Чтение онлайн

— Сам ты кенгуру.

Грожу ему пальчиком, пытаясь отползти на другую половину диванчика, но не получается. Джеймс закидывает мои ноги на свои колени, заставляя меня одергивать платье.

— Ладно-ладно, ты совсем на него не похожа.

Гладит руками, вызывая во мне настоящее мурашковое сумасшествие.

— И пить тебе совсем нельзя, как настоящей сахарной принцессе.

— Да что ты обо мне знаешь?!

Возмущение от того, что все меня таковой считают, придало сил забрать свои ноги из плена и отодвинуться. Так считают все, кто меня не знают.

— Ты понятия не имеешь, какая я! — Уже скорее, чтобы охладиться, а не по необходимости, бахаю в себя большой глоток виски. — В детстве отец не знал, что со мной делать. Он отдавал меня на танцы, в гимнастику, на рисование. Там я, кстати, облила девочку цветной водой из баночки за то, что она взяла мою кисточку. А в гимнастическом классе так больно ущипнула одну вредную ученицу, что меня настоятельно попросили оттуда забрать. Только к 14-ти годам он угадал с боксом, и меня перестали обходить стороной дети моего возраста.

Улыбаюсь, потому что весёлое было время, хоть и сложное. Жить без мамы для девочки тяжело. Не уверена, что у моего отца был шанс кого-то встретить и жениться во второй раз. До сих пор думаю, что на самом деле в этом виновата я.

— Так что, прости, Джеймс, но ты ничего обо мне не знаешь. Смирись.

— Понял. Сахарной принцессой тебя больше не называю. Моя боксёрша.

Он поднимает вверх руки, а я чуть подкипаю. Мне одновременно нравится и не нравится, как он называет меня своей. Я ведь понимаю, что это ничего не значит.

— Возвращайся ко мне ближе. Мне так нравилось. Я больше не буду, честно-честно.

— Не верю ни единому слову.

Я и правда не верю, только двигаюсь ближе к человеку, который вряд ли способен любить кого-то.

Комната уже ходит кругами, огибая мою голову. Завтра утром мне будет слишком плохо. А ещё сегодня вечером будет плохо моему отцу от вида собственной дочери.

— Я кое-что вспомнил!

Заявляет Джеймс переплетая наши пальцы. И когда только успел так приятно в них вцепиться?

Он лезет во внутренний карман пиджака, три раза не попадает, отрывает пуговицу. Я смеюсь. Ухахатываюсь просто, пока он не достаёт какую-то коробочку.

— Я купил кольцо тебе… нам… тебе. В общем вот.

И почему только сейчас я замечаю, что Джеймс сильно пьян. Его язык слушается не лучше, чем мой меня. Он критически осматривает кольцо, а потом мои пальцы, которые снова схватил.

Достаёт украшение необычайной для меня красоты. Оно переливается и завораживает. Глаз не могу отвести от того, как он его держит в руках, а потом роняет, оно катится куда-то по ковру.

— Чёрт. Но оно всё равно тебе не подходит, я куплю другое — лучше!

— Ты дурак что ли?!

Встаю с дивана чуть пошатываясь, падаю на колени, чувствуя жжение от соприкосновения с ковром. Никак не могу добраться до этой ускользающей от меня прелести. Как только оно оказывается в моих руках, радуюсь, как ребёнок.

— Оно красивое!

Зачем-то надеваю его на безымянный палец, ненормальная. Стою на коленях перед Джеймсом, демонстрируя ему, как оно великолепно на мне смотрится.

— Я что угадал с размером?

Киваю, потому что село оно просто идеально.

Джеймс Эванс

Дженнифер передо мной на коленях. И я не могу разобрать, что сияет ярче: её глаза или кольцо на пальце.

Да и какая разница, если в каком-то странном сочетании опьянения и ситуации в целом мы тянемся друг к другу. Дергаю её на себя, заставляя оседлать. А потом мне сносит крышу, потому что мы целуемся. Так страстно и бесконтрольно, будто это не мы. Это взаимно, вот от чего моя голова не на месте.

Привкус виски на наших языках переплетается, а она так близко прижимается своей грудью, что моя выдержка болтается на тонкой ниточке. Я понимаю, что если сейчас не остановлюсь, она мне не простит. Сожжёт меня заживо, как только проснётся, а похмелье подтолкнёт к жестокости.

Когда я огромным усилием перестаю её целовать, она ещё продолжает. Закрываю глаза, но продолжаю чувствовать её мягкие губы. Это не помогает.

— Ты же сама меня убьёшь.

Хриплю ей в рот, сжимая её бёдра руками. Это работает, Дженни замирает, ещё какое-то время сидит на мне, восстанавливая дыхание. А потом пересаживается на диван, обнимая колени. Её трясёт.

— Я скоро.

Мне нужно уйти, я дышать не могу. Придурок. Спускаюсь вниз, прохожу сквозь толпу, не слыша музыки. Этот клуб видел многое, в том числе и в моём исполнении. Но остервенело ублажаю сам себя в туалете я впервые.

Хреново быть чёртовым рыцарем. Брендан, как ты выживаешь, будучи им постоянно?

Вернувшись обратно, обнаруживаю Дженни на том же месте. Кажется, дела обстоят уже лучше.

— Наверное, мне сегодня хватит веселья. Я вызвала водителя.

— Не придумывай глупости. Я сам тебя увезу.

— Ты?

В её глазах мелькает страх. Вот кто бы со мной пьяным за рулём точно не сел в машину, так это она. И правильно сделала бы.

— Я пока ещё в своём уме. — Кажется. — Просто мой водитель всегда внизу. Идём.

Не трогаю её, просто жду, когда она пойдёт за мной. Боюсь, что если дотронусь, меня током убьёт. Внизу замешкался рядом с баром, закрывая счёт, а Дженни убежала вперёд. Ну куда?

Отстаю всего на несколько метров, а к ней уже кто-то тянет свои руки. Она пугается, пытается отскочить, но эффект неожиданности и какой-то самоубийца уже хватает её за руку.

— Руки убери, иначе буду считать, что они лишние.

Вырастаю за спиной парня.

— Какого чёрта? Джеймс? — Алекс замирает, увидев меня. — Так она твоя? Прости.

— Кольцо на пальце видишь? — Он кивает, судя по всему, до этого не планировал его заметить. — Так почему твои грабли всё ещё держат руку моей невесты?

Он отпускает её, будто обжёгся раскаленным железом, а я продолжаю взглядом объяснять ему, что трогать моё — большая ошибка. Есть в этом и плюсы: Дженнифер притихла и позволяет вывести её за руку из клуба прямо до моей машины.