Чтение онлайн

Грузовики с бывшими пленными по очереди заезжали на пункт сбора, где выпрыгнувшие бойцы быстро разбирали оружие и немногочисленные патроны и сразу залезали назад в грузовики, а на их место моментально подъезжали следующие. Уже через час, вооружив всех освобожденных пленных, мы ехали прочь. Севастьянов был вне себя от радости, теперь у него в наличии практически два полноценных полка при очень мощном для этого времени артиллерийском прикрытии. По три противотанковых и полковых дивизиона, один гаубичный и четыре минометных калибра 82 миллиметра, это была огромная мощь на данный момент. В обороне вся артиллерия стоила третьего полка, так что по огневой мощи он даже стал сильнее.

А на обратном пути повстречалась еще одна большая колонна наших пленных. Повезло, что встретились как раз в тот момент, когда должны были с узкой лесной дороги, по которой, собственно говоря, и двигались, пересечь шоссе и углубиться дальше в лес. Более тысячи пленных гнали по дороге, других немецких частей поблизости не оказалось. Охрану положили мгновенно и пленным разбежаться не дали, а кое-как рассадили их по технике, даже на орудия, где были более или менее подходящие места.

Через три часа сделали привал и обед, конечно, с учетом пополнения уже готовой еды на всех не хватало, а потому повара давали по половинной порции, но накормили всех и тут же принялись заново готовить обед, благо встали на берегу маленького лесного ручья, так что хоть проблем с водой не было. Через час приготовили на скорую руку макароны по-флотски с консервами и снова всех покормили, после чего двинулись в путь.

Вечером велел разведке подыскать новый транспорт. Благо мы уже приблизились к концу этого леса, впереди был отрезок километров пятнадцать свободного пространства, прежде чем снова начинались леса.

Разведка не подвела, нашли место, где примерно с полсотни немецких грузовиков стояло, но в нагрузку к ним батальон пехоты, собственно говоря, именно его на этих грузовиках и везли. Главное, что рядом еще никого не было, так как тут тихо все сделать не получилось. Хотя сами мы потерь практически не получили, всего пара десятков убитых и раненых, но вот нашумели прилично, зато теперь могли посадить всех новеньких в машины, чему они были очень рады. Пользуясь ночной темнотой, сразу рванули дальше и уже через час въезжали в очередной лес, где и встали на ночевку. Встали поздно, все же спать легли около двух часов ночи, а потому и подъем был в восемь утра.

В полдень следующего дня благополучно соединились со своим отрядом, ребята за это время тоже слегка пошалили, и мы стали богаче на сотню грузовиков, а еще притащили четырехдверный кабриолет, генеральский «хорьх 830» и в нагрузку к нему его пассажира, командующего 6-й полевой армией вермахта генерал-полковника Вальтера фон Рейхенау и его адъютанта. Его кортеж, несмотря на сильную охрану, ничего не смог противопоставить роте БА-10, которая усиливала две стрелковые роты, и пяти танкам БТ. Десяток немецких Т-3, шедших в охране, сожгли в первые минуты стычки, они даже толком ничего не смогли сделать, так как по ним ударили из засады. Затем просто расстреляли грузовики и бронетранспортеры охраны из пулеметов и орудий, при этом генеральский «хорьх» не получил ни одной царапины. Будет отличным подарком Кирпоносу.

Все это провернули этим же утром, так что я приказал немедленно двигаться вперед, кипеж у немцев если даже еще и не поднялся, во что мне верилось с трудом, то начнется с минуты на минуту. Слишком значимая фигура попала под нашу раздачу, так что немцы землю носом будут рыть в его поисках.

Через полчаса появилась «Рама», которая медленно проплыла в небесах. На время ее пролета я приказал остановить движение нашей колоны. Спустя час снова тот же самолет, а потом снова и снова, немцы вовсю искали генерал-полковника. До наших оставалось еще километров семьдесят-восемьдесят, и сейчас начнут попадаться немецкие части как грибы после дождя, так как фронт уже близко.

Когда до линии фронта осталось с полсотни километров, встали на привал, благо, что уже вечер наступил, главное, следы вроде бы достаточно запутали, сразу немцы их не разберут, а нам всего пару дней времени надо. Пока основной отряд, который уже был с дивизию, вставал на привал, разведка пошла вперед исследовать обстановку. Весь следующий день мы простояли в лесу, в эфире радисты отмечали повышенную активность противника, так же, как и в небе самолеты. К вечеру вернулась разведка, переодетая в немецкую форму. Хоть и тяжело, но пройти было можно, задерживаться нельзя, а потому на ночь глядя мы отправились в путь. Не успели тронуться с места, как прилетело сообщение от арьергарда: немцы. Пока еще нас не видят и не слышат, но, похоже, встали на наш след. Это был моторизованный батальон, усиленный ротой танков. Часа через два точно будет на месте нашей дневки, одна надежда, что ночью немцы не попрутся дальше в лес, а, как и все нормальные герои, встанут на ночевку. Они же, редиски недоделанные, мне всю малину обгадить могут, мне сейчас тишина нужна для относительно тихого перехода через линию фронта. В любом случае пара часов форы у меня есть, главное тихо к немецким позициям подойти, и как минимум час времени для работы нужно, а потом хрен с ним, пущай догоняют, батальоном больше, батальоном меньше, нам по барабану.

