Я - Ангел
Шрифт:
– Бог и так особо не жалует её, куда же ещё наказывать, - вздохнула Маша.
– Лица совсем нет на тебе, - соседка огорчённо покачала головой, - вон, как она на тебя наехала, и ведь всё не по справедливости.
– А может быть, где-то она и права, взять за пример, что жизнь её сыну испортила, если бы не я, у него судьба лучше была бы.
– Да если бы не ты, то её сын давно бы уже с катушек скатился! Вот что я тебе скажу, лентяй твой муж и бездарь. Ты что ли его таким сделала?
– Но… - Маша вымученно улыбнулась.
– И никаких но! Да если бы не это семейство, то твоя жизнь была намного лучше. Вон твоя сестра сейчас в Ленинграде учится. А чем ты её хуже?
– Зато у меня есть Антон, наш с Серёжей сын. И ради сына я готова на всё. Как же его лишать отца.
– Какого отца?! Мать родная, которому в уши каждый день поёт, что это не его сын, и тебя кроет непристойными словами. Отец, который семью не может обеспечить, вечно вижу его безработным и пьяным. Этого что ли ты отца имеешь ввиду? Мой тебе совет, гони его в три шеи, иначе дойдёт до чего-нибудь плохого. От этих людей всё можно ожидать.
– Вы сейчас говорите словами моей сестры, - усмехнулась Маша.
– Да это тебе любой человек скажет, со стороны-то оно всегда виднее.
– А я надеюсь, что у нас ещё всё наладится, - не согласилась Маша.
– Твоя жизнь и тебе решать, как её строить – вздохнула соседка, - но к совету иногда надо прислушиваться, особенно если он исходит от человека, который с добром к тебе настроен.
– Марья Петровна, пойду я. Мне ещё Антона в дорогу собрать нужно. Завтра утром отправляю его в лагерь на месяц.
– А вот это хорошо. Пусть к школе ребёнок на свежем воздухе побудет, сил наберётся. Он ведь у тебя, как ни смотрю, всё дома и сидит.
– Тут вы правы. Он только с ребятами во дворе и играл, а в лагерях никогда не бывал. Боязно его отпускать, да вот Тоня с Сергеем уговорили.
Маша заспешила в прихожую, соседка засеменила следом.
– Пока твоих мужчин дома не будет, отвлекись, отдохни от них. Книжки умные почитай, да и просто отоспись, - посоветовала Марья Петровна.
– Спасибо вам за всё, - поблагодарила Маша.
Она открыла дверь своей квартиры и сразу же наткнулась на сына.
– Я уже хотел идти за тобой, - заявил он.
– И чего это вдруг? – удивилась Маша.
– Тебя долго не было и я начал переживать.
– Уж и отлучиться нельзя, - проворчала Маша.
– А почему у тебя глаза зарёванные? Тебя бабушка по телефону обидела?
– С чего бы это? – слукавила Маша. – Баба Катя тут не причём, просто с Марьей Петровной вспомнили мою маму.
– А я совсем плохо помню бабу Галю.
– Когда она умерла, ты ещё маленький был.
– Она была хорошая, мне Валя про неё рассказывала, - вздохнул Антон.
– Давай сына готовиться ко сну, - предложила Маша. – Утром пораньше встанем, чтобы все остальные дела по дому сделать.
– Папе что-нибудь вкусненькое приготовить?
– И проверить, что ты взял с собой, – Маша строго погрозила сыну пальцем.
– Вот так всегда, - проворчал Антон, - я так долго ждал твоего отпуска, а ты меня отправляешь в какой-то лагерь, а в это время тётя Оля со своей дочкой приедет.
– Прекрати ворчать. Я заберу тебя из лагеря к их приезду, и навещать буду по выходным. Ты не будешь против этого?
– Не буду, - вздохнул Антон.
– А сейчас иди спать, - Маша подтолкнула сына к его комнате.
– А можно мы в моей комнате ещё немного поговорим?
– Совсем ты у меня ещё ребёнок, - Маша ласково коснулась волос сына. – Ну, как ты в лагере без меня будешь?
– Я уже не маленький, и могу обходиться, если нужно, без твоей помощи, - обиженно засопел носом Антон.
Маша устроилась на кровати рядом с сыном и поинтересовалась.
– Тогда в чём дело?
– Просто не хочу оставлять тебя одну. Папа в больнице, а тут ещё я уеду.
– Врунишка. Лучше скажи как есть, ты просто ждёшь приезда той девочки. Я права?
– И их приезд тоже, - Антон густо покраснел. – Мама, расскажи мне о тёте Оле, о своём детстве, и том, как вы дружили с ней.
Маша прижала сынишку к себе и добродушно проворчала:
– Ну, хорошо, так и быть, слушай.
За разговорами Маша и не заметила, как заснула рядом с сыном.
Утром, чтобы не разбудить Антона, она потихоньку встала, с миг полюбовалась на профиль спящего сына и прошла на кухню. Нужно было успеть до отправки Антона приготовить Сергею какой-нибудь лёгкий супчик и его любимый салат Цезарь. Маша успела справиться с готовкой еды за час. Времени было предостаточно, и чтобы скоротать время, она решила позавтракать.
– Приступлю после того, как провожу сына, - оправдала она себя.
Маша прокрутила в голове события вчерашнего дня и пригорюнилась. Из всех событий самый неприятный осадок остался после разговора по телефону со свекровью. Она отставила недопитый чай на столе и прошла в ванную покурить. Достала из пачки сигарету, прикурила и сделала глубокую затяжку.
– Мам, ты здесь? – послышался за дверьми ванной голос Антона.
– Уже иду! – крикнула Маша, бросая сигарету в унитаз.
– Ты курила? – расстроился Антон.
Лукавить было бессмысленно, в ванной витал синеватый табачный дым.
– Я брошу курить, как только провожу тебя, - пообещала Маша, внутренне очень и очень злая на себя, что опять ищет оправдание своему безволию.
– А если не бросишь? – Антон с сомнением посмотрел на мать.
– Чем обсуждать меня, пойдём лучше тебя покормлю, - предложила Маша, избегая продолжения неприятной для неё темы. – И посмотрим, что ты за вещи взял с собой.
Среди всех прочих вещей в рюкзачке оказалась и фотография Ольги.
– А это ты, зачем берёшь? – спросила Маша, но тут же с пониманием усмехнулась.
– Это из-за Ольгиной дочки, как я понимаю.
– Ну, пожалуйста, разреши мне фотографию взять с собой, - попросил Антон.
– Шут с тобой, бери, коли уж взял, - согласилась Маша.
– Спасибо, мамочка! – обрадовался Антон.
– На спасибо далеко не уедешь. Иди завтракать, не то опоздаем на твой автобус.
– И на воду ты тоже сядешь, когда проводишь меня? – спросил Антон.