Чтение онлайн

Кстати, не на выходных ли он собирается меня порадовать? Последнее время сюрпризы чаще со знаком минус, чем плюс.

После этого провального собрания я уехал в Ленинград, сознательно идя на разрушение «ядра». Уехал, чтобы показать всем, что будет.

Вот почему звонок Виктора я воспринял так близко к сердцу, я ждал вестей о беде, ждал доказательств, и ждал его вердикта: точка зрения Виктора имеет наибольший вес среди нас. От его умозаключений «манией преследования» не отговориться. И вот почему я был настолько раздосадован, когда он так непонятно себя повёл.

Я надеялся, что появится простое доказательство, уезжать было страшно, но по-другому я не мог: нельзя сидеть, бездействуя. Я уже так «сидел» больше года.

Раздалось два звонка в дверь: они были не настолько короткие, чтобы казаться лихорадочными, но и не беспечно длинными. Так мог звонить только Виктор. Я оборвал облегчённым вздохом мои опасения по поводу его задержки и открыл дверь, за которой меня ждал действительно он.

— Привет.

Виктор кивнул и, не дожидаясь приглашения, вошёл, его лицо было отчужденным и озабоченным.

А я приготовился к разговору, который обещал быть долгим, сложным и информативным.

Я, вероятно, уже упоминал, что Виктор не курил и почти не пил. Но и он был не чужд человеческим слабостям, поэтому мы пили обжигающий душистый чай и закусывали конфетами с коньячной начинкой.

Миновало уже полчаса, но он не сказал ни слова, а я ждал. Хотя я сам по обыкновению и был нетерпелив, но я уважал мотивацию Виктора, тем более, что неделю назад всё было уже сказано и добавить было нечего. Он мог либо согласиться, либо сказать, что у меня паранойя, и посоветовать лечение.

— Расскажи, как твоя поездка в Ленинград? — приступил к делу Виктор.

— А что там рассказывать…

— Как что? — перебил Виктор, — почему ты вернулся так рано?

Челюсть у меня отвисла, а глаза вылезли на лоб.

— Я же знаю, ты бы сидел там, пока что-нибудь бы не случилось, — пояснил он.

— Ну да, ты же не дурак, чтобы не догадаться, — саркастически усмехнулся я, — а что здесь уже что-то произошло в моё отсутствие?

— Да. Но кто тебе об этом сообщил? — спросил Виктор.

Я не верил своим ушам. Но если Виктор считает, что это нужно, то я ему подыграю:

— Только ты и мог бы мне сообщить, а какая разница?

— Большая, Ваня. Если это кто-то другой, то у нас есть союзник. Это означает, что ещё один из нас поверил тебе и проявил максимум интеллекта, чтобы узнать твой ленинградский адрес и телефон и разобраться в твоей мании преследования.

— Очевидно, Витёк. Но только ты на это способен. Я не забыл тот раз со сном, когда ты один поверил мне и поддержал, твоего звонка я и ждал.

— Я собирался звонить ещё вчера, но… — Виктор смутился и замолк.

Повисла тяжёлая пауза.

Я ждал.

А он молчал.

— Но что-то меня удержало, не знаю почему, — тихо закончил он.

— Но ты же позвонил! — отчаянно рассмеялся я.

— Звонил? — прищурился он настороженно.

— Конечно, поторопил срочно приехать!

— Поэтому ты так злился! — догадался Виктор.

— Да, а что серьёзного случилось здесь в моё отсутствие?

— Ваня! Ты понял, что я тебе не звонил?! — с небывалым возбуждением выпалил Виктор.

— Как же так? Может, ты позвонил и забыл? — растерянно предположил я.

— Забыл? Как ты себе это представляешь?

— Никак, — согласился я, — но ещё меньше я могу понять, как ты не звонил, если ты позвонил, сказал, чтобы я возвращался, напомнил про тот сон, отказался объяснять что бы то ни было и повесил трубку.

Мы уставились друг на друга.

— Значит, нас больше, чем я думал, — прошептал Виктор.

— Нас? — не понял я.

— Нас, — подтвердил Виктор, — скажем так, тех, кому угрожает опасность.

Меня прошиб озноб.

— Витя, я не послушался тебя.

— Когда?

— Ты приказал убираться прочь, и я побежал оттуда, быстро, как мог… Но вдруг вместо того чтобы бежать вниз, я побежал на чердак, на крышу, потому что чем дальше я убегал, тем сильнее ощущал страх, похожий на тот, во время драки с Олегом на Алтае, а, повернув обратно, я его приглушил.

— На крышу? — вытаращил глаза Виктор, — Почему?

Я пересказал ему историю спасения девушки.

А он как всегда подвёл итоги, сформулировал всё, что у меня вертелось в голове гордиевым узлом:

— Нам конец, — констатировал он.

— Почему?

— Нас вычислили.

— А кто эта Таня?

— Она тоже одна из нас.

— Кто?

— Я же сказал, одна из нас.

— А кто мы? — почти выкрикнул я.

— Не знаю, — был ответ.

— А кто звонил?

— Тот, кто нас всех пытается уничтожить, как ты и предполагал неделю назад.

— Почему? — не понимал я.

— Потому что, только меня ты бы послушался на сто процентов и не побежал бы на крышу. И не спас бы Таню.

— Подожди, тогда получается, что атаки на нас вынудили меня уехать из Москвы и оказаться в Ленинграде, где некто пытался уничтожить Таню, но его же предыдущие попытки привели меня туда, а когда он попытался удалить меня с места трагедии, то тем самым наоборот привлёк меня на крышу, где я и спас её? Какая логика? Некто пытается уничтожить нас, и тем самым вынуждает меня помешать почти удавшемуся покушению?

— Нас вычислили, — упавшим голосом устало пояснил Виктор, — если бы мы не были теми, кого некая сила пытается уничтожить, то твоё присутствие никак бы не повлияло на события с Таней. Пойми, что катастрофа с ней произошла до твоего появления на крыше, до звонка по телефону: просто-напросто этот некто не мог её добить, пока ты был рядом, вот он и позвонил тебе, чтобы ты ушёл прочь, тогда она упала бы или умерла бы от холода.

— Какой смысл?

— А такой, Ваня, если бы ты был обычным человеком, то тогда твой уход никакого бы влияния на ситуацию не оказал, но ты не просто не убежал, а, напротив, поднялся и спас Таню.

— И что дальше?

— А дальше за тобой проследили и теперь некто на все сто процентов уверен, что ты, я, Олег, Маша и Александра — те, кого он искал.

Пока я обдумывал новые факты, Виктор устало поднялся.

— Ты был прав, нас очень трудно убить, а если мы поблизости друг от друга, то сделать это ещё сложнее. Обычной реальности это просто не под силу, а вот злу — которое теперь здесь — это под силу, но только когда мы разделены.