Чтение онлайн

Метров за тридцать до крыльца меня в очередной раз атаковали. Сразу двое и оба стражники. Перекрёстная ментальная атака: один из окна последнего ветхого домишки слева, второй — прятался где-то за деревьями справа. В прямой видимости их не было, поэтому я решил просто подождать.

Было больно, но терпимо. Организм уже практически без последствий принял и поглотил первый удар, но ко второй даже жизнь в Аркадии меня пока не готовила. Прилетело и самим ударом и будто раскочегарило первый, ужаливший по новой. Я застыл на месте, изображая из себя парализованного. Только глаза косил из стороны в сторону, в ожидании первого, кто высунется. И немного молился, не зная, как все эти удары работают со стороны стражников. Чувствуют ли они контроль над жертвой или шандарахнул и по умолчанию можно дальше спокойно кушать?

Попытался расслабиться, чувствуя, как поднимается температура. Будто организм решил, что надо побороться самостоятельно, раз мы с шакрасом не торопимся. Но, кажется, сработало! Давление усилилось, но уже за счёт сокращающейся дистанции. Ещё пара тихих, практически незаметных вдохов, плюс ощущение, будто свёрла, впившиеся в виски, наконец, встретились… И на границе зрения появились две тени.

Левый довольно неуклюже перевалился через разбитое окно. Захрустел битым стеклом и затрещал остатками рамы. Также неуклюже поднялся и, прихрамывая, пошёл ко мне. Красавчик — во лбу на вид свежее пулевое отверстие, правая рука отрублена по локоть, и рубаха на груди разорвана большим количеством характерных маленьких дырочек. Значит, уже встретился с охраной Комы.

А вот правый неожиданно спрыгнул с ветки. Почти метров с двух. Совершенно нигде не хрустнул, всё проделал мягко и тихо. Также мягко выпрямился и, чуть ли не пританцовывая, начал кружить приближаясь. Этот тоже уже встречался с «Искателями» — морда настолько запачкана кровью, что даже мокрица покраснела. Напитался и освежился? Или какой-то улучшенный подвид?

Я, возможно, слишком громко думал, для парализованной жертвы. Или не совсем те эмоции транслировал, гибкий молчун застыл на месте. Наклонил голову и открыл рот, выпуская мокрицу на меня посмотреть.

— Ой-ой-ой, как же страшно… а ещё больно… — промычал я, вспомнив говорливого фанатика. — Просто невозможно это терпеть…

Актёр из меня, видимо, был не очень. Молчун захлопнул пасть, спрятав мокрицу, и, мотнув головой, отпрыгнул в сторону. Лихо так — с места и сразу на пару метров. И попробовал ещё раз воздействовать на меня ментально. Чёрт! Некогда уже притворяться, левый уже почти неспешно доковылял. Пора была валить. Но и за правым потом по лесам гоняться желания никакого не было.

И снова от меня пошла не та эмоция. Теперь точно раскусили! Левый разогнался, видимо, разогрев суставы, а правый попытался снова ускакать. Я выстрелил, попав по ногам в полёте. Сбил его на землю и тут же крутанулся в сторону, уходя от левого и пропуская его мимо. Добавил ему скорости, выстрелив в затылок. Засыпал прыгуна зубами и ошмётками паразита и начал перезаряжаться. На секунду буквально глаза отвёл, а когда вскинул двустволку, то на земле уже никого не было. Только ветка дерева с обломанным кончиком шевелилась.

Секундное сомнение, догонять или нет. Шакрас явно рвался дальше, к чему-то крупному и по его меркам достойному для битвы. А я очень не хотел оставлять такого шустрика за спиной. Но и по лесам его ловить такое себе удовольствие. Но осторожность победила.

Я тут же оказался рядом со стволом дерева, переправив весь азарт генома на зрение и слух. Чем-то это тоже напоминало следы на воде. Круги на кругах. В паре метрах впереди ещё одна обломанная ветка остановилась, потеряв последнюю инерцию. Но для моих глаз её словно подсветили по контуру, заставив слегка пульсировать. Потом справа следы на сухой траве — придавленные только что травинки начали распрямляться. А я, ведомый шакрасом, будто знал, куда смотреть.

Ещё несколько переходов от следа к следу и новые приметы. Фраза «Читать следы» для нас с геномом стала буквальной. Ещё подсказка и, наконец, я увидел тень за деревом. Тень и край плеча сидевшего на земле человека. Я сделал несколько шагов вбок, обходя дерево, и замер.

— Хорошая попытка, — прошептал я. — Вот только с моим геномом это не работает.

Вскинул дробовик и выстрелил вверх. В переплетение сухих веток, среди которых пряталась мокрица. Здоровая, уже с ладошку размером — хотя, может, это она в полёте так распушилась. Тоже мне мокрица-летяга, подвид, блин, прыгунов… Заряд дроби разнёс эту хрень как воздушный шарик. Мокрица просто лопнула, залепив какими-то соплями ствол дерева и ветки. Я только и успел, что шаг назад сделать, чтобы и меня не забрызгало. Заглянул за дерево, и для надёжности выстрелил и в мумию, брошенную хозяином. Чтобы другие не подобрали.

Нафиг, надо ускоряться и завязывать. Как бы ни радовали растущие цифры на биомониторе, время поджимало. Выбрался из леса и побежал к башне. Замедлился перед входом и на крылечко уже поднимался крадучись. Скорее по привычке. Поверить, что меня ещё не ждут, было сложно.

Двери были прикрыты, но не заперты. Замок сломан, царапины свежие, на полу щепки. Кома очень в себе был уверен, с ноги зашёл. Шакрас тоже так предлагал: с шумом, драйвом и криками в духе: морды в пол, работает госгнилоконтроль!

Но общий фон ощущений, а я снова начал чувствовать чьё-то воздействие, рекомендовал не торопиться. Вернулась головная боль. Я чувствовал атаку, хоть она и была направлена не на меня. Били будто бы по области, и эта область полностью заполнила здание. От пола и до потолка. Рассеивалось уже только где-то на первом уровне башни. Тьма внутри аж звенела. Казалось, ткни стену иголкой, так весь дом разлетится, как тот мокричный воздушный шарик.

Я тихонько толкнул одну створку, сдвинув её на пару сантиметров, и заглянул в щёлочку. Кивнул увиденному и начал пятиться назад.

— Так, мне надо это осознать, — прошептал я, пытаясь проморгаться.

Слишком много новых образов, которые я не встречал в реальной жизни. В кино, скорее всего, видел и в играх наверняка. Но мозг пока не хотел эти образы обрабатывать. Я уже слез с крыльца, ощутив прохладный ночной воздух. Буквально на десять сантиметров вышел из зоны тёмной ауры, а прямо свежесть в воздухе ощутил. Сделал несколько глубоких, жадных вдохов, почесал затылок и достал из рюкзака гранаты. Переложил поближе, пожал плечами и пошёл обратно.

Обратно к машинам пойду попозже, а пока обратно к двери. Переступил невидимую границу воздействия и словно в парилку попал, где весь кислород выжгли. Жара не чувствовал, а вот воздух будто спёрли. Ещё чуть-чуть подтолкнул створку, раскрыв её уже сантиметров на пятнадцать. А то вдруг прошлый угол зрения что-нибудь да исказил…

Не, наоборот, приукрасил. Чем больше сдвигалась дверь, тем необычней открывалась картина. Огромный зал без мебели, но пустым он не был. Пол, стены, потолок — всё было облеплено гнёздами. Отовсюду торчали корни, лианы, хоботы или шланги…