Я - Ангел
Шрифт:
– Будет сделано! – по-солдатски отчеканил Антон и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, бодрым маршевым шагом направился к ванной комнате.
На улице стояла тёплая безветренная погода. Маша с сыном стояли на остановке и в гордом одиночестве ждали автобуса.
– А куда все люди подевались? – удивился Антон.
– На дачах своих, наверное, где же им ещё находиться, там сейчас очень хорошо, - ответила Маша.
– Завьялова, какими судьбами? – послышался слегка надменный женский голос из проезжающей по дороге крутой машины.
Маша беспомощно отступила назад. Она знала, кому принадлежал этот голос. Это была Панина Раиса, её бывшая одноклассница. Машина притормозила, из салона вышла длинноногая блондинка в белых обтягивающих бриджах и лёгкой короткой маячке.
– Завьялова я тебя не узнаю, это ты или не ты? – блондинка наиграно – деланно округлила глаза.
– Как видишь, я, - взяв волю в кулак, тихо ответила Маша.
– Мда… - разочаровано протянула Раиса, жизнь видать тебя изрядно потрепала. Ты знаешь, на кого ты сейчас похожа? На старую толстую бабку.
Маша не стала оправдываться, как не крути, но Раиса была права. Она, молча, проглотила ком боли, и беспомощно отвела взгляд в сторону.
– Не смейте разговаривать с моей мамой в таком тоне! Сейчас же извинитесь перед ней! – приказал Антон, заслоняя собой мать.
– Это что, твой, что ли отпрыск? – удивилась Раиса.
– Не отпрыск, а сын! – продолжал наступать на грубиянку мальчик.
– Антон, прекрати себя так вести!
– попросила Маша. – Ты ещё мал, чтобы встревать в разговоры взрослых и, тем более, что либо приказывать, это некультурно и неэтично.
– А когда тебя оскорбляют, это хорошо? – продолжал кипятиться мальчик.
– Твой сын дело говорит, - встала в защиту Антона Раиса. – От себя скажу как есть. Он очень красивый и умный мальчик. Хоть в этом тебе повезло, Завьялова. Завидую я тебе.
– И чему же ты завидуешь? – удивилась Маша.
– Да хотя бы тому, что сын у тебя есть, а у меня… - Раиса не договорила, махнула раздосадовано рукой и направилась к машине.
– Мама, что это с ней? Вначале набросилась на тебя, а потом уехала в слезах на своей машине. Это она, наверное, меня испугалась, да?
– Ну, кого же ещё, конечно тебя, как-никак мужчина заступился, - подыграла Антону Маша. – А повела она себя так, думаю, по причине, что бог не дал ей пока детей, вот она и вымещает свою боль на других.
– И после того, что она наговорила на тебя, ты ещё её и оправдываешь?! – возмутился Антон.
– В её словах есть доля правды. Ты посмотри, на кого я похожа, а как выглядит она или, к примеру, Ольга?
– А на кого ты похожа? – удивился мальчик.
– На пугало огородное, вот на кого.
– Мама! – Антон возмущённо топнул ногой. – Ты зря так на себя наговариваешь. Ты очень красивая и очень умная и талантливая и добрая. Я горжусь тем, что ты моя мама. И если ты желаешь заняться собой, делать йогу, стать некурящим человеком, то ты от этого ещё больше расцветёшь и только-то всего. А эти все красивые тётенька, как ты говоришь о них, и в подмётки тебе не годятся, они просто завидуют и всё.
– Антош, завидуют чему? – озадачилась Маша, удивляясь заумным рассуждениям своего маленького сынишки.
– Да если ты поверишь в себя и полюбишь, то затмишь их всех красотой и умом. Неужели ты этого не понимаешь?
– Ну, ты и загнул, и красотой и умом, - рассмеялась Маша, весьма, однако польщённая комплиментом Антона.
– Мама, наш автобус идёт! – радостно закричал мальчик.
В автобусе было свежее, чем на улице. В открытые настежь окна дул чуть прохладный ветерок, он ласково перебирал пряди волос Маши, заглядывал ей в глаза, пытался растормошить, вывести из состояния задумчивости.
– Мама, ты о чём задумалась?
– Так, ни о чём, - Маша смущённо улыбнулась, - просто твои слова ещё больше побудили меня к действиям. Я обязательно приложу все усилия, чтобы стать такой, какой ты меня расписал.
– Да ты и сейчас такая, просто немного неуверенная в себе. А для начала нужно просто полюбить себя, начать уважать и все увидят, что ты красивая.
– Откуда ты всё это знаешь? – удивилась Маша.
– Просто много думал и на эту, и другие темы. Я когда вырасту тоже стану психологом, как и тётя Оля. Знаешь, как меня в школе все называют?
– И как?
– Психологом, - важно заявил мальчик.
– Но хоть не смеются над тобой? – насторожилась Маша.
– Наоборот. Уважают, советуются даже старшеклассники.
– Да ты у меня не хлюпик, - с гордостью заявила Маша, оглядывая подтянутую фигуру сына, - помимо учёбы занимаешься и спортом, вишь, мышцы какие у тебя накаченные.
– Мышцы здесь не причём, - не согласился Антон.
Он постучал по своему лбу и философски заявил: - Главное, это ум.
– И в кого ты у нас такой уродился? – продолжала удивляться Маша.
– Сам в себя, - улыбнулся Антон. – Мам, а мы уже подъезжаем. В магазин будем заходить?
– А как же. Нужно гостинцы купить, да и к чаю что-нибудь из сладкого.
– Мам, а мне нашего дедушку жалко. Он очень добрый и хороший, а бабушка часто кричит на него.
– Она раньше меньше кричала на него.
– А почему?
– Потому что боялась лишний раз его рассердить.
– Он что бил бабушку? – удивился Антон.
Маша не ответила. Они уже вышли из автобуса и направились в продуктовый магазин. Взяли торт к чаю и заспешили к дому. Во дворе было тихо. Пса Полкана уже давно не было, помер от старости, а заводить новую собаку свёкор и свекровь наотрез отказались.
Во дворе царило полное запустение. Повсюду валялся хлам, по которому бегали в поисках наживы полуголодные курицы с петухом.
«Накормить надо бы их. Животина, ни в чём не виновата», - подумала Маша.
В коридоре их встретила с трясущимися руками Екатерина.
– Кто к нам пожаловал-то!
– радостно заворковала она.
– Мать, кто там? – послышался из комнаты голос Степана.
– Гости к нам Стёпа пришли, - продолжала толи причитать, толи ворковать Екатерина. – Машенька пожаловали с Антошкой.