Чтение онлайн

– Чем он занимается? – осторожно спросила София, пытаясь понять, как далеко может зайти в своих расспросах.

– Он подполковник, – продолжил Клим. – Очень порядочный мужик – в баню с проститутками не ездит, откаты не берет. Участник боевых действий. Я его хотел расспросить, но он не захотел рассказывать. Обмолвился, что было ранение, контузия, смещение позвонков, грыжи… Часто приходилось с вертолета спрыгивать в полном снаряжении – автомат, бронежилет… Все тяжелое. У меня тоже есть грыжи в позвоночнике. Намучился я с ними. И вот я еду сейчас и думаю… Мне понятно, почему у этого человека – а он еще и старше меня на десять лет – проблемы со спиной. А вот что же такое тяжелое ношу я, что моя спина не выдерживает?

София промолчала, потому что понимала, что этот вопрос он задает самому себе…

– Под тебя копают? – вместо этого выдохнула она, внутренне сжавшись. Она все еще не понимала, где предел и как сильно он может перед ней раскрыться.

– Причем как-то бессовестно, – констатировал он. – Но сегодня я понял, что у них на меня ничего нет. Они пытаются впаять мне такие примитивные схемы, что мне даже смешно. Чушь полная. Это все равно что ты превысил скорость, а на тебя вешают встречку в нетрезвом состоянии и пытаются самими грязными методами найти доказательства, твоего нарушения. Эти люди могут подкинуть и оружие или наркотики, потому что они хотят говорить на подлом языке, но это же все неправильно. Так? Мы же цивилизованные люди!

София кивнула.

– Я знаю этот подлый язык лучше всех их вместе взятых, и я вижу, что мой новый друг – случайный гость в этой гнилой системе, и он не хочет никого подставить или подсидеть, потому что не знает их языка, а я знаю. Один мой хороший товарищ рассказывал, как можно заставить человека забыть про кого-то, сбив фокус внимания. Чтобы он начал думать о том, почему рано утром его жене какой-то парень на улице плеснул в лицо стакан воды с криком: «Кислота!» Либо еще раньше в подъезде кто-то схватил ее сзади за шею и выбрил полоску на голове, чтобы налысо пришлось стричься. А можно канистру из-под бензина закинуть на участок с запиской «Крепко спишь?» или ассенизаторщиков к нему отправить, чтобы слили все свое говно через забор на участок. Так, чтобы он от вони еще долго не мог избавиться. Можно из морга человеческую руку взять, срезать отпечатки и подложить ему в машину, чтобы совсем сон потерял. Да сотни вариантов! Это я еще без уголовщины говорю. Нельзя со мной на таком языке разговаривать! Они нюхом чуять должны. По-хорошему надо. Честно. Тогда и у меня рука не поднимется на подлость какую-то, – закончил он, крепко сжав руль.

Девушка заметила, как он закусил губу и как побелели костяшки его пальцев.

– Этот твой хороший товарищ ты и есть? – спросила она тихо.

Клим ничего не ответил.

– Зачем ты все мне это рассказываешь?

– Потому что знаю, что могу доверять, – произнес он чуть слышно.

– Так бывает? – прошептала она в ответ.

– У меня да, – все так же тихо молвил Клим и слегка коснулся ее колена…

…От воспоминаний о Климе у Софии навернулись слезы. Время, может быть, и лечит, но делает это крайне медленно. Она закрыла глаза, свернувшись калачиком под одеялом.

Девушка слышала, как хлопнула входная дверь. Видимо, мужчины наговорились, и скоро Олег поднимется в их спальню, и лучше ей к этому времени уже спать крепким сном, чтобы не заниматься любовью втроем: она, Олег и призрак Клима…

Ирина родилась в маленьком городке на берегу моря. Город был настолько мал, что Ирина могла легко его объехать на велосипеде или обойти за пару часов с друзьями. Горожане жили в одинаковых малоэтажных домах, похожих друг на друга как две капли воды, много работали, мало мечтали, а по выходным ходили на рыбалку либо бродили по окрестностям в поисках грибов или ягод. Окрестности, надо заметить, тут были на редкость живописные. С одной стороны город укрывал от внешних глаз молчаливый лес с душистыми соснами и туями и ароматным и пушистым можжевельником, а с другой стороны его охраняли вязкие болота с белоснежными кувшинками и звенящим на ветру камышом. По самому берегу моря несли караул важные и упитанные утки, которые вальяжно прогуливались по кромке воды и снисходительно принимали угощение от местных жителей.

В городе было несколько школ, пара детских садов, большой завод, на котором трудились почти все взрослые жители, и всего одна больница, где главным врачом работал отец Ирины. Его знали все. Когда маленькой Ирочке случалось прогуливаться с папой по центральной аллее города, с ними здоровался буквально каждый. К папе подходили за советом, справлялись о его самочувствии, делились последними новостями и обязательно благодарили. Он кивал, улыбался, задавал уточняющие вопросы, но никогда не выпускал маленькую ручку дочери из своей большой ладони. Ирина смотрела на отца снизу вверх и восхищенно думала, что он, должно быть, самый уважаемый в их городе человек. Его действительно все любили и уважали, а Ирочка просто боготворила.

