Чтение онлайн

– Да, он такой довольный вернулся! – она берет трубку и набирает номер генерального. – Юрий Петрович, Мария может пройти? – и, получив утвердительный ответ, она снова обращается ко мне. – Он ждет.

Кабинет Рябинова кажется просто конурой по сравнению с резиденцией генерального: отделанные панелями из темного дерева стены, на которых висят репродукции картин Клода Моне, дубовый паркет, массивная мебель из дерева.

– Мария, присаживайтесь, – Петрович указывает на кресло возле своего стола. – Будете чай или кофе?

– Нет, спасибо, – послушно усаживаюсь напротив него.

– Как ваши дела? – он прикладывает указательный палец к губам и впивается в меня взглядом.

– Хорошо, спасибо.

– Мне понравилось, как вы провели переговоры, – сказав это, он снова прикладывает палец к губам.

– Спасибо.

Фокусирую взгляд на позолоченной подставке для ручек и судорожно начинаю вспоминать, где могла допустить ошибку во время встречи, но после непродолжительного анализа понимаю, что все прошло идеально. Тогда что я здесь делаю? Возможно, Петрович считает иначе, о чем и собирается сообщить. «Смотри ему в глаза», – произносит здравый рассудок, и на этот раз я не смею ослушаться.

– Мария, сколько вы в этой должности? – спрашивает Петрович.

– С марта 2010-го.

С чего бы ему интересоваться подобными вещами? Неужели он хочет… Тщеславие вопит изо всех сил, самолюбие дудит в фанфары. Конечно же! Сегодняшние переговоры – не что иное, как своеобразный экзамен. За красивые глаза должность директора департамента никому не достается, надо пройти все круги ада, что я и сделала. Вот он, момент славы!

– И вас все устраивает? – продолжает Петрович. – Должность, оклад, бонусы? Руководство?

Руководство? Причем тут руководство? Здравый рассудок приказывает тщеславию и самолюбию замолчать. Сохраняю внешнее спокойствие, хотя внутри напряжена, как струна. Странный вопрос перед повышением. Проверка на лояльность компании? Или на лояльность генеральному? «Петрович – либо идиот, либо хочет меня слить», – звучат в ушах слова Вити. Тщеславие обвиняет здравый рассудок в паранойе, а здравый рассудок обвиняет тщеславие в недальновидности. Все это время самолюбие продолжает дудеть в фанфары, от чего голова начинает раскалываться.

– Руководство? – переспрашиваю я как ни в чем не бывало. – Я подчиняюсь Виктору и вам.

– Ну да, конечно, – Петрович лукаво улыбается, переводит взгляд на свой мобильный телефон, а потом – снова на меня. – Вы ведь вместе с Рябиновым пришли?

– Нет. За два года до него.

– Ну да, точно. Что ж, не смею больше вас задерживать.

Встаю и неспешно направляюсь к двери, хотя единственное желание в данный момент – убежать из кабинета генерального со всех ног. Неужели Петрович хочет отделаться от Вити? Если так, то какую участь он уготовил для меня? Предложение вступить в коалицию против Рябинова в обмен на повышение? Но я не поступлю так ввиду многих причин: наших приятельских отношений, слаженной работы в команде, да и перспектива оказаться под началом другого зама совсем не прельщает. Предположим, я откажусь. Что тогда? Меня уволят? Мурашки начинают свой забег по позвоночнику: вверх, вниз, снова вверх, снова вниз. Тщеславие проклинает здравый рассудок, тот проклинает тщеславие, а самолюбие никак не может определиться с инструментом для подходящей музыкальной партии.

– Мария, – окрикивает меня Петрович. – Оставим этот разговор между нами.

– Конечно. До свидания.

Покидаю кабинет генерального, но далеко уйти не удается – меня отлавливает Три Эс.

– Мария, я хотел с вами поговорить, – с премилой улыбкой произносит он. – Пройдемте ко мне.

Ему-то что нужно? Мне с лихвой хватило разговоров! Но все-таки я следую за Степановым в его кабинет. Как только он закрывает дверь, то сразу же делается серьезным.

– Я по личному вопросу.

Еще бы! Боится, что я сделаю достоянием общественности его амурные дела!

– Видите ли, Анна сказала, что вы в курсе наших с ней отношений…

– Это не мое дело, – сухо отвечаю я.

– Однако она очень дорожит вашим мнением. Я… Хочу, чтобы вы знали, я имею самые серьезные намерения в отношении Ани.

– Семен Степанович, я рада за нее, но еще раз повторюсь: это не мое дело. И я бы предпочла не обсуждать более происходящее между вами.

Весь вечер я пыталась дозвониться до Рябинова, но тщетно: его телефон был выключен, а из офиса он уехал еще до моей беседы с Петровичем. Здравый рассудок, презираемый тщеславием, советовал не держать в тайне разговор с генеральным. Разве есть другие варианты? Если это и впрямь паранойя, то Рябинов развеет мои подозрения. Но его телефон оставался выключенным весь вечер…

Четверг, 07.03.2013.

Прохожу на свое рабочее место в 8-45 и вижу на столе диск с фильмом «Служебный роман». В недоумении оглядываюсь: на столах девочек тоже лежат коробки: у Ани – «Амели», у Оли – «Привидение», а у Лидочки – «Кейт и Лео». Все эти фильмы я смотрела, и сюжет каждого из них мне хорошо знаком. «Амели» – о девочке, которая любила делать людям хорошо; «Привидение» – о чувствах, над которыми не властна смерть; «Кейт и Лео» – история любви, приправленная путешествиями во времени. А вот «Служебный роман» – про руководителя-мымру. Неужели у коллег я ассоциируюсь с Калугиной? Они, что, издеваются?!

Открываю тумбочку и убираю туда коробку с диском: не хватало еще, чтобы кто-нибудь увидел этот прекрасный подарочек!

– О, ты уже здесь, – Аня снимает куртку. – Как раз хотела спросить: можно, я не пойду на корпоратив?

И как я забыла о второй части подарка, который нам подготовили мужчины – поход в какой-то там ресторан? Я и сама не горю желанием посетить это мероприятие (особенно, после «Служебного романа»!), но разве у меня есть выбор? При занимаемой должности не комильфо отбиваться от коллектива! Между прочим, Ухова – тоже начальник, так что ее присутствие обязательно. Почему я одна должна за всех отдуваться?

– Зайди хотя бы на час. Потом уедешь.

– Хорошо, – она включает системный блок и утыкается в монитор.

Мне удалось встретиться с Витей только в час дня. Под предлогом срочной и не менее важной встречи я увела его из офиса, посадила в свою машину (хотя он сопротивлялся и визжал, что не хочет лезть в «эту капсулу смерти») и привезла в ресторан рядом со своим домом.

Только когда мы сели за столик и сделали заказ, я наконец-то рассказала о событиях вчерашнего дня.

– Теория вселенского заговора? – с улыбкой интересуется он, когда я заканчиваю свое повествование.

– Издеваешься?

– Можно сигарету?

Он молча курит, уставившись на пепельницу, а я не решаюсь нарушить ход его мыслей, поэтому тоже не произношу ни слова. И только после третьей подряд выкуренной им сигареты я не выдерживаю.

– Так что ты думаешь по этому поводу?

– Что я вчера нажрался, как скотина, – отвечает он.

– Ты точно издеваешься! Я рассказываю о том, о чем Петрович просил помалкивать, а ты...