Чтение онлайн

– Тот человек, про которого я тебе говорил, это Клим, – выпалил брат в надежде, что это образумит его сестру.

– И?

– И?! – передразнил ее брат. – Ты понимаешь, что он не дружит с законом? Сильно не дружит…

– А как же «он какой-то настоящий, честный, несмотря на свою нечестность» – не твои ли это слова?!

– Не будь дешевкой! – разозлился Костя.

– А ты не будь придурком! – парировала София.

– Я ему сейчас скажу, что ты никуда не поедешь!

– А я скажу, что уже взрослая девочка и сама буду решать, с кем и куда мне ехать! – выпалила она в ответ. – Что бы ты мне сейчас ни сказал, я все равно уеду с ним!

– Это действительно того стоит? – спросил Костя поникшим голосом.

София ничего не ответила. Она понимала, что тот прав. Тысячу раз прав, но ничего не могла с собой поделать. Костя посмотрел на нее в последний раз, грустно и разочарованно, и, развернувшись, растворился в тени незнакомого дома.

Клим подошел к ней через пару минут. Он был еще больше погружен в свои мысли и, казалось, совсем не замечал, что его кто-то ждет. Растерявшись, София последовала за ним к машине и села рядом на переднее сиденье.

Мужчина посмотрел на нее так, словно видел впервые.

– А-а-а… – протянул он.

Девушка в который раз почувствовала себя полной дурой и уже хотела выйти из машины и вернуться к брату, которого ненароком обидела.

– Только заскочим в одно место, – сказал Клим куда-то мимо нее.

София кивнула, понимая, что ему не интересен и не нужен ее ответ. Она злилась на себя, что побежала за ним по щелчку, бросила брата, а теперь неуютно жалась на пассажирском сиденье рядом с этим напряженным и замкнутым мужчиной. Она посмотрела на него украдкой и невольно залюбовалась его четким профилем, словно высеченным из камня, плотно сжатыми губами и длинными красивыми пальцами, которые с силой сжимали руль. София догадывалась, что что-то случилось, что-то очень серьезное, что выбило этого сильного мужчину из равновесия.

– Что-то не так? – не выдержала она, нарушив пронзительную тишину.

Мужчина пожал плечами.

– Ты нервничаешь… – произнесла она куда-то в темноту.

Клим улыбнулся.

– Снаружи я нервничаю всегда больше, чем внутри. Даже сам удивляюсь, какой там штиль – ни намека на бурю. Ты знаешь, мне дед всегда говорил: «Самое главное – это холодная голова». Он знал, что я часто испытываю гнев. Гнев – это чувство Богов. Гнев подчиняет людей. Злость – это чувство людей. Со злостью можно справляться, а вот с гневом – нет. Потому что гнев этот не твой, а того, кто стоит у тебя за спиной и защищает.

– Твой дед был очень мудрый. Вы с ним общаетесь?

– Уже нет, к сожалению.

София кивнула, продолжая любоваться его четким профилем.

– Его сбила свадебная машина. Представляешь? Для кого-то этот день был самым счастливым в жизни, а для моей семьи стал очень грустным… Жаль, что мои дети не успели с ним познакомиться.

При слове «дети» у Софии екнуло в груди.

– Я, когда на секунду задумался, нужны ли мне дети, – продолжил он, – сразу деда своего вспомнил и так живо представил, как он мне говорит, не одобряя: «Что ж ты, пес, наслаждения только пришел получать? Мы зря, что ли, все тут выживали, чтобы ты, засранец, наш род решил оборвать?»

Клим усмехнулся. София молчала. Ее сердце по-прежнему больно сжималось, а в голове пульсировали грустные и тревожные мысли. Она ехала по темной дороге с совершенно незнакомым ей мужчиной, которого видела впервые в жизни, а знала как будто уже целую вечность. Она слышала, как ее разум пытается достучаться до здравого смысла и предупредить об опасности и боли, которая неизбежно постигнет ее душу. Слышала, но никак не могла противостоять. Она чувствовала свое дрожащее сердце и понимала, что что-то в нем сейчас зарождается, что-то очень важное и хрупкое, что-то такое, чем не захочется делиться ни с кем, чтобы ни в коем случае не расплескать…

Клим сбавил скорость, внимательно озираясь по сторонам. Увидев нужный адрес, он удовлетворенно кивнул, припарковал машину и набрал чей-то номер.

– Здравствуй, ты дома? Это Клим.

Ему что-то ответили.

– Я подъехал, – сказал он тихо, но уверенно, и начал выходить из машины.

– Ты езжай пока, – бросил он Софии. – Я позвоню.

– У меня же нет с собой прав, – пролепетала она.

– Все равно езжай, не жди.

С этими словами Клим вышел, оставив ее одну в авто.

Девушка тяжело вздохнула, перелезла, не выходя из машины, на водительское сиденье и, отъехав буквально метров двадцать от дома, приготовилась ждать, а ждать она умела… Видимо она в какой-то момент уснула, потому что не сразу услышала, как кто-то стучит в окно автомобиля. Открыв глаза, София увидела Клима и его холодные глаза.

– Можешь вернуться к дому? Нужно кое-что в машину положить.

Смутившись, она завела двигатель и медленно подъехала.

Клим был не один. Рядом с ним стоял высокий широкоплечий мужчина. В темноте было практически невозможно различить черты его лица. Он вручил Климу какие-то свертки, которые тот убрал в багажник, затем пожал ему руку – уверенно и твердо и, кивнув, зашагал в сторону своего дома.

Попрощавшись, Клим сел в машину и очень внимательно посмотрел на девушку. На секунду в его взгляде что-то поменялось, словно его случайно коснулся луч солнца, на мгновенье озарив мягким светом.

– Когда я был еще мальчишкой, я думал, что люди способны полюбить лишь однажды, – произнес он тихо и задумчиво. – Я был уверен, что у меня так и будет, но ничего не вышло. Я расстроился и долго не мог с этим смириться. А потом случайно увидел один фильм – «Бронкская история». Хорошая такая криминальная драма. Там один из главных героев сказал потрясающую фразу, которая крепко засела в моей голове: «В жизни позволено иметь только трех женщин. Они появляются, как великие боксеры, раз в десять лет. Мои три были в шестнадцать. Так тоже бывает…» До сегодняшнего дня в моей жизни, София, было две женщины…

Девушка встретилась с ним взглядом и ничего не ответила. Она почувствовала, как ее тело моментально охватила странная дрожь, отчего руки начали предательски трястись, и ей пришлось поспешно сцепить их вокруг коленей, чтобы Клим ничего не заметил. Все ее сознание и последние остатки здравого смыслы разрывало от миллиона вопросов, которые она, как бы ни хотела, не смела задать этому странному мужчине с холодными глазами.

Ей было безумно интересно, кто те две и правильно ли она поняла, что, возможно, по какой-то нелепой случайности она стала той самой третьей. Она мучилась от незнания, какая у него семья, и, конечно же, понимала, что если есть дети, то обязательно должна быть и супруга. Она сгорала от любопытства, какие у них отношения, и чувствовала, как больно сжимается ее сердце от того, что, скорее всего, хорошие. Она терялась в догадках, почему он к ней подошел и имеет ли для него эта встреча хоть каплю того значения, которое имела для нее. Она корила себя за слабость в который раз за этот вечер, но так и не могла обуздать ни своих чувств, ни эмоций, потому что просто напросто влюбилась за какие-то считанные минуты, а может быть, даже за секунду. Так странно, отчаянно, безрассудно. И сейчас, сидя рядом с этим мужчиной с холодными глазами, ей больше всего на свете хотелось кричать о своем чувстве. Громко, неистово, безумно. Но вместо этого она робко спросила: «Где ты был?»

– У друга.

– У друга? – переспросила София.

– У друга, – улыбнулся Клим. – Мы просто не общались с ним раньше.

– Так бывает?

– Видимо, да.

– Ты видел его впервые в жизни? – зачем-то уточнила девушка.

– Да, – ответил он задумчиво, глядя перед собой в темное лобовое стекло. – Он мог не пускать меня к себе в дом. Мог переодеться и выйти со мной прогуляться, мог, в принципе, отказать во встрече и вообще не открыть дверь. Но он решил иначе и пригласил меня на свою территорию, потому что бесстрашен, а таких мало. А еще он нагрузил мне полбагажника каких-то солений, варенья и зелени. И это так по-настоящему, без пафоса, когда человек проявляет заботу не только о тебе, но и о твоих близких, показывая чистоту своих намерений. Словно он передал привет, сделанный своими собственными руками, в знак того, что не собирается никого обманывать.