Чтение онлайн

– Ну чего?

Питьо рядом тоже открыл глаза и сел, выглядывая из-за брата.

– Вы просили позвать, когда интересное начнётся.

– А что началось?
– Тэльво совсем не хотелось вставать.

– Отец и Тьелкормо приехали, уже поругались с Макалаурэ, теперь хотят идти слушать посла.

– Думаешь, нас туда пустят?
– Тэльво покосился на брата.

– Надейся.
– Питьо зевнул.

– Сколько времени хоть прошло?

– Часа три.
– Тьелпэ задумался немного и добавил: - Я бы не стал будить, просто отец хотел с вами о чём-то поговорить. Но может, не срочно. Они сейчас с Тьелкормо сходят к послу, а потом будет общий совет.

– Ну давай я его спрошу, - Тэльво принял удар на себя и улёгся обратно на спину, заложив руки за голову и глядя в потолок шатра. С Куруфинвэ близнецы всегда общались ближе, так что осанвэ даже сквозь диссонанс давалось куда проще, чем с тем же Макалаурэ. Но всё равно приятного мало.

Тьелпэ остался сидеть, наблюдая, как Питьо тоже улёгся обратно и закрыл глаза, рядом с недовольным братом. Несколько секунд Тэльво просто хмурился в потолок, а потом покосился на старшего:

– Когда мы встретили посланника?

– Ну… - не открывая глаза.
– Позавчера, часа за два до стоянки?

И Тэльво продолжил смотреть в потолок и морщить лоб. Судя по страдальческому лицу, щедро приправляя ответ эмоциями: чтобы Курво хорошо прочувствовал, как хочется спать и как раздражают дурацкие вопросы спросонья.

Наконец, Тэльво поморщился, закрыл глаза и сонно проговорил, переворачиваясь на бок:

– Всё, можем спать дальше. Дурацкие вопросы у твоего отца…

Тьелпэ тоже пока не понимал, почему отец так прицепился к точному времени.

– Он спросил, сколько вы ехали до лагеря? И всё?

– Его почему-то волновало, когда именно мы сообщили Кано, что везём этого… как его… - зевнул.
– Дай поспать, а…

Тьелпэ кивнул, вставая:

– Спокойной ночи.

И пошёл домой. Да, так понятней, отец хотел узнать, когда Макалаурэ узнал про посла: до или после того, как они с Тьелкормо уехали.

Когда Тьелпэ вернулся, Куруфинвэ как раз закончил переодеваться. Коротко обернулся, завязывая шнуровку свежей туники. Дорожную одежду он уже убрал в корзину. Спросил сына, ужинал ли он, наскоро перекусил сам и собрался уходить - один. “Я скоро вернусь.”

Тьелпэ уже встал и тоже шагнул к выходу, но тут остановился. План незаметно просочиться за отцом как-то очень быстро и обидно провалился.

– Можно с тобой?

– К послу?

– Да.

– Зачем?
– Куруфинвэ несколько удивлённо посмотрел на сына.

Тот помолчал немного, прежде чем ответить.

– Я не понимаю, почему Макалаурэ так упорно всем запрещает его слушать. Это же просто слова. Ясно, что он служит Моринготто, а валар ненавидит, но что он такого может сказать?

Куруфинвэ ненадолго задумался.

– Хорошо. Послушаешь, как убедительно могут говорить его слуги.

– И я думаю, нам всем ещё не раз придётся с ними сталкиваться…

– Поэтому я и хочу тебе это показать на примере. Идём.

Меч Куруфинвэ оставил в шатре, как и обещал старшему.

По дороге к ним присоединился Тьелкормо, и через несколько минут они уже подошли к холму на краю лагеря, где под временное жильё для посла отвели одну из кузниц. Из других построек в лагере были разве что сараи и навесы, и все они подходили на эту роль хуже, чем небольшой грот, вход в который Карнистиро успел по такому случаю забрать решёткой и навесить замок. Сейчас возле ворот стоял один из его верных.

Куруфинвэ небрежно кивнул на его поклон, первым подходя к решётке, и некоторое время стоял молча, разглядывая спящего посланца. Выглядел он вполне как эльда, как и все ранее виденные майяр. Только тёмный.

Тьелкормо нетерпеливо переступил с ноги на ногу. Куруфинвэ недовольно покосился на него, сложил руки на груди и кашлянул.

– Нам нужно поговорить.

Лоэллин открыл глаза, медленно осмотрелся. Потом молча кивнул.

– Ты сам назначил нам очень короткий срок, так что мы вынуждены торопиться, - сухо сказал Куруфинвэ.

Лоэллин снова кивнул, усмехнулся.

– Говорить будем через решётку?

Куруфинвэ немного поколебался, потом пожал плечами.

– Ключа у меня нет. Да и это для твоей же безопасности, поверь.
– Он криво усмехнулся.
– Судя по тому, что мне рассказывает брат, ты любишь говорить такое, за что вполне можно поплатиться головой.

– Не сомневаюсь. Неприятная правда ещё не до того доведёт. Вот только… - Майя бросил на него быстрый взгляд.
– Я рассказал твоему брату достаточно, чтобы он понял, с кем и с чем имеет дело. И понял, что я готов к любому развитию событий и ничего не боюсь. А если это понял он, это понимаешь и ты.

– К сожалению, мой брат не пересказывал мне ваши беседы в подробностях. Так что всё, что я знаю, - это что ты приехал от Моринготто и как будто предлагаешь мир.

– Мира будет легче достичь, если ты и твои братья перестанут оскорблять Тано Мелькора. Я здесь говорил со многими, но ещё ни разу не отозвался непочтительно ни об одном эльда.

– Может быть, это потому, что ни один эльда не убивал твоего отца?
– взгляд серых глаз стал холодным.

– Многие эльдар пытались убить моего учителя. Твой отец был одним из них, - нравоучительно возразил Лоэллин.

– Курво, тебе не кажется, что мы услышали достаточно?
– поморщился Тьелкормо.
– Да и Тьелпэ тоже.

– Ничего, пусть слушает.
– Отмахнулся Куруфинвэ. И снова обернулся к посланнику.
– Да. И жаль, что ему это не удалось. Но ты же приехал сюда не для того, чтобы поучить нас манерам, так ведь?

– Так. И не так тоже. Иногда войны начинаются с плохих манер.
– Он картинно повёл рукой: - Ты хотел говорить - о чём? О ненависти? Как быстро закончится этот разговор, если я начну отвечать тебе в тон?

– Я задал вопрос о мире, - напомнил Куруфинвэ.
– Могу повторить: верно ли, что ты предлагаешь мир? И если так, то на каких условиях?

– Я предлагаю мир. Без условий.

Куруфинвэ усмехнулся.

– Хорошо. Мы согласны. Что теперь?

– Как это согласны?!
– снова возмутился Тьелкормо.

Его все проигнорировали, и Лоэллин усмехнулся в ответ.

– Теперь вы приносите от имени всех нолдор клятву прекратить вражду между нами и получаете свои камни - кроме одного, который вернётся с королём.