Чтение онлайн

Шибарийцы стояли наготове, готовые перенести замороженное сердце в криокамеру.

Стоя на трапе, я в любой момент был готов открыть люк и впустить Доусета, который отослал платный кар обратно к бросту.

После маяка вышел навстречу, одновременно наблюдая такую картину. Подходящего связиста и со стороны направляющегося на него двухколёсного драйвера. Водитель которого пока не видел меня, полностью сосредоточившись на ицтеке.

Тут он остановился и, спрыгнув со своего сиденья, направился в сторону удивлённого кровника.

Недолго думая, оглушил импульсом из бластера воинственно настроенного аборигена.

— Ты с ума выжил? — зарычал Сет. — Это самка.

Отдав мне контейнер, он вернулся посмотреть, как там землянка.

Передав драгоценную ношу медикам, я поспешил к ицтеку.

— Жива? Заканчивай с ней, выдвигаемся обратно. Всё прошло успешно, спасибо. Пора домой.

— Её зовут Мар-рия. Я беру её с собой.

Только приподнял бровь, не желая возражать.

Как-никак, благодаря его прямой помощи у меня есть шанс на счастливую жизнь.

— Хорошо. Место есть, провизии хватит. Пошли.

Уже где-то на взлёте, когда Сет появился у пульта управления, занимая рабочее место, поинтересовался:

— Чью память я должен буду чтить за спасение своей миасе?

— Пр-рокопенко Вер-ры Ивановны, если не ошибаюсь, — всё ещё что-то обдумывая, ответил он мне.

Сия

Что такое год?

Да я до сих пор считаю по земным меркам, хотя отлично осознаю, что на Аттере прошла лишь его большая часть.

Человек ко всему привыкает и адаптируется, поэтому старалась жить сегодняшним днём, больше любуясь этой планетой и наблюдая за жизнью окружающего меня общества.

Я так и не смогла соотнести себя с ними.

Пусть трусливо, но я никогда не считала себя бесстрашной покорительницей чужих планет.

С каждым прожитым днём терялась ниточка, соединяющая меня с этой реальностью. В самом начале, столкнувшись с шоком, неверием, отрицанием и во многом потерей здравого смысла, я всё-таки нашла в себе силы и стремление к ассимиляции себя и неизвестного.

Потом путешествие на Вейнитар и последовавшие за этим события — разрыв шаблонов и начало образования привязанности.

Легко крепиться и делать вид, что ты сильна, когда рядом тот, кому ты нужна.

Нужна… не за что-то, а вопреки.

Вы правильно поняли: у меня депрессия.

Самая обычная.

Мне не дают ничем заняться. Здесь меня во всём ограничивают и носятся пуще прежнего, словно я ребёнок, только вставший на ноги, а не самостоятельная личность со своими желаниями и потребностями.

Мне всё чаще начало казаться, что надо мной так завуалированно издеваются, прикрываясь мнимой заботой.

— Шин, прекрати мучить деточку своими трактатами. Ей отдых нужен! А ты мало того что мучаешь её неделями, так ещё и в остальные дни цепляешься!

— Тор Брез! Немедленно верните нашу дочь! Ей вреден горный воздух, там слишком повышена влажность атмосферы!

Мне предлагали заняться — готовы ощутить разрыв шаблона? — вышиванием и прочими прелестями, приличествующими леди восемнадцатого века.

Из-за этого, по сути, бесцельного существования я чахла, словно цветок без воды.

Подавленное настроение не улучшало и увеличившееся время нахождения в моей колбе.

Пыталась достучаться до Альеры, но ни мои доводы, ни объяснения Ледышки так и не смогли пробить броню, которой окружила себя сия Железная леди.

— Для тебя же стараюсь! — а зятю: — А ты! Совсем Марьялу забросил!

В общем, птичка в золотой клетке.

Бороться и спорить смысла нет, поскольку повышается давление и начинается приступ, что только уверило свекровь в собственной правоте:

— Вот! А я же говорила! Отныне никаких вылазок за пределы броста!

Даже злости не было. Лишь усталость. Хроническая.

Про Дана старалась не думать. Для меня он всё чаще начинал казаться каким-то призрачным и нереальным. Устала я.

Вера в то, что скоро стану здоровой, таяла всё больше.

Стоило Шинфару выйти за пределы своей лаборатории, как в первые секунды он был хмур и чем-то озабочен. Но стоило лишь увидеть меня — сразу улыбался.

Актёр из него никудышный.

Дан меня просветил, чем будет занят шибариец в его отсутствие. Поэтому соединить ту информацию, отлучки Шина в лабораторию и его хмурое настроение не составило труда.

Дела плохи.

А ещё всё чаще ухудшается самочувствие…

Если вы думаете, что всё — и я слегла… Было такое желание, зачем врать. Но если уж суждено умереть, пусть мои последние месяцы будут наполнены свежими впечатлениями.

Только сделать это надо правильно.

Скорее всего, далеко меня не отпускают с Римом потому, что он чужой самец. Шина Марьяла сторожит цербером. Остаётся только один вариант.

А сегодня как раз первое число этого месяца.

С самого начала меня потрясли их обычаи.

Жена в наследство…

Но, успокоившись и хорошенько пораскинув мозгами, я поняла, что они не лишены здравого смысла. А поскольку я вряд ли проживу долго, ко мне это не относится. Так что нечего раньше времени икру метать.

И попытаться воспользоваться этим знанием в угоду своим интересам стоило.

Поэтому совершенно логично с моей стороны было сподвигнуть на проказу старшего брата моего благоверного.

Так что… Сауер! Держись.

Твой хмурый вид меня не спугнёт. Смертников ничем не пронять!

И в этом тоже есть положительная сторона. Храбриться на словах легко, а поджилки трусятся будь здоров.

Уж больно мрачный тип этот Сауер. Подавляет на расстоянии. А как представлю себе, что будь я здорова и Дана вдруг не станет…

Бр-р-р… Не хотелось бы мне попасть под его «крылышко». Так… ноги в руки или руки в ноги — и вперёд. Может, не так страшен чёрт, как его малюют.

Засмеялась этой клоунаде, ведь всех аситинов я и так к этой нечисти приписала…

Глава 25. Деверь, телепорт и сиреневые бараны