Чтение онлайн

«И здесь не обошлось без монополии», — усмехнулась про себя.

— Амина была дочерью одного из торговцев, входивших в синдикат. Отцу грозило как минимум длительное заключение, и дочь явилась с прошением о великой милости к правителю. Не знаю, почему он ей не отказал. Обычно, он отклонял такие просьбы. Но что-то заставило его в тот день принять девушку. Возможно, она отправила ему записку, не знаю. Но это и не важно. Явившись, Амина упала пред ним, пряча глаза, и сказала, что готова на всё, лишь бы он пощадил отца. Если потребуется, она станет служанкой, обычной рабыней или отправится вместо него в заключение. И поверь, говорила она вполне искренне.

Я представила себе эту картину, и задумалась, а как бы я поступила на её месте? Стала бы унижаться и смиренно умолять или попыталась бы найти доказательства невиновности, а в случае вины аргументы, способные помочь? Мы с ней точно разные. Хотя, кто знает… Когда близким грозит опасность и не нп такое становишься способен.

— Как бы то ни было, — продолжила моя новая соседка, — Повелитель отчего-то вдруг решил удовлетворить её просьбу и сделал обычной рабыней, служанкой одной из его эгай. Насколько знаю, характер у той был не сахар. Она ужасно гоняла девушку и постоянно срывалась на ней по поводу и без. А Амина терпела и безропотно выполняла все её бессмысленные приказы. Девушка была тихой и мягкой всегда и со всеми.

Да, характер у Амира не изменился. Любит поиздеваться над людьми. Поставить над ними эксперименты…

— Однако в один прекрасный день она вдруг из служанки превратилась в фаворитку, а затем и вовсе стала его айной. Почему и как, никто не знает. Но, вопреки ожиданиям, характер у неё не изменился. Она не затевала скандалов, не повышала голос, даже к обычным служанкам относилась с добротой и уважением. Её любили все, от самой последней рабыни до Рахмы, которой не так-то просто угодить, и тем более странной и неожиданной стала её гибель…

Я слушала, затаив дыхание. Что же такого произошло с Аминой? Я помнила, что ещё в первый день во дворце девушки делились слухами о том, что в гибели Амины виновен Амир. Но, если всё так, как рассказывает Кариса, то тем более невозможно поверить в его причастность.

— Бывшую айну Повелителя обнаружили мёртвой в его личной купальне. Причину смерти никому не объявляли. Первое время пополз слух, что это сам Амир. Ведь не мог же посторонний проникнуть сквозь личную стражу Повелителя в его покои. Да и расследование не дало никаких результатов. Убийцу не нашли.

Поёжилась, обняв себя за плечи, будто вместе с дуновением лёгкого, совсем не холодного вечернего ветра в комнату ворвалась тень, предвестник чего-то ужасного и тёмного. Что-то мне совсем не нравится эта история с предыдущей айной. Вряд ли это, конечно, Амир. Хотя бы потому, что он не дурак убивать её в своих же купальнях. Но тот, кто смог осуществить подобное, должен быть где-то рядом. Возможно, он вхож к Амиру или даже близок ему.

— Но лично я никогда не верила в подобный бред, — вторя моим мыслям, сообщила Кариса, — я имею ввиду виновность Амира. Сама природа связи между айной и её господином такова, что в случае её гибели, он страдает слишком сильно, чтобы когда-нибудь пожелать подобного. Бывали случаи, когда один из пары умирал, а вслед за ним спустя несколько дней и второй погибал, не выдержав утраты и пустоты от потери. Страдания от разрыва связи между ними ощутимы практически как физическая боль, пустота и невозможность сложить себя заново…

«Так может это совсем не на Амину покушались…» — мелькнула мысль. А ещё почему-то не верилось в такую связь между айной и её мужчиной. Или же не хотелось верить…

— Кариса, объясни мне одну вещь. Если айна и господин настолько тонко чувствуют друг друга, зачем тогда держать такой гарем, обретя свою пару? — повернулась к ней, пытаясь понять, что на самом деле думает фаворитка по этому поводу.

Она лишь светло улыбнулась, посмотрев на меня, как на несмышлёныша.

