Чтение онлайн

– А тест на установление отцовства?

– Молодой человек, это было начало девяностых. И провинция – не Москва. И потом: Маргарита категорически сказала, что отец ее ребенка уехал из города.

– А что за мальчик?

– Коля Суханов. Отличник, талант, гордость школы. И, знаете, он, действительно, многого в жизни добился. Окончил школу с золотой медалью, сразу же после школы поступил в престижный институт. И его закончил с красным дипломом. Живет сейчас в Москве, работает в солидной фирме. Он приезжал недавно на такой машине! Вы себе даже не представляете!

– Отчего же, - усмехнулся Леонидов. – Представляю. А вдруг это все-таки, был он?

– Что вы, что вы! – Анна Афанасьевна даже руками на него замахала. – Маргарита же категорически это отрицала!

– Ну а если бы это был он, история с беременной девушкой могла как-то повредить его, скажем, дальнейшей карьере? Медаль ему без проблем дали?

– Ну, как вам сказать. С моим предметом у Коли были проблемы. Русский и литература. Это вопросы этики, я бы сказала. Его сочинения были несколько суховаты. И мысли в них, скажем, не совсем верные. Для того времени. Нет, сейчас, конечно, это актуально. Индивидуализм, расчетливость, полная концентрированность на собственном «я», желание, во что бы то ни стало сделать карьеру. И даже не в мыслях дело. В конце концов, за мысли можно поставить и отличную оценку, главное, что человек умеет мыслить.

Она замялась:

– Не хотелось бы мне об этом говорить. Стыдно. Но, ладно уж, сколько лет прошло! Словом, я исправила в его экзаменационном сочинении пару ошибок. Синей ручкой.

– А это возможно? – удивился Леонидов. – А комиссия?

– Ну, комиссия закрыла глаза. Уважаемая семья, мама – работник РОНО. Ведь без этой золотой медали ему пришлось бы сдавать все вступительные экзамены в институт. А конкурс был просто огромный.

– А если бы вы знали, что он – отец ребенка Маргариты?

– Ну, во-первых, это был бы скандал на всю школу. И многие учителя взглянули бы на Колю по-другому.

– И не видать ему тогда ни золотой медали, ни серебряной. И жениться пришлось бы. А маленький ребенок и неработающая жена, которых надо кормить, не способствуют успехам в учебе. Он сейчас женат?

– Да, конечно. Ходили слухи, что на его свадьбу даже близких родственников не позвали. Она была в Москве, в каком-то шикарном ресторане.

– Большая родня?

– Но он и сам очень достойный молодой человек.

– Не сомневаюсь. Значит, Коля Суханов уехал в Москву, навстречу блестящей карьере и выгодной женитьбе, а Маргарита Семенова стала проституткой, так?

– Ее родители люди небогатые, - замялась Анна Афанасьевна. – А Маргарита всегда была девушкой немного странноватой. Знаете, в тихом омуте… И вот этих чертей словно бы всех разом выпустили наружу. Знаете, она пользовалась большим успехом. Недаром школьницы пытались ей подражать. Такое может быть, только если кумир – сильная личность. Ведь она сумела и торговый техникум закончить, и однокомнатную квартиру себе купить. Там, говорят, такие ужасные оргии происходили! – в голосе Анны Афанасьевны прозвучало явное любопытство.

– А ребенок? – спросил Алексей.

– Девочку взяла к себе мать.

– Скажите, а этот Коля Суханов знает, что у Маргариты нашли СПИД?

– Да кто ж в городе об этом не знает? Он же приезжает к матери. Редко, но все-таки приезжает. Пока, - не удержалась от усмешки старая учительница.

– Значит, если бы они вдруг встретились в Москве, он стал бы ее сторониться, словно чумной, - задумчиво сказал Леонидов. – А могли они, интересно, встретиться?

– Ну что между ними может быть общего? – спросила Анна Афанасьевна. – Она же так низко пала! И, кстати, я так и не выяснила, почему именно вы ей интересуетесь? Она что-то серьезное натворила?

– Не знаем пока. Но ее убили, - сказал Барышев.

– Господи, какой кошмар! – охнула Анна Афанасьевна.

– Что ж, спасибо за чай. И за интересную историю.

Алексей поднялся и кивнул другу на дверь. Потом вдруг спохватился:

– А школьных фотографий у вас нет? Маргариты и этого… Коли?

Старая учительница не спеша, достала несколько альбомов из книжного шкафа:

– Вот, пожалуйста. Вот Маргарита, а вот Коля, – она показала на симпатичного парня, который Леонидову, тем не менее, сразу не понравился. Может, из-за рассказа Анны Афанасьевны?

– Мы возьмем одну фотографию? С возвратом? – И уловив согласный кивок, он спросил: - А как отчество этого Суханова, не подскажете? И год рождения?

– Отца Кириллом звали. Хотя, постойте. Приемного отца звали Кириллом. Его мать второй раз вышла замуж. Какое отчество взял себе Коля, когда получил паспорт, я сейчас не вспомню. По именам-то не всех теперь назову, а уж отчество… А год рождения семьдесят третий. Как и у Маргариты.

– Ладно. Найдем, если надо будет, - сделал пометку в блокноте Барышев.

А на улице спросил:

– Ну что с матерью-то ее будем делать? Зайдем еще разок?

– Давай.

Но дерматиновая дверь на четвертом этаже так и не открылась, хотя за ней улавливались явные признаки жизни. Мать Маргариты была там, но разговаривать о своей дочери ни с кем не собиралась. Барышев нацарапал на бумажке свои координаты, просунул листок под дверь, громко крикнув:

– Надумаете – позвоните.

Возле машины он спросил:

– Ну что, родителей Суханова будем искать?

– Зачем? – удивился Алексей.

– Да у тебя по глазам видно было, когда ты на фотографию смотрел, что этот парень попадает в подозреваемые.

– Почему попадает? Во-первых, не факт, что Маргарита от него родила, во-вторых, при чем тут тогда две другие женщины? Ты не в глаза мне смотри, а рот. А рот что говорит? Поедем, Серега, домой. Время уже к обеду.

– Хорошо. Я вернусь в этот Барановск один, - упрямо сказал Барышев.

– Как хочешь.

В машине они долго молчали. Алексей минут двадцать что-то обдумывал, а потом спросил:

– А, знаешь, что можно сейчас сделать?

– Ну?

– Заехать к Анашкину в изолятор и сказать ему, что у Маргариты был СПИД. Как тебе идея?

– Да ты что, Леша! У него же нормальная семья, жена-красавица. Думаешь, он к Маргарите ходил?! Но зачем?

– Дурак ты, Барышев. Абсолютно безгрешны только ангелы и ты. И то до поры до времени. Я не про ангелов, про тебя. Человек просто не может не делать пакости. И если дома он держится, то делает это на стороне. Ну, что, заведем к Анашкину?