Мы двигались до двух часов ночи, потом на подходе к деревне встали, а в деревне – штаб пехотной дивизии, как раз из 6-й армии фон Рейхенау. Уже поднабравшиеся большого опыта разведчики сняли часовых, после чего первый батальон тихо рассосался по деревне и принялся вырезать спящих немцев. Тихонько проникали в дома и резали спящих, пустить под раздачу мирное население мы не боялись, так как немцы всех местных жителей повыгоняли в сараи и бани, а сами заняли их дома. Через полчаса все было кончено, в живых оставили только командира дивизии, генерала, его просто оглушили, чтобы под ногами не путался, а позже, когда уже все закончилось, его привели в чувство, одели и посадили в машину к его командиру фон Рейхенау. В самой деревне мы пустили под нож батальон охраны и роту обслуги, совсем без выстрелов не обошлось, но когда они раздались, то было уже поздно, большая часть немцев отправилась в места вечной охоты, вернее в ад, где их уже черти заждались. Обескураженный командир дивизии лишь оторопело смотрел на своего командира армии, который мрачно сидел рядом с ним.

После разгрома штаба немецкой дивизии двинулись дальше, но особо далеко не продвинулись, пришлось снова встать и пустить вперед разведчиков. Хорошо хоть, что вставший на наш след немецкий батальон, по-видимому, все же встал на ночевку, так как арьергард его, так и не дождавшись, снялся с места и двинулся вслед за нами. Мы, двигаясь, как пьяницы, обошли большую часть немецких частей и вышли к линии фронта, где, встав километрах в пяти от нее, опять выдвинули вперед разведку. Время неумолимо утекало, но приходилось ждать, немцы точно не будут стоять тихо в сторонке и спокойно смотреть, как мы пересекаем их позиции. Пока не вырежем стоящий тут батальон, нам без боя и шума не пройти. К тому же место неплохое – дорога, а по ней сможем быстро уехать, так как колонна у нас длинная. С учетом бойцов генерала Севастьянова – полноценная дивизия, так что нам нужно будет около двух часов на переход через линию фронта, и если немцы нас засекут, то потери у нас будут большими.

Пришлось ждать смены караула, но чтобы не терять времени понапрасну, потихоньку изучали немецкие позиции. Хорошо, смена произошла быстро, ждали чуть больше получаса, зато узнали, где находится дежурная смена. Часовых резали сразу после пересменки, после чего, заблокировав землянку со сменившимися часовыми, дали сигнал остальным и стали ждать. Сменившиеся часовые точно спать легли, а вот разводящий и старший караула наверняка бодрствуют. Поэтому разведчики просто заблокировали ее, и если кто-то оттуда выйдет, то его тихо прирежут. В полпятого утра мы наконец тронулись в путь, когда бойцы стали резать спящих немцев, а разведка поползла уже к нашим. Если мы в темноте покажемся с немецкой стороны, да еще и на трофейной технике, то паника и дружественный огонь нам гарантированы.

Как раз к моменту выступления пришло сообщение от разведки, что они вышли к нашим и предупредили их. Уже около шести утра, в предрассветных сумерках, конец нашей колонны наконец пересек наши позиции. Всё, мы вышли к своим, после пересечения линии фронта проехали около десятка километров и встали на отдых в лесу. В принципе вполне можно было двигаться дальше, вот только зенитного прикрытия у нас слишком мало, в основном у меня, а у Севастьянова мало. Стоит только немцам нас засечь, как в небе над нами будут все время кружиться геринговские стервятники. Это будет их шанс поквитаться с нами за все наши художества в их тылу. Вот поэтому мы и встали в лесу на дневку, благо что спешить сейчас некуда и лишний день погоды не сделает. Единственное, что я наконец вышел на связь со штабом фронта и обрадовал их важным пленником.

Через час меня позвали к рации, благо мощность позволяла вести переговоры не только морзянкой, но и в голосовом режиме. Начальство захотело подарок здесь и сейчас. Пришлось включить весь мой потенциал убеждения, что ехать сейчас слишком опасно, но все оказалось напрасно – а подать ко мне немедленно и ничего не знаю. Делать нечего, но подставлять под удар свой полк и дивизию Севастьянова я не захотел. Короче, после короткого совещания оставил их в лесу, вечером, когда начнет темнеть, они двинутся в путь и к утру как раз доедут до Киева. А я сам с пленными и охраной двинулся прямо сейчас. Отпускать их одних не захотел. С собой взял два БА-10, один БА-20, четыре мотоцикла с колясками, три грузовика с бойцами, два обычных бронетранспортера и два с немецкими зенитками, а также четыре грузовика с зенитками, вернее, с установленными в их кузовах ДШК на зенитных станках. В принципе вполне достаточно, чтобы и от диверсантов отбиться, и от самолетов. Вот так и поехали…