— А куда его по-твоему деть? Или, считаешь, все мы должны разойтись обратно по своим домам? Так ведь родители не примут девушек обратно. Это позор для семьи. А в другой гарем можно отправить девушку только если она ещё не побывала в опочивальне Повелителя и другой шагес пожелает её принять. Ты же и сама знаешь наши традиции, так зачем травишь себе душу? Пойми и прими, что стать айной — великая честь и большое счастье. Мы, женщины, стремимся к этому и рады иметь хотя бы небольшой шанс стать парой своего господина. Иначе… — она опустила длинные пушистые ресницы, разглядывая несуществующие изъяны своего идеального платья, — иначе нам суждено умереть одинокими.

Какая ужасная судьба у женщин этой страны! Из-за удобства одного напыщенного важного шагеса, который ищет свою половинку, множеству женщин приходится быть товаром, вещью, которую покупают, увозят из одной золотой клетки в другую, а потом, попользовавшись недолго, словно устаревшую игрушку, кладут на дальнюю полку и забывают…

Но самое страшное, что я начинаю походить на них. Ведь хотела бы сказать, что совершенно не желаю оказаться айной Амира, но в мыслях постоянно всплывает образ наших переплетённых тел, изнывающих от жажды обладания друг другом, а в ушах звучит его голос, то требовательный и властный, то вкрадчивый и проникающий под кожу. А надо бы забыть его и вернуть себе возможность здраво и рационально размышлять.

К тому же, если меня так тянет одновременно к двум мужчинам, то это скорее всего ненастоящие чувства. Может, вообще магия?

После таких пронзительных откровений Карисы разговор совершенно не клеился. Мне было жаль девушку и одновременно я понимала, что завтра, к примеру, Амир может потребовать её к себе, чтобы провести ночь, и мне будет неприятно и больно. А главное, как потом спокойно говорить друг другу «доброе утро!», оказавшись на соседних балконах?

На следующее утро я проснулась совершенно разбитой. Несмотря на усталость и перенасыщенность дня сон долго не хотел приходить. Я лежала на чужой великолепной кровати и представляла, с кем сейчас проводит время Амир. Чьё тело ласкает так же, как и моё всего лишь день назад. Было тошно и противно. Но чего я ждала? Что владелец огромного гарема, знатный шагес, в конце концов, правитель, вдруг воспылает ко мне неземной страстью и захочет видеть каждую ночь лишь одну меня?

Впрочем, если и были какие-то надежды на это, или хотя бы на то, что Амир забыл обо мне исключительно из-за своей занятости делами государственной важности, то они растаяли очень быстро. Как только Рания утром пришла помочь мне облачиться в новое платье, которое уже успел изготовить волшебник Урфан. Её жалостливый взгляд всё мне сразу же сообщил.

А потом девушка и вовсе после всех причитаний и извинений за своё исчезновение, якобы вызванное отправкой средств родным (о чем я же сама ведь распорядилась!), поняв, что отчитывать её не собираются, проговорилась, что вчера к Повелителю вызвали очередную мою копию, а утром девушка переехала в такие же покои, как и у меня.

Ну что ж, ясно! Отбор в разгаре и я точно не стану претендовать на главный приз!

Но теперь появилась загвоздка. Как мне быть с отцом Дины? Я собиралась попросить, чтобы его отправили при обмене во дворец. А теперь что же? К Амиру с этой просьбой я ни ногой, остаются Музаффар с Ильдаром. Они единственные из влиятельных людей при дворе Амира, кого я знаю…

Но, как оказалось, судьба часто преподносит сюрпризы. Так было и с моими планами непонятным пока мне образом встретиться с Музаффаром или Ильдаром. Уж они-то точно не могли бы очутиться на территории женской половины дворца Повелителя. А мне вроде бы как не пристало искать с ними встреч или назначать их самой. Здесь это воспринималось крайне негативно и наносило ущерб репутации женщины.

Казалось бы, какое мне до неё, этой репутации, по сути дело? Я не собираюсь здесь оставаться. А в Заниле мне уж точно будет всё равно. Но если я хочу и дальше свободно выходить из дворца и не привлекать к своей особе слишком повышенного внимания, чреватого отсутствием возможности сбежать, то стоит показать себя самой примерной эгайей, восторженной фанаткой Повелителя и поборницей правил гарема.

Однако долго ломать голову мне не пришлось. Один из них сам решил увидеться со мной сегодня.