ЖАНРЫ

Я назову твоим именем сына. Книга 2. Юлия
Шрифт:

— Пока! — ладонь непроизвольно разжалась, телефон выскользнул, упал на пол, издав слабый звук. «Стекло разбилось», — равнодушно, почти машинально, отметила она и опустилась на пол рядом с упавшим телефоном. Что это было? Как можно было заснуть, после того как они договорились о предстоящем свидании. Когда она решилась на отчаянный шаг, не потому, что этого хотела, а потому, что боялась потерять их отношения. Боялась потерять возможность, скромно, но с достоинством сказать подружкам: «Мой парень! Мы с моим парнем!» А, теперь? Встретятся ли они ещё когда-нибудь? Не будет же она бесконечно названивать ему. Она уже и так сделала много шагов ему на встречу. Она медленно, точно через силу, поднялась с пола, взяла в руки сломанный телефон, равнодушно взглянула на сломанное стекло. Прошептала, будто кто-то мог услышать её: «Ну, почему мне не везёт в любви? Ради любви, я пошла против того, что не хотела делать. А, он: «Извини, я уснул!» Я почему-то не уснула, а он уснул! Как всё просто и незамысловато! Ха-ха! Она переоделась в домашний костюмчик, бросила скомканную одежду в кресло, нырнула в кровать под одеяло и попыталась также беззаботно, как и он «прилечь на десять минут, а потом встать». Она лежала в кровати на спине, бессмысленно таращась в потолок. В голове то образовывался пугающий вакуум, то хаотично возникали обрывки мыслей, отчётливо звучал его голос, со всеми присущими ему интонациями нежно - страстными, сводившими её с ума, заставляющими её трепетать в ответ и холодно-равнодушные, от чего у неё, казалось, останавливалось сердце.

Послышался звук открываемой входной двери. Вернулась с работы мать. Заглянула в Юлькину комнату:

— Ты почему в кровати? Заболела? — она подошла, потрогала лоб у дочери, — температуры нет.

— Не заболела я, мама, — с досадой ответила Юлька, убирая материнскую руку со лба, — просто устала и прилегла отдохнуть.

— От чего это мы, интересно узнать, устали? Посуда не мытая, пыль не вытерта и так далее, ждёшь, когда мать с работы придёт и за тебя всё сделает?

О, боже! Неужели нельзя без нотаций! На душе и так муторно ещё мать с нравоучениями пристаёт. Она отвернулась к стене, укрылась с головой одеялом. Сна не было. Мать гремела посудой в кухне, потянуло запахом вкусной еды: жареная курица с золотистой корочкой, а на гарнир рис, приправленный тушёной морковью с луком. Юлька мигом скинула одеяло, опустила ноги на холодный пол, сунула, вмиг озябшие ноги, в уютные домашние тапочки и заглянула в кухню. Мать рассмеялась, увидев Юльку:

— На запах пришла? Вкусненького захотела? Садись, будем ужинать или отца подождём?

— Не-е-е, не будем ждать! Уж очень вкусно пахнет! Я не вытерплю! — она плюхнулась на табурет, в ожидании курицы с рисом. Неистово, на всю квартиру заголосил Юлькин телефон, оставленный ею в комнате. Она вздрогнула: «Он? Серёжа?» — сердце кольнуло иголочкой - надежда, что звонит Сергей или опасение - вдруг, не он, а кто-то из подружек звонит по ерунде, конечно! Она метнулась в комнату, узнать кому и что от неё нужно.

— Поела бы, потом ответишь! Никак не наболтаетесь! Ох, уж эти девчонки! — покрутила она головой.

— Пока не накладывай, мама, а то остынет, а я не люблю холодную курицу и, тем более, рис, — уже на пороге кухне, скороговоркой протараторила она. Зашла в свою комнату, крепко прикрыла дверь - чтобы мать не вздумала подслушивать. Юльку выбесило, что, мать, изображающая из себя интеллигентную женщину, оказывается, преспокойненько подслушивает за дверью! Она и представить этого не могла. Схватила надрывающийся телефон: он! Сергей!

— Алё! — она постаралась, чтобы её голос звучал как можно более спокойно, чтобы ему и в голову не пришло, что она, со всех ног, бросилась отвечать.

— Ну, что, Юлёк? Я выхожу к тебе? Ты готова психологически и морально? — прозвучал в трубке такой знакомый, такой долгожданный голос ЕЁ парня.

«Мой парень!» — прошептала она без звука, одними губами.

— Но, уже поздно, Серёжа. Мать с работы пришла, боюсь, не отпустит. Днём, когда мы с тобой собирались встретиться, нам никто не мог помешать. А, сейчас, уверена, мать не отпустит. Может быть, потом? Завтра? — осторожно произнесла она. Да, она боялась его потерять. Девчонок много, переметнётся к другой, и всё. Хотя бы к Верке! А, причём тут Верка и других девчонок, кроме неё, много.

