Чтение онлайн

Шибарийка глазами побитой собаки посмотрела на него, а этот, погладив её по только что побитой щеке, добавил:

— Не переживай… она будет страдать… потом… вспоминая, что с ней было… А вспомнить будет что, и притом всю жизнь…

— Обещаешь?.. — поцеловав ударившую её ладонь, спросила она.

— Конечно. У нас с тобой одна цель на двоих — отомстить тар Драстам. И она будет к этому ключом…

Это уже было сказано про меня, наверное.

Отойдя на шаг, он махнул рукой в сторону металлического стула:

— Присаживайся.

Шибарийка, как девчонка, слегка подпрыгнув, улыбнулась и послушно села на указанный стул, с жадностью наблюдая за действиями альбиносного маньяка.

Я тоже перевела на него взгляд…

А что? Мне же интересно, всё-таки, что дальше будет.

Голиаф, подойдя к столику, задумчиво разглядывал его содержимое…

Задуматься было над чем, я вам скажу: разновидности скальпелей, щипцы, свёрла и спицы, какие-то плоскогубцы и т.д., и т.п.

Уперевшись руками в столик, он посмотрел на меня оценивающе и в то же время раздумчиво — словно художник над холстом: вроде бы и картина в голове есть, а с чего приступить — не знает.

— Хм… пожалуй, начнём с этого.

Взял в руки скальпель самого маленького размера и подошёл ко мне на расстояние вытянутой руки.

Обхватив другой рукой острый наконечник, начал его переворачивать прямо перед моими глазами — так, чтобы было видно, как играет свет на лезвии.

— Ну, разве не красота…?

— Красиво… — заторможенно ответила ему, заворожённо любуясь отблесками на лезвии.

Пока я рассматривала лезвие, он сильно ущипнул меня за сосок — даже не дёрнулась.

— Хм… хорошо, ты готова… Жаль, что боли не ощутишь сейчас… Я бы наслаждался твоими криками… но, что поделать, придётся и так… — сокрушённо пробормотал он и провёл остриём по моим плечам…

Выступила кровь… Ощущение погружения скальпеля в тело было… занимательным. Особенно при отсутствии боли…

Проведя линию до ключицы, он повторил тот же манёвр в другую сторону, словно делая широкую ленточку… Стерев рукой кровь — что, правда, не очень помогло, поскольку с меня стекало, как с дырявого ведра — он подхватил край «ленты» из моей кожи и медленно начал тянуть.

Я смотрела… и поражалась…

Кожа отрывалась от сухожилий и костей, и при каждом таком рывке кровь выстреливала струями, забрызгивая самого Голиафа и моё лицо. Пару брызг попало на ресницы — пришлось сморгнуть…

Даже Лиодас заинтересовалась, подойдя поближе.

Перевела на неё глаза с расширенными зрачками, поскольку, наконец оторвав лоскут, Голиаф передал кусочек кожи, некогда принадлежавший мне, ей в руки.

Другой рукой — той, в которой был скальпель — он обхватил её за затылок, пачкая волосы в моей крови, и впился жестоким поцелуем в губы.

— Ты этого хотела? Довольна?

— Даа… — обнимая его за талию одной рукой, другой прижав к груди мою кожу, простонала она в ответ.

Дан

— Что именно произошло? — спросил, усаживаясь в кресло напротив своих родственников.

В космопорту моё волнение немного улеглось — ведь миасе всё ещё была жива. Это дало силы для дальнейших действий.

Зная бывшего товарища Сауера, я был уверен, что она ещё жива. При всём своём моральном уродстве в прошлом он был одним из лучших нано-биологов и превосходным хирургом.

Старался не задумываться о том, что это может означать для симаи. При его-то воображении… иначе у меня просто поедет крыша.

А мне сейчас нужен холодный разум.

— Перидию удалось покинуть Виртум при весьма загадочных обстоятельствах. Есть версия, что ему помогли извне, поскольку пропал один из надсмотрщиков. Его до сих пор не нашли — чип деактивирован. Последнее местоположение — здесь, на Аттере, — докладывал брат.

— Я всё никак не могу понять, чем он мог того подкупить, находясь более сорока лет на копях, — сокрушался отец. — Может, узнай мы это, смогли бы приблизительно определить их местоположение?

Слушая обоих, задумался над тем, как ему удалось расстроить чип, находящийся в кровеносной системе у Сии. Поскольку тот выдавал данные с разных точек галактики.

При всех своих талантах и знаниях он всё равно не смог бы провернуть подобного. Да и на копях вряд ли было время и возможность для самообразования.

Планета Виртум сама по себе не курортная, а расположенные на ней сектора по выработке полезных ископаемых, от зари до зари, уничтожают любое желание, кроме как поспать. Это межгалактическая тюрьма для смертников. Более ста лет там никто не выживает — вредоносное излучение разрушает организм изнутри.

Следовательно, должен быть кто-то третий. Тот, у кого есть опыт в подобном: разведка, шпионская деятельность, программное обеспечение и связи в правительственной системе. Ведь чип в первую очередь транслирует сигнал туда, а уже оттуда открывается доступ членам семьи.

— Программер… Надо найти список программеров, числившихся на обучении в академиях и отучившихся там хотя бы год. Ведь оттуда вполне могли отчислить за несоответствие по параметрам, а аматоры всегда были и будут…

— Сделано, — ответил брат. — Сейчас придёт информация на коммуникатор.

Когда список прибыл, мы молча принялись за сортировку личностей, отметая тех, кто не имел большого потенциала, находился в других галактиках, на службе, или уже умер.

Под утро голова была забита не только у меня. В списке оставалась лишь сотня. В глазах рябило, и я едва не упустил очень важное имя — как подсказывала интуиция.

— Шин…

— Да? — оторвал голову от экрана друг.

— Ты никогда не говорил, что твоя сестра подавала заявку на обучение, но была отчислена, не проучившись и двух лет…

— Ты думаешь?.. — недоумённо переспросил он.

— Не знаю, но надо проверить. Тем более у неё, сто процентов, были нужные контакты. А она, ты сам знаешь, умеет надавить на нужные точки.

— Но как и зачем ей это? Ты же сам её отправил… на Виртум… — последнее слово он проговорил шёпотом и, перекатившись на стуле в другую сторону от коммуникатора, начал рыться в системе. Его голова поворачивалась и дёргалась каждый раз, когда он штудировал выбивающиеся на экране иероглифы.

Пока он перечитывал, я застыл, как рироз перед атакующим прыжком. Замирая внутри от дикой надежды, что мы наконец напали на след…