Warhammer 40 000: Отверженный
Шрифт:
Однако! Прежде чем я успел сделать или придумать хоть что-то ещё, как один из силовиков прорвался внутрь, после чего крепко схватил меня за ту руку, которая удерживала рукоять ножа, и, приложив немалое усилие ради этого, заставив отбросить оружие и зашипеть от боли.
Затем, этот подонок немилосердным рывком поднял меня на ноги и развернул в свою сторону, заодно светя в глаза ослепительным светом фонаря. Однако, тут что-то пошло не по его плану, ведь он разжал хватку и в ужасе отшатнулся от меня.
И я был бы рад бежать прочь отсюда, но мой противник, пускай он и действовал с задержкой, попытался сорвать с плеча свой боевой дробовик. Ну а при таких условиях мне оставалось только последовать за ним, стремительным движением выхватывая автопистолет из кобуры и направляя его на нападавшего.
Когда окончательно стало ясно, что мне удалось опередить силовика, я надавил на спусковой крючок и выпустил весь магазин одной длинной очередью, начавшейся в районе его живота, а закончившейся свистом пуль, которые дико скакали по всему тоннелю.
Ну а когда шум утих, то я, всё ещё изо всех сил сжимая уже неспособное стрелять оружие, перевел взгляд и на второго нападавшего, постепенно осознавая убийственный факт того, что он теперь имел все шансы закончить дело, которое начал его сослуживец и, возможно, прямо сейчас готовился открыть огонь.
Однако! Вместо того чтобы прикончить меня, тот лишь отчаянно возносил молитвы Императору, предварительно рухнув на колени. Наверное, прямо сейчас он изо всех сил сжимал веки, скрытые под забралом глухого шлема.
Всего этого оказалось достаточно для того, чтобы я отбросил мысли о том, что нужно продолжать сражение, пока вокруг не останутся одни только трупы.
«Считай, что наша общая вера в Императора сегодня спасла твою жизнь! Но даже не надейся на то, что Он простит хотя бы одного из вас после той бойни, которую вы учинили!» – прокричал я, параллельно уже срезая выхваченным из ножен убитого силовика монозаточенным боевым ножом его же пояс и подсумки.
Ещё несколько секунд и я, подхватив трофеи, бросился бежать куда глаза глядят. И лишь по прошествии нескольких минут мне пришло в голову замедлиться ради того, чтобы попытаться найти знакомые ориентиры. После чего, уже осознанно, я бросился в сторону статуи Бога-Императора. На пути к которой, вновь беспрерывно виляя между боями и преградами, даже несколько раз попал под огонь, но чаще вокруг свистели шальные осколки от разномастных взрывов. В итоге, паре из них даже удалось заметно подрать мой верный плащ. Но, к моему большому счастью, подкладка из баллистической ткани надёжно прикрыла шкуру, и я смог живым добраться до обители отца Зейна. Попутно обмотав голову теми обрывками, которые попались под руку и натянув капюшон на глаза.
Впрочем, все приложенные усилия могли оказаться напрасными, если бы цель моего рывка оказалась разорена и разрушена. Поэтому я на секунду забыл обо всём и испытал нечто похожее, на счастье, в тот момент, когда смог убедится в том, что это было вовсе не так, стоило только выскочил на улицу, ведущую прямо к окружённой баррикадами площади.
Туда, где, глядя поверх ощетинившихся оружием ополченцев и множества на удивление спокойных людей, смог увидеть и самого отца Зейна.
Священник смело возвышался над всеми собравшимися. И, судя по энергичным жестам, продолжал успокаивать людей и раздавал какие-то указания тем, кто уже был занят делом, а не ждал развития событий. Поняв это, я тоже устремился к нему, в надежде на лучшее.
Благо, мне без особых проблем удалось оказаться за баррикадами, найдя среди ополченцев множество давних знакомых. После чего я почти сразу узнал и о том, что через Порядочных уже была обещана гарантия неприкосновенности как самому отцу Зейну, так и ранее собравшимся здесь ополченцам, а также тяжело больным и раненым. Однако, только в случае если он не будет укрывать у себя других местных жителей.
В итоге, священник согласился на эти условия, но трактовал их строго по-своему. Именно поэтому колонна ослабевших беженцев прямо сейчас готовилась прорываться отсюда прочь, в сопровождении нескольких отрядов как-то оказавшихся здесь бойцов Молота и почти всех ополченцев.
– Отец Зейн! – крикнул я, когда мне и самому удалось протиснуться поближе к священнику.
– Хас?! – удивлённо воскликнул тот, сразу узнав мой голос, после чего миссионер быстро оказался рядом и с облегчением продолжил. – Слава Императору, ты тоже добрался сюда! Сейчас же присоединяйся к колонне!
– Нет! Я могу помочь! – уверенно начал я, доставая трофейную связку гранат и мешок со всё ещё свежим мясом. – Здесь шесть гранат. Их нужно передать бойцам авангарда! А тут мясо, сырое правда, но этим людям оно точно понадобится в пути!
На несколько секунд священник будто завис, очень удивленный моими словами, а может и символами, которые легко мог увидеть на трофеях. Однако, быстро придя в себя, он поспешно принял неожиданные подарки и буквально за минуту передал их в нужные руки. После чего вернулся и опустился передо мной на одно колено.
– Спасибо тебе за эту неоценимую помощь. Вот только… где остальные из людей Гарма, да и он сам?
– О, Император… значит вы тоже никого из них не видели? – спросил я, уже совсем тихо и невольно опустил глаза.
– Боже... неужели ты потерялся во всём этом хаосе?!
– Да если бы! Меня вообще не было в поселении в тот момент, когда всё это началось! А когда я вернулся, то всё что нашёл здесь, так это сожжённый дом и обгоревшие тела внутри!
– Хас… мне так жаль!
– Мне тоже, – признался я, но после этого отчаянно начал храбриться. – Но кто-то из наших наверняка смог выжить! Поэтому и я не собираюсь сдаваться! Просто скажите куда мне вести колонну, вместе с остальными бойцами!
– Кхм… командиры уже решили прорываться прочь из поселения. Правда, они пойдут через базу Молота, в надежде на лучше.
– А причем тут база Молота?! – удивлённо спросил я, прикинув что к ней придётся заворачивать посреди пути.
– Мы всерьёз сомневаемся в том, что такая толпа успешно доберётся до ворот. Кроме того, его бойцы искренне уверены в том, что их лидер успешно держит оборону. Поэтому они хотят сопроводить людей туда, чтобы усилить оборону и, заодно, оказаться за укреплениями базы, а не перед ними.
– Ясно! Тогда я пойду! Прибьюсь к какому-нибудь отряду и… постараюсь выжить.
– Может тебе лучше…
– Нет! Раз никто из наших не добрался сюда, то я буду двигаться дальше. Так и пользу принесу и смогу поиски продолжить, —твёрдо сказал я, после чего отведя взгляд добавил. – Впрочем, я всё равно буду молиться о том, чтобы они сами нашли дорогу сюда, если только это будет возможно.
Священник только кивнул в ответ, после чего уже было вернулся к своей непростой работе, но остановился чтобы задать последний вопрос:
– Хас, а чьи тела ты увидел у себя дома и сколько их было?
– Они не могли умереть там все! Это я точно знаю! – убеждённо ответил я, и побежал в сторону собиравшихся выходить ополченцев.