Чтение онлайн

— Ну и добро. — Гоймир тряхнул непокрытыми капюшоном длинными светлыми волосами, увесисто стукнул Олега в плечо. — А вот подходим. Сейчас коч прятать станут, а мы двинем…

Коч, сбавляя ход — парус сворачивали, — подходил к плоскому пляжу из черного песка, на который ритмично набегала непроглядная вода. Над нею танцевали снежинки, а в метре от песка начинался снег — плотный, сверкающий белизной и безжизненный…

…Солнце вновь спряталось. Низкое хмурое небо рассыпало снежные заряды, которые рывками разносил плотный до вещественности ветер. Когда не было снега, он пахнул солью и йодом — эти запахи за дни плавания стали уже привычными.

Палок не было. Гоймир, который шел первым, балансировал рогатиной. Олег, стараясь не отставать, нес ружье в опущенной правой руке — «сайга» была заряжена пулями.

В таких условиях Олег еще никогда не охотился. Он даже толком не представлял, что это за звери — снежища. Расспросить было недосуг, а на рисунке Гоймира они походили на белого медведя и акулу одновременно. Хорош гибрид…

Лыжи шли не очень удобно. Тут, похоже, еще не додумались до искусственной смазки. Из снега тут и там поднимались ропаки, [19] часто встречались искрящиеся даже без солнца площадки фирна, [20] где лыжи с хрустом проваливали верхнюю корку. Было не так уж и холодно, но ветер резко усиливал мороз.

— Как пусто, — не выдержал Олег молчания.

Гоймир откликнулся тут же, словно ждал случая заговорить:

— То вид один. Тут всякой живности через край, а по лету — наособицу. Вот похоже только, снежищ нету, — добавил он.

— Они чуткие? — деловито осведомился Олег.

— Глуховаты. А нюх — тот выше похвал. Да и не увидишь тут тварь, пока не переедешь… — пожаловался горец. Потом вдруг сказал решительно: — Не одним нам боги ума вложили, а все ж таки станем быть на Ледянку, это место такое. Они там тюленей у полыней скрадывают, а мы их поглядим.

— Поехали, — откликнулся Олег, — тут твоя вотчина.

— Я этим местам не князь, — возразил Гоймир, — а у Мораны вотчину не отсудишь, силы не те… А у вас хороша охота?

— Только по лицензии, за деньги, — с сожалением сказал Олег. — Зайцы, утки, кабаны, лоси… Вот волка в любое время бить можно.

— Нас тоже в любое время бьют, — засмеялся Гоймир, — как волков, да не выбить им ни тех, ни других, ни серых, ни нас… А что за тварь — лось?

— А у вас нету? — удивился Олег. — Большой такой, горбатый… на четырех ногах. Ноги — как ходули, рога — офигеть… большие, я говорю, рога. Губа такая…

— А, сохатый! — опознал описание Гоймир. — Есть и такие… Как назвал — лось? Смешное слово, право… Вольг, ты кем быть хочешь?

— Йерикка меня уже спрашивал, — заметил Олег. — Не знаю, если честно. А ты станешь князем?

— Стану, когда время будет, — равнодушно ответил Гоймир, — коли не убьют до поры… — Это он добавил легко, без страха или огорчения. И тут же спросил: — А у вас в гулу играют?

— Это как? — поинтересовался Олег.

— Две ватаги. Старший и десять содругов в каждой. На ровном месте пускают шар железный — гулу. Надо ее кольями к противному краю загнать, тогда твоя взяла. А держать можно тоже только одними кольями, не руками, не ногами.

— Я в футбол играл — с мячом, как вон у вас перекидываются, — ответил Олег. — Там тоже команды по одиннадцать человек, и мяч кожаный, только не набитый, как ваш, а воздухом надутый, и его как раз ногами гоняют, не просто на край, а в ворота к противнику… Мне вообще спорт нравится.

— Спорт? — переспросил Гоймир. — Слышал слово… Это?..

— Ну, — замялся Олег. — Разные упражнения, чтобы быть сильнее, ловчее, быстрее… Вот охота у нас тоже спорт считается.

— А читать любишь ли? — задал Гоймир неожиданный вопрос.

— Люблю, — чуть удивленно ответил Олег. — А ты что, тоже?

— А то как же? — тоже удивился Гоймир, отталкиваясь древком рогатины. — У нас книг-то много, новых только нету. Самые лучшие — про звездные путешествия. «Туманность Андромеды» или «Страна багровых туч» читал ли?

В который раз Олег онемел от удивления. Гоймир читал Ефремова и Стругацких, чуть ли не основоположников еще советской фантастики!

— Читал, — осторожно ответил он. — А тебе Хайнлайн не попадался? Он тоже про звезды писал…

— Не читал, — огорченно помотал головой Гоймир. — Расскажи, как время будет.

— Попробую, — пообещал Олег.

А Гоймир, вздохнув, продолжал:

— Я иной раз думаю — сгинь данваны, может, и мы уже до звезд летали бы? Йерикка смеется. Его послушай — так человек новое узнает, одно когда его по голове хлобыстают, а без того лежит и брюхо чешет… Мне вот чего до смерти охота — у вас побывать, на Земле! Посмотреть, чем да как там живут?

— Там не очень хорошо, — сухо ответил Олег. У него снова холодно закололо в груди при мыслях о доме. — Слишком много лгут, крадут и разрешают. И слишком мало верят, делают и борются. Тебе бы не понравилось. Хотя техника у нас, конечно…

— Так и будь с нами, — предложил Гоймир. — Чего тебе? Или данванов сторожишься?

— У нас там свои такие есть, — вздохнул Олег. — А еще там моя семья. И мой друг. И моя родина, Гоймир. Я только тут и понял, как это много…

— Да, много, — согласился Гоймир. — Посмотреть бы я хоть вот сейчас. А на жизнь… — Он покачал головой. — Нет лучше гор и леса нашего. Ты как мы думаешь, а значит — правильно думаешь.

— А у нас многие уезжают, — вспомнил Олег. — Где теплее, богаче и забот поменьше…

Гоймир вместо ответа сплюнул. Потом поинтересовался:

— А девушка ждет ли тебя?

— У меня нет девушки. — честно признался Олег.

Гоймир посмотрел удивленно, но ничего не сказал по этому поводу, а просто вспомнил:

— Бранка пропала — я мало ума не лишился. Снова благо тебе, что выручил ее и довел, что защитил…

— Кто еще кого довел, — смущенно пробормотал Олег. И подумал, что Гоймиру даже в голову не пришло заподозрить, что за неделю в лесах между Олегом и Бранкой могло ЧТО-ТО быть. Просто — В ГОЛОВУ НЕ ПРИХОДИЛО, что Олег мог что-то сделать с девушкой против ее воли.

А в Бранке он был уверен.

— Ледянка, — нарушил размышления Олега негромкий оклик Гоймира.

Хаотичное нагромождение торосов и сугробов чередовалось с открытыми участками черной воды и голыми красными валунами. От этой картины пахнуло такой дремучей, первобытной жутью, что Олег ощутил озноб. «Такими эти места были, — с почти суеверным ужасом подумал он, плотнее натягивая капюшон, — когда людей в Мире не было вообще. Такими они останутся и когда… когда? Им просто все равно».