Чтение онлайн

Нит и Хатал вошли вместе. Интересно, где всё это время пропадал мой пронырливый нянь? Хотя, уже не мой. Вон как девчонка цепко держит его кисть. Пусть хотя бы у них всё будет гладко!

— Как вы себя чувствуете, госпожа? — янтарные глаза с беспокойством обшаривали моё лицо в поисках признаков нездоровья.

— Лучше. Наверное, уже лучше…

— Зачем приходил Себо? Что он сказал?

— Боялся, буду мозолить глаза счастливым молодожёнам. Грозился устроить и мою личную жизнь тоже… — криво заулыбалась, сглатывая вставший в горле ком. — Ты его видел?

Нит кивнул.

— Сейчас Мр… — покосился на свою подругу, — Эффэйр под замком. Говорят, когда немного пришёл в себя, чуть не разнёс Себо полдома. Но его быстро угомонили. Не знаю, что с ним сделали, но он никого не узнаёт, сидит и молча смотрит в одну точку. Я пытался с ним говорить, но… — Нит опустил взгляд и покачал головой.

На глаза навернулись злые слёзы бессилия.

— Поможешь к нему дойти?

— Тебя не пустят к нему, Салисс, — заговорила Хатал. — По нашим законам Эффэйр преступник и жив только потому, что глава не хочет видеть свою дочь опозоренной. Через два заката… Прости, — девушка виновато потупилась, — я подслушала ваш разговор с Себо. Через два заката пары, благословлённые богиней в ночь Алт Илиндит, приносят друг другу клятвы в излучине реки. И только тогда брак считается заключённым. Даже если мужчина был с девственницей, — щёки дроу густо покраснели. — Так вот, если во время церемонии доказать обман Нии, никто не в праве заставить Эффэйра на ней жениться.

— Любой лекарь смог бы это сделать, но магией здесь не воспользуешься, — возразила я, не надеясь на чудо. — Думаешь, я не пыталась?

— Нет! Конечно, нет! — Хатал смешно выпучила глаза. — На магию строгий запрет! Но я точно знаю, кто нам поможет.

— Хатал, милая, не тяни! — Нит ласково обхватил руками ладошки девушки, на что она снова зарделась.

— Когда случаются тяжёлые роды, охотник или воин серьёзно ранен, — заговорила она, понизив голос, — когда не способны помочь настойки и отвары, мы зовём та`йташ, ведьму. Она стара, как рощи Ишттаха, но её уважают. И слово её — закон. Она умеет без магии отгонять хвори, способна уговорить нерождённое дитя быть милосердней к своей матери. Старуха знает, чей ребёнок зреет в женской утробе и кто первым вкусил девичью невинность. Если привести её, и Ниа, действительно, обманула…

— Я отдам всё, что угодно! — сердце загрохотало в висках. Я пойду! Поползу! — Где искать эту вашу та’йташ?

— О, не-ет! Всё не нужно. Ведьма так дорого не просит, — лукаво заулыбалась хитрюга. — Пары сдобных лепёшек и головки мягкого сыра ей вполне хватит. Идти не близко, но если отправиться сегодня…

Я подскочила с постели, сцепив зубы от боли.

— Нет, госпожа, вы никуда не пойдёте, — Нит поймал меня в сантиметре от пола. — У вас просто не хватит сил. Оставайтесь здесь. Мы с Хатал обязательно успеем.

Не знаю, как уговаривала моя внезапная союзница собственных родителей, но из дома её отпустили. Конечно, в сопровождении Нита.

В отсутствие Хатал, за мной ухаживала её мать, замкнутая и молчаливая Тоола. Мне было очень не уютно. Пить и есть я откровенно боялась. Но силы были нужны и, понадеявшись на чужую порядочность, я себя переборола.

К вечеру следующего дня уже прилично удавалось ходить, голос вернулся. Спасаясь от собственных мыслей, завернулась в лёгкое одеяло и вышла в маленький дворик позади дома, укрытый от посторонних глаз пышными кустами.

