Я люблю свою работу?
Шрифт:
– Привет, чувак, – произносит он и обменивается рукопожатиями с Гошей. – Вау, ты девочек привел! Проходите, дамы.
Хочу послать его куда подальше, развернуться на 180 градусов и покинуть это злачное место, но Шаров, словно предугадав мои дальнейшие действия, отрицательно качает головой. Радостная Оля протискивается между юношей и дверным косяком, а я продолжаю стоять на месте.
– Да ладно? Крошка Мэри испугалась? – Гоша чуть заметно улыбается.
– Нет, – и смерив его уничижительным взглядом, я следую за Олей.
За барной стойкой с черной деревянной столешницей, делящей надвое пространство небольшого (метров тридцать или около того) прямоугольного помещения, стоит коренастый блондин и что-то смешивает в шейкере. Осматриваюсь: высокие потолки с деревянными панелями; покрытые терракотовой штукатуркой стены, на которых развешены фотографии городского пейзажа под старину, уставленные красивыми бутылками деревянные полки и старая потертая афиша, анонсирующая выступление какой-то группы со странным названием «PickllBerry 5 N.M.»; барные стулья с высокими спинками причудливых узоров – все радует глаз. Здесь приятно пахнет корицей, и ванилью, и свежими яблоками, но запахи не смешиваются – каждый из них индивидуален. Краем глаза замечаю, что Гоша внимательно наблюдает за мной, и сразу демонстрирую безразличие, как будто обстановка не производит никакого впечатления.
– Здесь круто, – Оля не без труда взбирается на барный стул. – Маш, садись.
– Где можно повесить пальто? – деловито интересуюсь я. – И поставить сумку.
– Какая же ты зануда, – Шаров закатывает глаза, но все-таки помогает мне раздеться. – Сумку поставь на стул. Никто не придет, у нас закрытая вечеринка.
Нервно сглатываю: он это серьезно? Что еще за шуточки? «А я предупреждал…», – произносит здравый рассудок и хмурит брови.
– С чего начнем, дамы? – интересуется блондин.
– С водки! – отвечает Оля.
– Да ладно? – Шаров усаживается рядом со мной. – Ты настроена серьезно. Предлагаю не спешить и перепробовать весь коктейльный лист. Справитесь?
Ухова утвердительно кивает, а я лишь с отвращением морщусь: я вовсе не собираюсь напиваться! И зачем я только сюда пришла?
– Раз, два, три, поехали!!! – кричит Пабло, высокий худощавый парень, открывший нам дверь пару часов назад.
Или больше пары часов? Три, четыре? Сколько сейчас времени? Хотя, это не так важно. Мы выпиваем по шоту и ставим стопки на стойку. Какой по счету? И это тоже не важно. Надо поддержать Ухову. Возможно, после всего выпитого ей станет легче. Или не станет… Бедная Оля! Она рассказала нам причину своего странного поведения: от нее ушел Максим. Вот так просто – встал и ушел. Ему досталось огромное наследство от какого-то там тысячеюродного дяди, проживавшего в Англии. Поэтому Максим сообщил, что все деньги он намерен потратить в компании кого-нибудь другого, а не своей жены, содержавшей его долгие годы и терпевшей все его выходки. Подонок!
– Еще по шотику? – Пабло улыбается.
– Во-о-от так, еще ступенька… Забери у нее сумку.
Кто бы забрал мою! Но я послушно выполняю просьбу Гоши, несущего на себе практически бездыханное тело Уховой. Путь из такси до моей квартиры занял у нас минут десять или больше – я с трудом слежу за временем. Открываю входную дверь и пропускаю гостей вперед, как и подобает хорошей, пусть и пьяной хозяйке.
– Куда мне ее положить?
– Кого?
– Ухову, кого же еще!
Даже не разуваясь, мы проходим в гостевую спальню. Точнее, я прохожу, а Гоша, пыхтя, волочит на себе Олю. Наконец он укладывает ее на кровать и облегченно вздыхает.
– А мне где спать? – спрашивает он.
– Тебе? А ты собираешься спать здесь?
– Да ладно? Я надорвался, и я пьян, поэтому не доеду до дома. Где мне спать?
Здравый рассудок что-то кричит, но я не могу разобрать ни слова.
– В гостиной на диване. Подушку и одеяло можешь взять здесь…
У меня получается разобрать одно-единственное слово здравого рассудка. И это слово – «Идиотка».
Четверг, 14.03.2013.
Будильник назойливо звонит, а я, не открывая глаз, пытаюсь нащупать его на тумбочке, чтобы швырнуть и разбить об стену. Как же плохо… Что я вчера делала? Бар, Гоша, Оля, Пабло, шот за шотом… Открываю глаза, с трудом приподнимаюсь на кровати и смотрю на будильник, продолжающий звонить. Нахожу в себе силы, чтобы добраться до него и выключить. Во рту все пересохло, губы даже слиплись. Какая гадость! Встаю и, пошатываясь, плетусь в ванную, чтобы почистить зубы. Похоже, я так не напивалась со студенческих времен!
Пока чищу зубы, вспоминаю события вчерашнего вечера и в ужасе содрогаюсь. Из зеркала на меня смотрит изрядно потрепанная особа: взъерошенные волосы, размазанная косметика, красные глаза. Угораздило же!
После прохладного душа становится немного легче, но даже сильный напор воды не в состоянии смыть весь позор. Здравый рассудок уже проснулся и отчитывает меня за безответственность: неизвестно, как нам аукнется попойка с Шаровым, который, кстати, остался спать на диване в моей гостиной…
Укутавшись в банный халат, решаю проверить гостей. В гостиной никого нет. Гоша уже уехал? Если так, то это к лучшему: вовсе не горю желанием встретиться с ним утром в собственной квартире. Прохожу в гостевую спальню и в ужасе обнаруживаю Шарова в Олиных объятиях. Их одежда разбросана по полу, одеяло и подушки валяются у подножия кровати. Мурашки пробегают вверх по спине, потом вниз: что здесь вообще произошло?! Они это серьезно?
Шаров приоткрывает глаза и пытается изобразить улыбку. Ему совсем не стыдно? Даже мне неловко, хотя я-то в своей квартире! Ни слова не говоря, выхожу из комнаты.
На часах уже 8-15, и я даже собралась на работу. Сижу за кухонным столом и пью зеленый чай, раздумывая, как поступить со своими гостями. В спальню больше не зайду: не хочу снова созерцать картину грехопадения Уховой. Пожалуй, оставлю запасные ключи и записку, а сама уеду. Да, так и сделаю!
– Крошка Мэри, доброе утро, – в дверях появляется Шаров, одетый только в брюки. – Угостишь кофе?
– Знаешь, мне пора на работу. Я оставлю ключи, а вы… Вы чувствуйте себя, как дома.
– Мы? Никаких «нас» нет, – он загадочно улыбается.
– О, – встаю из-за стола. – Даже не хочу знать подробностей: это не мое дело. Счастливо оставаться.
Аня и Лидочка уже на своих рабочих местах: первая, как обычно, увлечена работой, вторая – собой.
– Доброе утро, – негромко произношу я и ставлю сумку на тумбочку. – Меня никто не искал?
– Тебя всегда все ищут, – фыркает Лидочка, не отрываясь от своего отражения в зеркале пудреницы. – Тебе не звонила Оля? Ее до сих пор нет, и мобильный выключен.