону фигуры.
Посетитель поднял руку, и сухо щёлкнул костяшками - в двери послышался звук закрываемого замка. Самеди выругался про себя, понимая, что эта партия проиграна. Гость скинул капюшон, явив взору бывшего жреца вуду ухмыляющийся череп со светящимися глазницами.
– Ты какого хрена ввязался в это дело, а?
– Смерть приблизился к брату, благо тот не стал устраивать гонки в относительно небольшой комнате.
– Думал, прокатит, да?
– Тебя забыл спросить, - оскалился Самеди, выставив вперёд руки.
– Понты не кидай, - презрительно отозвался Смерть, хмыкнув.
– В этом теле ты мало что можешь, болезный.
Неуловимое движение, и несмотря на то, что Самеди дёрнулся в сторону, белые костяшки кисти сомкнулись на его горле.
– Ещё раз влезешь не в своё дело, о тебе никто больше не вспомнит, - прошипел гость, приблизив череп к перекошенному лицу Барона.
– Заведуешь своими духами, и заведуй дальше, братишшшка! Но не пытайся захапать мои угодья! И не связывайся с неудачниками, - послышался смешок.
– Пусти, - прохрипел Самеди, вцепившись в костлявую руку.
– Придурок!..
– Ой, боюсь, - мурлыкнул Смерть, и сжал пальцы чуть сильнее.
– Клянись давай, что носу не сунешь в мои дела больше!
– Разбежался, скелет протухший!
– выдавил из себя Самеди, чувствуя, что ноги оторвались от пола.
Клацнув челюстями, Смерть одним плавным движением прижал брата к стене, почти лишив возможности дышать.
– Хочешь совсем исчезнуть?
– вкрадчиво поинтересовался он.
– Я могу, ты знаешь.
Лезвие косы блеснуло совсем рядом с шеей, и Самеди почувствовал беспокойство.
– Может, поделим, а?..
– попробовал предложить он компромисс.
– Фига, - Смерть покачал черепом.
– Тебе и так достаточно того, что твои последователи творят. А смертью и жизнью буду распоряжаться я. Клянись. Или твоё существование закончится здесь и сейчас. Ты меня ужасно разозлил, братишшшка.
Телу не хватало воздуха, и Самеди, задыхаясь, проскрипел:
– Клянусь не лезть в твои дела, чтоб мне исчезнуть... Пусти, идиот!..
Кончик косы прочертил линию на предплечье Барона, и на коже выступили тёмные капли. Подхватив костяшкой пальца каплю, Смерть поднёс её к черепу.
– Пррринято, - челюсти клацнули снова, и шея Самеди освободилась - он сполз по стенке, ноги смертного тела не держали.
– Нарушишь - исчезнешь. Вон пошёл, - и не успел Барон что-то ответить, как коса снова совершила движение, теперь уже вдоль шеи бывшего жреца.
Через несколько минут в комнате для ритуалов лежало бездыханное тело негра с выпученными глазами, теперь уже мёртвого окончательно. В воздухе прошелестело трёхэтажное матерное ругательство, и всё стихло. Смерть удовлетворённо вздохнул, и нежно провёл костяшкой по лезвию косы.
– Вот теперь всё в порядке, - мурлыкнул он, и завернувшись в плащ, растворился в дальнем тёмном углу.
– Отпусти меня, Ришар, - устало попросила Рина, глядя на директора, вольготно расположившегося на кровати, и подтянула колени к подбородку.
– Как чувствуешь себя?
– невозмутимо осведомился он, не сводя с неё глаз.
– Сносно, твоими стараниями. Ты обещал!
– Кареглазка нахмурилась.
Сколько прошло со дня возвращения, она не считала, отсыпаясь, отдыхая, и терпеливо перенося перевязки. Лысого не наблюдалось, но зато рядом постоянно находился Ришар, непривычно заботливый, и внимательный.
– Обещал, - на лице Айсенса появилась улыбка.
– Ты действительно этого хочешь?
– Да, - тихо ответила она, не опустив взгляда.
Ришар помолчал.
– Хочешь, уберу воспоминания?
– неожиданно предложил он, осторожно погладив ногу Рины, укрытую одеялом.
Она криво улыбнулась.
– Неа. Хочу помнить, чем может закончиться сотрудничество с тобой, Айсенс.
Ришар хмыкнул.
– Риночка, я не смогу совсем оставить тебя, - вкрадчиво ответил он.
– Те, кто отучился здесь, работают на меня. Так или иначе.
Нахохлившись, Кареглазка плотнее завернулась в одеяло.
– По-моему, я достаточно отработала уже, - глухо отозвалась она.
– Это мне решать, - последовал невозмутимый ответ.
– Скотина, - Рина скривилась.
– Дай мне уйти, в конце концов!
Он молчал, только улыбался, глядя на неё. Женщина почувствовала себя неуютно. Казалось, Ришар знает что-то, о чём она не догадывается.
– Я всё равно буду знать, где ты живёшь, - наконец ответил Айсенс.
– И смогу приходить.