— Завтра ещё раз встретимся, — жизнерадостно отозвался Сергёй, — давай отпрашивайся у матери, и встретимся часика на два. Потом домой доставлю в сохранности, но не в целостности.

— Боюсь! — пискнула Юлька.

— Чего? Чего или кого ты боишься - действия или, что мамка не отпустит?

— И того и другого!

— Не бойся, малыш! Все когда-то начинают этим заниматься. Я обо всём позабочусь, тебе надо будет просто расслабиться и получать удовольствие.

— Ты уже это говорил, — напомнила ему Юлька, а сама подошла к двери и, рывком, открыла её, проверяя, подслушивает мать или нет. Нет, матери за дверями не было. — Ладно, пойду, спрошу. Если отпустит, приходи ко мне. Если нет - потом.

— Хорошо, моё солнышко! Я жду от тебя звонок.

— Ок, — она нажала «отбой», резко выдохнула и пошла в кухню.

— Ну, что? Всем «косточки перемыли?» — пошутила она, — есть-то будешь?

— Да, буду! Ма-а-ам! Девчонки меня зовут погулять. Можно я пойду? Недолго, часика на два.

— Кто? Какие девчонки?

— Да из класса. Меня зовут. Ненадолго. Часика два. Поболтаем. Косточки перемоем - как ты выражаешься и домой. Ну, ма-а-ам! Можно?

— Ну, ладно! Иди! Два часа, не больше. Чтобы полдевятого - девять была дома.

— Ладно. Сейчас скажу девчонкам, что выйду, а ты, пока положи мне курочку с рисом.

Она пошла в свою комнату. Забралась с ногами в кресло, подумать - а надо ли ей это всё в 14 лет? Может быть, просто вкусно поесть, включить музыку и просто побалдеть у себя дома? Она не успела додумать эту мысль. Как бешенный заорал телефон, точно не мог дождаться, когда она примет правильное решение.

— Ну, что, мой золотой? — ворковал Серёжин голос из трубочки, — встречаемся?

— Меня отпустили, но я ещё хочу курицу с рисом поесть, мама приготовила, очень вкусно.

— Ласточка ты моя! Покушай, конечно. А я через 15 минут выдвинусь в твою сторону. Когда приду - позвоню. Договорились?

— Да! Я кладу трубку? — на всякий случай сообщила она, вдруг, разозлится. Мужчины - они такие непредсказуемые.

— Да, солнышко моё! Иди кушай, а я через 15 минут выдвигаюсь в твою сторону.

Она съела курицу с рисом, выпила чай с круасаном. Еда, на некоторое время, отвлекла её, она уже не переживала так сильно о предстоящей встрече и о том, что будет потом. Поблагодарила мамочку и ушла в свою комнату. Оделась, чувствуя, что снова начинает безумно нервничать. Пришло сообщение: «Я около твоего дома. Выходи». Она ответила короткое: «Ок» и через несколько минут уже вышла из дома. Он ждал её чуть поодаль там, где их никто не смог бы увидеть. Она выскочила к нему, вся запыхвшаяся, розовенькая, чуть-чуть несущая на себе запах вкусной еды.

Он обнял её, чмокнул куда-то в шею или в щёку - он не очень-то понял.

— Готова? — требовательно спросил он её, подразумевая, если нет - он в ту же секунду поворачивается и уходит.

— Да! — дерзко ответила она, подразумевая: ещё осмотрим кто кого!

Они обнялись, впились друг в друга страстным и долгим поцелуем, точно они были в пустыне и наконец-то на их пути встретился родник с ослепительно прозрачной чистой и вкуснейшей водой и они никак не могли утолить жажду.

— О, боже мой! — Сергей первый оторвался от сладких губ, — ты хочешь, чтобы я сошёл с ума! — Зачем? Зачем ты такая сладкая, ягодка моя!

— Ты, правда, любишь меня, Серёжа? — она подняла голову, вгляделась в его глаза. — Или ты просто, тупо, хочешь секса со мной?

— Конечно, люблю! Люблю! — ему так безумно хотелось секса, что он не то что милой девочке Юле сказал бы, что он любит её, но и будь перед ним взрослая тётенька, соглашающаяся на это, он бы и ей поклялся в вечной любви и верности.

— Я тебе верю, — шепнула она, нежно прикасаясь к его щеке губами. «Точно шёлк скользнул по моей щеке», — её нежность и чувственность будоражила его. — Ты доверяешь мне? — прошептал он, осыпая её поцелуями.

Поделиться с друзьями: