Чтение онлайн

— Иван, мы знакомы меньше суток. Ты считаешь, что этого достаточно, чтобы я согласилась убить твою бывшую беременную подружку, мать твоего будущего ребёнка? — возмутилась Таня и бросила на меня взгляд медсестры из психоневрологического отделения.

— Но мы же заключили пакт о взаимной вере! — опешил я. — Этим убийством мы спасём её от плена нашего врага!

— Но не о взаимном помешательстве и обоюдной паранойе. Машу не мешало бы спросить, хочет ли она, чтобы её спасали таким странным образом.

— Как же я устал! Почему никто в этой вшивой вселенной не выполняет мои приказы?! — мои нервы были уже ни к чёрту. — Ну, прости, я не знаю, что делать, но это — единственное, что мы можем предпринять. Без тебя я бы даже об этом мечтать не мог бы, но с тобой, с твоими талантами, с твоими крепкими нервами, ты сможешь!

— Машу убивать не будем, — с упором возразила Таня. — Ты спятил, не требуй от меня того же. Я поверила не только в тебя, но и во всю остальную галиматью. Согласно предначертаниям Виктора, Маша проживёт многие годы. Пытаться убить её — это прямой путь к гибели!

— Я надеялся, что ты откажешься, — с облегчением отозвался я, — но то, что я предложил, только это может спасти твою и мою жизни. Есть другие варианты?

— Ждать, — был её ответ, — ждать божественного созревания.

— Я устал ждать! Прости, я только и делаю, что жду, а потом хороню друзей или убиваю!

— Найди себе дело: нам надо вести себя тише воды, ниже травы, почитай книжки, здесь полные полки, — развела руками девушка.

— А что если нам пожениться? — предложил я. — Ради твоей безопасности. Мы будем изображать влюблённых: что может быть лучшей маскировкой? Если надо для нашей победы, то я готов.

— Если я тебе верю, то это… это сатанинский онанизм, бог совокупляющийся сам с собой! — её передёрнуло от излишних эмоций. — Пока, братец, озабоченный божок.

Покидая кухню, она обернулась и добавила:

— Ваня, то, что я поверила тебе, больше тебя обязывает, чем меня. Не обманывай моих надежд. Не льсти себе: я не собираюсь подчинять свою жизнь твоей. Если бы я боялась происходящего, то не была бы собой. Надо двигаться опасности навстречу и предполагать её, чтобы достойно встретить и пережить, а бежать бессмысленно!

— Дура! Тебе в самых диких кошмарах не снилась та опасность, которая угрожает нам обоим после объединения! Всё переменилось. Раньше в тебя попадали случайно, поэтому ты выживала. Сейчас в тебя начнут бить прицельно. Враг обнаружил тебя. Враг знает, что ты и есть неизвестная ему часть божества. За остальными он давно наблюдал, давно их искушал и давно подготовился. Тебя же он видит впервые. Что если ты согласишься со мной объединиться и убить его? Это может произойти в любую минуту. Как только я созрею полностью, враг ударит по нам изо всех сил. Если между нами будет даже расстояние один метр. В тебя может ударить метеорит или земля разверзнется между нами. Тебя не убьёт только если это будет означать убить меня. Поэтому мы должны быть прикованы друг к другу, чтобы любое покушение на твою жизнь было и покушением и на мою. Тогда вероятности будут охранять нас обоих.

— И поэтому мы должны не вылезать из постели? Выкуси! — она показала неприличный жест.

— Да, это же простая логика! — девушка начала меня бесить.

— Всё, спать. Ты у меня дома: изволь делать что я считаю нужным. Пока ты всегда проигрывал даже со своим фактором божественности! Я разрешаю тебе, так и быть, спать рядом со мной на одном диване, но не больше. Я жду принца на белом коне, конфет, коньяка и красочной свадьбы в белом платье. Попробуй только притронься!

Я отчаянно сжал голову руками.

— Учти, вечером ты пойдёшь со мной работать, — донеслось из комнаты.

— Куда, — опешил я и отправился за ней вслед. — Как работать?

— Мы будем вешать рекламный щит на стену дома.

— Но я не альпинист! — ужаснулся я

— Научишься.

— Это рискованно! Я боюсь высоты.

— Тебе поможет твой божественный фактор.

— Это невозможно.

— Возможно. Ты хотел быть со мной, чтобы охранять? Вот и будь. Не нравится — скатертью дорожка!

— А наша победа?

— Твоя победа, — уточнила Таня. — Если она тебе так важна, оставайся моим напарником. Иначе, я проживу без тебя.

— Я не могу уйти!

— Да, догадалась, ты либо останешься со мной, либо должен будешь убить меня.

— Ты так просто об этом говоришь? — изумился я.

— На меня столько раз нападали, что, разом больше или разом меньше, значения не имеет.

— Но мой божественный фактор выше твоего!

— А если твой противник попытается защитить меня, как Машу?

Ответить было нечего.

Теперь я был заложником собственной борьбы.

— Спокойной ночи, — пожелала она, закутываясь в простыню, сладко и соблазнительно вытягиваясь у стенки и закрывая глаза, — относись ко мне как к сестре.

Я сел на диван, понимая: вот ещё одна из нас, такая же упрямая и невозможная. Я вспомнил нежелание Александры подчиниться мне ради нашей победы, такой же финт ушами выкинула Маша. Даже Виктор умер из упрямства и нежелания подчиниться. Олег сел в машину и был таков. Почему они все действуют сами по себе, как им заблагорассудится!

Я вздохнул, не раздеваясь, улёгся рядом с Таней, попытался уснуть, но куда там: присутствие натренированного, крепкого, спортивного женского тела рядом превращало существование в сплошной соблазн.

Тогда я постелил себе на ковре.

Интересно, сколько это может продолжаться?

Кончится ли это добром?

Однако она мне поверила.

Была ли она права?

Те месяцы, что мы прожили вместе, навечно останутся со мной, вне зависимости от того, буду ли я уничтожен или одержу победу в финале нашего бытия. Понимаю, она не хотела связывать себя и меня чувствами, которым суждено кануть в Небытие.

Танина твёрдость и бесчувственность при близком знакомстве оказывались показными. Пожалуй, она была самой боевой из всех нас. Я часто думал, что всё бы повернулось иначе, если бы она была с нами с самого начала. С другой стороны её напор нельзя бы было замаскировать, и нас вычислили бы раньше.

Сослагательное наклонение мимолётно и несбыточно.

За четыре месяца я очень многому научился от неё.

Я научился ждать, когда ждать невозможно.

Я научился любить, даже если эта любовь заранее обречена на неудачу.