— Всё-таки решила остаться? — я так погрузилась в себя, что не заметила, когда ко мне подошла Эста. Она кивнула вышедшей из дома хозяйке и присела рядом.

— Тебе есть до этого дело? — ответила вопросом на вопрос. Не сказать, чтобы я очень на неё злилась, но и общаться не хотела.

— Уверена, что готова сломать себе жизнь ради мужчины? Себо не отступится. Он упрям, а иногда и очень жесток. Уходи, пока позволяет.

Я промолчала и отвернулась.

— Я знаю, на что ты надеешься. Но старуха может отказать. А ещё сказать совсем не то, что ты хочешь услышать.

— Ты сама-то в это веришь? Я думала, ты намного умнее.

Теперь промолчала Эста.

— Когда-то давно я готова была на всё ради любимого, — дроу заговорила, медленно подбирая слова, — а Себо… Знала бы ты его раньше… Но безраздельная власть над женщиной меняет. Сейчас, кажется, иногда он мстит мне за то, что пережил в стенах моего Дома.

— Туманный полог может покинуть каждый, — я внимательно рассматривала красивое печальное лицо и пыталась понять, к чему этот странный разговор из намёков и недосказанностей.

— Такие, как я, — нет. Я должна жить, мой путь ещё не окончен. И как бы муж ни обвинял меня в холодности к собственным детям, я очень люблю сына и дочь. Уходи, Салисс, пока можешь. Твоё, если оно таковым является, навсегда останется с тобой. Но видеть собственного мужчину с другой — невыносимо. Уходи и уноси отсюда это, — Эста положила мне на колени небольшой тряпичный свёрток. — Эффэйр приходил сюда за этой вещью, а не любоваться цветами аиньена. Рано или поздно Себо потеряет бдительность и перестанет пичкать бывшего друга отравой, чтобы сделать из него послушную куклу. Если это, — женщина указала взглядом на завёрнутое в ткань нечто, — из Ишттах шаи пропадёт, моему мужу нечем будет удерживать твоего мужчину.

— В чём подвох? — я подозрительно уставилась Эсте в глаза. — Тебе не дорого доброе имя дочери?

— Ниа так и останется моей дочерью. Опозоренная или нет. Я всегда помогу ей и утешу. Но если девочка не усвоит жёсткий урок сейчас, дальше будет поздно.

Эста медленно поднялась и тихо ушла, не прощаясь. А я осторожно развернула плотную ткань.

В темноте блеснула драгоценным арджуном массивная шпилька, сделанная для того, чтобы удерживать т’атши в традиционной причёске дроу. С тупого края заколки тусклый блик уличных фонарей дрожал непролитой кровью за гранями крупного камня. Сардис — вспомнила я его название.

Чуда не случилось. Ни на следующий день, ни утром, когда я проснулась от тихих шагов у себя в изголовье.

— Это принесли от главы, — Тоола расправляла складки воздушного светлого платья, украшенного по подолу изысканной вышивкой.

— Зачем? — я оторвала голову от подушки, смаргивая остатки сна.

— Для сегодняшней церемонии. Ритуальный наряд и украшения, — она отошла к столу и, любуясь, провела рукой по разложенным на нём длинным нитям крупного жемчуга, скреплённым между собой в нескольких местах. — Помогу тебе подготовиться. Заплету волосы.

— Хатал и Шат, они..?

На повисший в воздухе вопрос дроу качнула головой. В глазах мелькнуло сочувствие.

— Дорога к хижине ведьмы безопасна, и попытаться стоило. Но они могут не успеть, потому что путь к та’йташ у каждого свой: для кого короче, для кого длиннее. Пора собираться, Салисс. Если решила остаться, — продолжила женщина видя моё бездействие, — замужества не избежать.

Я хмыкнула, прикрыла рукой глаза. Бред…

— Какой замуж? Я не собираюсь…

— Тогда вставай! — тихо и зло зашипела Тоола, метнулась ко мне, нависла, сощурив глаза. — Знаю, что будешь надеяться. Упрямо и глупо. До последнего. Так не провоцируй Себо! Оставь для себя возможность уйти!