Однажды по весне – Ирине тогда было лет восемь, не больше – все побережье моря покрылось льдом, поддавшись куда более мощным силам природы. Такое событие происходило не каждый год, и Ирина никак не могла оставить его без внимания. Наспех накинув клетчатое пальто с большими металлическими пуговицами и нахлобучив пушистую шапку с помпоном, она побежала к берегу. Море встретило ее белоснежным безмолвием. Белое поле простиралось так далеко, что Ирина совсем не видела водной глади. Подойдя чуть ближе, она заметила, что вода промерзла неравномерно и кое-где видны еле заметные прогалины, через которые можно было услышать тихие вздохи прибоя. Ирина осторожно наступила на лед. Она была обычной худенькой девчонкой, но даже ее небольшой вес для льда оказался невыносим. Лед протяжно захрустел. Ирина сделала пару шагов вперед. Лед задумался и ничего не ответил. Почувствовав себя более уверенно, девочка пошла дальше. Чем больше она отдалялась от берега, тем удивительнее становилась ледяная толща под ее ногами. Лед все чаще разбивался на большие остроугольные куски, края которых стачивались друг о друга и загибались кверху, а кое-где срастались воедино, образуя несимметричные ледяные плоты, вдоль и поперек покрытые трещинами и разводами.

Ирина не удержалась и запрыгнула на один из таких плотов. Края льдины были твердые и острые, и Ирина словно оказалась на огромном осколке разбитого зеркала. Она зачарованно присела на льдину и попыталась разглядеть сквозь многочисленные трещины и щели толщу воды, скрытую под ней. Море было на редкость темным и молчаливым, Ирина едва могла различить его тихие стоны и вздохи. Льдина тихонько покачивалась, терлась о соседние стеклянные куски и плавно уносила Ирину все дальше и дальше от берега. Когда девочка подняла глаза, она увидела, что люди, которые остались на берегу, стали похожи на маленькие разноцветные точки, неравномерно рассыпанные по всему побережью. Ирина попыталась остановить свой плот, но льдина опасно накренилась и девочка, потеряв равновесие, чуть не упала в воду. Поднявшись на ноги, она аккуратно, сантиметр за сантиметром, перешла в самый центр своего коварного судна и замерла. Ирина попыталась кричать, но быстро поняла, что ветер поглощает ее голос прежде, чем тот успевает долететь до берега. Вскоре Ирина почувствовала, что лед под ногами стал более рыхлым и начал потихоньку погружаться в воду – медленно, но верно море забирало льдину в свои объятья. Время остановилось…

Ирина аккуратно села на свой зеркальный плот и сразу же почувствовала, как намокли штаны. «Видимо, льдина скоро окончательно растает и утонет», – подумала она испуганно. Ирина еще раз посмотрела на удаляющийся берег. Где-то там был ее папа. И папа обязательно придет к ней на помощь. Она ни на секунду в этом не сомневалась. Ирина закрыла глаза и легла на лед, на мгновение представив, как море накроет ее с головой и утащит на самое дно. Она чувствовала, как намокает ее спина, а папы все не было и не было…

Вдруг откуда-то справа раздалось странное урчание, напоминающее рев двигателя, и чей-то крик, словно кто-то звал Ирину. Девочка подскочила на льдине и повернулась на голос. К ней действительно приближалась моторная лодка, в которой сидел мужчина.

– Не шевелись, я сейчас! – донеслось до Ирины. – Я заглушу мотор и максимально близко к тебе подплыву. Пожалуйста, не делай резких движений, хорошо? – пробасил мужчина.

Ирина послушалась и замерла. Мужчина на лодке был крупный, широкоплечий, в синей вязаной шапочке и зеленом бушлате.

«Спасатель», – догадалась Ирина.

– Тебя же Ирина зовут?

– Ирина.

– Меня Петр. Ирина, я тебе сейчас кину веревку, крепко за нее держись. Даже если ты случайно упадешь в воду, я все равно тебя вытащу. Хорошо?

Ирина кивнула. Мужчина бросил веревку, девочка ухватилась за ее конец и уже через пару секунд оказалась в лодке. Все произошло настолько стремительно, что она успела лишь почувствовать на миг, как чьи-то крепкие пальцы сжали ее плечо и буквально втащили на судно. Лодка была старая, местами с облупившейся краской, как и ее хозяин, который сидел сейчас напротив Ирины и внимательно ее разглядывал. У него было обветренное лицо, красные и немного распухшие пальцы и темные глаза с прищуром. От мужчины пахло машинным маслом и табаком.