Чтение онлайн

— Хэтти только восемь. Вряд ли она в таком возрасте будет возражать против перехода в другую школу, а? Я уверен, тут неподалеку есть отличные деревенские школы, — он наклонился поближе и взял Тэсс за руки. Она удивленно посмотрела на него. Марк впервые коснулся ее за много недель. — Ну, пожалуйста, Тэсс. Разве ты не видишь, как я этого хочу? Я хочу свежего воздуха. Хочу растить детей вне всего этого дерьма, о котором мы слышим каждый день, и хочу делать в выходные что-то полезное, а не сидеть в этом курятнике, в котором не повернуться. Нам это всем будет полезно. Кстати, о курятнике, ты могла бы завести кур.

Тэсс задумалась. Тут надо действовать осторожно. Она улыбнулась.

— Я не хочу кур. Зачем мне куры?

— Свежие яйца.

— Их можно купить в универсаме. Ладно, я приеду и посмотрю. Но я не собираюсь бросать учебу, и тебе придется помогать мне, стараться быть дома вовремя и делить ответственность поровну. Ладно?

— Ладно.

— Куда? — взвыл Джейк. — К черту на рога? Зачем?

— Твой отец считает, что нам нужны перемены.

— То есть ему нужны перемены. А как школа? А как мои друзья? Что там вообще делать?

— Папа говорит, у меня будет пони.

Тэсс развернулась.

— Что?

— Папа говорит, — невинно повторила Хэтти, крутя в пальцах волосы Барби-принцессы, — что если мы переедем в новый дом, то он мне купит пони.

— Просто отлично, — сказал Джейк. — А что будет у меня?

— Мотоцикл, — ответил Марк, входя в кухню и наклоняя голову в дверях. — Когда подрастешь, — добавил он поспешно, увидев ярость на лице Тэсс.

— Подкуп, значит? А что получает Олли?

— Мне ничего не надо, — поспешно проговорил Олли. — Правда, не надо.

— По-моему, мы забегаем вперед, — сказала Тэсс. — Вся семья, за исключением Олли, разочарованно нахмурилась.

— Мы еще не выставили наш дом на продажу, и кто его купит?

— Это замечательный дом, — сказала Хэтти. — В нем моя розовая спальня.

— А Найджел? — спросила Тэсс. Все повернулись к Найджелу, рассыпавшему на полу свой завтрак. Тот встревоженно оглянулся на них.

— Он же не сельский кот, правда? Он и траву-то едва видел, не говоря уже о коровах. Его начнут тиранить грубые деревенские коты. Они будут считать его городским пижоном и кусать за уши.

Хэтти сморщила лицо, собираясь заплакать.

— Молодец, — сказал Марк и обнял Хэтти. — Мама просто дурака валяет. Найджелу там очень понравится. Там ему найдется где погулять, и представляешь, сколько он сможет наловить мышей?

— Сельские мыши, — проговорила Тэсс зло, — очень злые и дикие.

— Может, хватит? — сказал Марк, когда Хэтти открыла рот, снова собираясь зарыдать. — Ничего еще не решено, мы только посмотрим.

Ага, как же, подумала Тэсс.

Внешний вид дома, надо признать, произвел приятное впечатление. Это был краснокирпичный георгианский дом с большой белой дверью посередине и окнами по сторонам. Они вылезли из «дискавери» на грязную подъездную дорожку.

— Разве не здорово?

— Подоконники прогнили, — заметила Тэсс.

— Прояви хоть каплю энтузиазма, — прошипел Марк ей в ухо, пока агент по недвижимости, ждавший у передней двери с брошюрой по дому в руках, направился к ним. Хэтти вылезла в заднюю дверь, и Тэсс увидела, что на ней были нарядные розовые замшевые туфли, которые она купила ей за безумные деньги у «Дейзи и Тома».

— Фу, — протянула Хэтти, вступив ногой в кучу грязи. Тэсс наклонилась, чтобы поднять ее на руки, но дочь мотнула ногами, так что обе грязные туфли проехались по новому оливковому пиджаку Тэсс от «Френч Коннекшн».

— Спасибо большое, Хэт, — сказала она.

Олли послушно вышел из машины и стоял рядом с Марком. Джейк все еще развалился на заднем сиденье. Тэсс приоткрыла заднюю дверь. Марк разговаривал с агентом.

— Джейк, пойдем.

— Это обязательно?

— Да. Мы так далеко проехали. Положи это.

— Почему?

— Потому что это выглядит невежливо, — она протянула руку за его «Геймбоем». — Пожалуйста, — тихо проговорила она, — просто веди себя хорошо. Папа обещал по пути домой отвезти нас пообедать.

— С ума сойти, — отозвался Джейк.

— Выметайся, — прошипела она.

Марк, Олли и Хэтти уже зашли в дом. Когда Тэсс протянула руку, чтобы открыть ворота, кусок ручки остался у нее. Джейк рассмеялся.

— Ты уже все крушишь. Странное тут местечко — может, и привидения тоже есть?

— Ты слишком много телевизор смотришь, — сказала Тэсс.

Бетонная дорожка к передней двери треснула, и из щелей росли сорняки. Слева от ворот у стены было что-то вроде бордюра, но было сложно понять, где кончалась трава и начинался бордюр. Все это сливалось в грязное пятно, и Тэсс не могла различить ни одного растения, кроме старой колючей розы.

Сад поднимался к дороге двумя уровнями. Тэсс видела, что когда-то он был профессионально спланирован: на верхний уровень вели очаровательные старые каменные ступени, по сторонам которых стояли наклонные каменные сосуды. На газоне было четыре круглых розовых клумбы, но они заросли сорняками, а на кустах виднелось всего несколько ранних роз. У сада был грустный и заброшенный вид, будто он уснул сотни лет назад, и теперь ждет, пока его разбудят. Тэсс почувствовала первое пробуждение интереса, но твердо заставила себя остановиться. Ей не хотелось здесь жить, они не могли это себе позволить.

Тэсс осмотрелась. Ближайшее строение было примерно в двух сотнях ярдов. Его было еле видно над вершинами корявых фруктовых деревьев в саду справа от дома, ветви которых были покрыты цветами, будто легким снегом. Дом, насколько она могла разглядеть, был небольшим: коттедж с низкой черепичной крышей, довольно дряхлый на вид. Ветер, все еще холодный для апреля, распахнул ее куртку. Она закуталась поплотнее и зашла внутрь.

Прежде всего, внимание привлек запах, какого она не встречала много лет, и он вернул ее обратно в детство. Тэсс закрыла глаза. О чем он ей напоминал? Она глубоко вздохнула: первый дом, в котором она жила с родителями, узкий, зажатый среди похожих на него домов. В комнате у нее были обои в цветочек, но над небольшим камином они отклеились, и вверх шло коричневое пятно. Когда мама не зажигала огонь, в комнате было холодно и пахло сыростью и чем-то еще — гнилью, застоялым воздухом, будто пойманным в ловушку в нежилом здании. Сердце у Тэсс по непонятным причинам забилось сильнее. Ей стало страшно.

Она встряхнула головой — это смешно. Нельзя бояться дома! Просто обстановка была такая потрепанная, свет тусклый, а воздух застоявшийся, вот она и ощущала это странное чувство угрозы, будто оказалась не на своем месте, будто дом не хочет ее. Ужасно захотелось повернуться и выйти.

— Тэсс! Иди сюда!

Она пошла в кухню на голос Марка. Шагнув на ступеньку вниз, Тэсс чуть не зажала рот рукой, так силен был запах сырости. Марк стоял у огромной черной плиты.

— Разве не потрясающе? Смотри, она работает! — он открыл дверцу, и на пол посыпалась ржавчина. Внутри Тэсс разглядела, судя по всему, небольшую печку.