Чтение онлайн

Тихонько выскользнула из объятий Морозова. Тот что-то крайне недовольно промычал, насупился, губки бантиком сложил, а потом вновь засопел.

Вероятно, я бы могла озолотиться, засними эту умилительную картину на видео. Поклонницы парня душу бы за нее отдали, а те кто не состоял в его фан-клубе непременно бы поступил в его ряды. Но, пожалуй, я оставлю эту картину исключительно для себя. Вот, такая я жадина-говядина!

Уж коли мне выпал шанс полюбоваться сим зрелищем, то нечего другим зариться. Вот заманят Морозова себе в койку, тогда нехай и любуются, а так нечего глазеть!

С горечью оторвавшись от созерцания его точеного лица, потопала в ванную, осторожно прикрыв дверь в комнату, дабы ненароком не разбудить Илью.

А в ванной меня встретил настоящий кошмар с улицы вязов. Это ли не чудо, что Морозов не сбежал с диким воплем?! Глаза, как у енота. Тушь растеклась по лицу и засохла, ресницы склеились и торчали в разные стороны. Сами очи мои некогда ясные были краснющие, помада как у джокера расплылась по губам, а вдобавок ко всему… Прыщ!

Прыщ! Будь он неладен, выскочил прямо на носу! Красный, большущий, и дико меня раздражающий! Я бы этот нос с этим-то прыщом открутила да лучше б как Волан де Морт щеголяла, нежели блистала таким пятаком!

Мне понадобилось уйму времени, чтобы лицо приобрело божеский вид. Даже смывка, привезенная в качестве презента из зарубежья, не стирала тушь. Та, к слову, была наша отечественная.

Но когда под всем этим гримом, начало прорисовываться лицо миловидной девушки, то бишь меня, душа ликовала. Если бы еще не этот прыщ, вообще бы горя не ведала.

Втюрился кто в меня? Эх, мои мечты да богу в уши…

Вскоре, когда и водные процедуры остались позади, а за окном уже и вовсе расцвело, я потихоньку перекочевала на кухню.

Это ж подумать только… У меня дома мужчина! Живой! Настоящий!

И как полагалось с давних времен, когда мужчину дожидались с охоты, тут позволила себе включить фантазию, я принялась хлопотать на кухне.

И пусть этот мужчина не мой! И пусть сбежит и даже в бункере закроется, но без завтрака из моего дома не уйдет. К стулу привяжу, но голодного не отпущу!

А блинчики меж тем получались на славу. Ароматные, пышные, с того самого молочка баб Мани, что мама передала, и что так некстати заканчивалось. Вдохновение захватило меня волной, и я сама не заметила, как блинчики уже стояли готовые на столе, а ароматный кофе варился на плите.

 — Зачем вы девочки красивых любите, непостоянная у них любовь, — припевала, затем кофе в чашку налила, волосы поправила и счастливо выдохнула, любуясь проделанной работой.

Задумалась… Кофе для Морозова, а для себя любимой пожалуй поставлю чайник! Что незамедлительно и исполнила.

Однако, картина не укладывалась. Чего-то определенно не хватало…

Пойду-ка вереньице достану, решила я, и поплелась в коридор, где у меня в кладовке стояли закупорки.

Что ж, мы зря с мамкой эту вишню проклятую рвали, варили, закрывали… Думала концы отдам, покуда варенье-то закроем!

Однако, нынче мне хотелось накормить Морозова домашней вишенкой, не чета этой магазинной! Папка покуда дом нашел с вишневым садом, всю душу из нас и риэлтора вытряс! Я бороздила просторы интернета, мама спрашивала у всех знакомых, а риелтор объездила все ближайшие поселки! То вишня не та, то деревьев мало, то еще что-нибудь! Тьфу ты!

Поставив стул, принялась рыскать в поисках банки.

— Не то…это абрикос, это смородина, это красная смородина, — бурчала, отодвигая ненужные банки, — где ж ты проклятая? О, есть!

— Малая, ты что делаешь?

Подпрыгнула от неожиданности, баночку заветную к груди прижала и, настороженно улыбаясь, повернулась.

Морозов стоял без футболки в джинсах. С влажных темных волос стекали капли воды по шее… груди… прессу.

Зарделась, глаза отвела и, прикусив губу, шагнула вниз и… Полетела!

— А-а-а! — взвизгнула, от страха зажмурилась и прилетела на уже знакомые руки, которые едва ли поспели за моей тушей.

— На руки ко мне еще никто не падал, — усмехнулся Илья, держа меня за талию.

Как мои ноги оказались обернуты вокруг его торса, ума не приложу. Его тело было горячим, даже раскаленным или это мне стало так невыносимо жарко?!

Банку по-прежнему прижимала к груди, словно это последнее что у меня было.

— А я тут за вареньицем лазила, — пропищала, поднимая банку.

Глаза парня вспыхнули, отчего-то он сглотнул, украдкой бросил взгляд на мою грудь и, вздохнув, закрыл глаза, а после из себя выжал:

— Зачем?

Голос звучал приглушенно и хрипло. Он обволакивал. Казалось, что комната сузилась, а сама я видела лишь его глаза и губы. Обстановка вдруг стала совершенно другой. Я определенно точно понимала и ощущала, что Морозов мужчина.

— Там, — прошептала, и, прикусив губу, покачала головой, приказывая в уме взять себя в руки. В самом деле, сколько можно размазня?! Растеклась она тут лужицей, понимаешь-ли! — Там, — откашлялась, — завтрак стынет.

— Завтрак? — переспросил моргая, будто не понимая, о чем речь.

— Угу, — пропищала, между тем ставя одну, а после и вторую ногу на пол, практически сползая по парню, неприлично по нему елозя.

— Блинчики, кофе, варенье вишневое, — запнулась, когда Илья так и не сдвинулся с места. Спереди он, позади кладовка. — К-кофе будешь?

Ох, и не понравился мне его взгляд, которым он меня одарил. Голодный, но отнюдь не пищей, там было нечто иное.

— Кофе? — вновь переспросил, на что я несколько заторможено кивнула. — Буду, — но шаг в сторону не сделал, а вот на меня, как танк попер.

Отскочила, банку к себе поплотнее прижала, а он меня к стене наглец припер и жадно уставился. Руки по бокам от головы поставил, чем вызвал мой судорожный выдох.

И вот его омуты захватили меня в плен, и я покорная ему готова сдаться. Без боя, без лишних слов. Он будто ожившая фантазия. Словно из сна.

Уже знакомые на вкус губы, что такие сладкие и манящие, склонялись ко мне. Закрыла в предвкушении глаза и остался всего миг…

Как что-то оглушительно засвистело, прям будто в уши.

Тотчас же подскочила, глаза испуганно разлепила, будто попалась на горячем, а на меня Морозов такими же всполошенными глазищами хлопает, и взять в толк не может, что же это за звук такой противнючий.

— Чайник! — спохватилась, оттолкнула в сторону Илью и помчалась на кухню.

Выключив конфорку, облокотилась на столешницу, приводя дыхание в порядок. Оно было сбивчивое не то ли от заветного и неудавшегося поцелуя, не то ли бега. Впрочем, кого я обманывала?! Морозов запудрил мне мозги, вот она причина!