Чтение онлайн

— Спасибо.

Тихо произносит где-то посередине пути.

— Согласись, было бы странно, если бы я отдал тебя ему в этой ситуации. На тебе моё кольцо, а я не получил того, что всё ещё хочу, между прочим.

— Держишь слово? — На её лице появляется грустная улыбка.

— Ага. Слово, которое тебе даже не давал.

— Мне понравилось. И в первый раз тоже. Прости, я глупо поступила тогда на яхте.

Улыбаюсь, довольный этим признанием. У меня были мысли, что она вытерла свои сладкие губы из вредности. Но её признание — мёд.

— Зато как сладко ты сопела ночью, обняла меня. Я почти не спал, мучился.

— Джеймс!

Бьёт меня руками, чем я и пользуюсь, притягивая её ближе.

— За что?! — Прижимаю к себе, блокируя её руки между нами. — Давай заключим мир, пока не наступило утро и мы оба не стали прежними?

— Давай.

Устав вырываться, пыхтит Дженни.

— Тогда вот что.

Поднимаю её подбородок и снова целую, а она покорно отвечает. Кто знает, когда мне ещё повезёт получать от неё нежность, а не побои.

***

— Приехали.

Она сама целует меня последний раз, а потом смотрит, будто ничего этого и не было только что. Мазохизм какой-то. Кажется, я начинаю трезветь.

— Пойду, — улыбается и смотрит почему-то очень внимательно. — Папа и так меня вероятно убьёт.

Открывает дверь и выходит. Несколько секунд трачу на принятие решения и иду следом. Использую своё несуществующее благородство сегодня по полной.

— Ты чего?

— Это я виноват, спасу тебя ещё разок.

Подхватываю руку удивлённой Дженнифер под свой локоть. Поверь, во мне замешательства не меньше. С порога понимаю, что решение было правильным. Эдвард Колман будто ждал её в холле последние пару часов.

— Почему твой телефон выключен?

— Прости, папа, он сел.

— Пока твой телефон выключен, я седею! — Только сейчас он переводит взгляд на меня. — Вы были вместе?!

— Да. Простите, что заставили волноваться.

Держусь максимально уверенно, но я пьян, и этого не скрыть. Его взгляд сужается и мечется между нами. Интересная ситуация, никогда раньше не попадал. Его можно понять. Единственная 18-летняя дочь приходит домой в 2 часа ночи, пьяная и не одна. Опустим тот факт, что я её жених. Может, увидит кольцо и смягчится.

— Дженнифер, быстро в свою комнату.

Она послушно не поднимая глаз идёт наверх, и только на последней ступеньке смотрит на меня. Я улыбаюсь.

— Джеймс, ты же взрослый человек.

— Мы оба взрослые.

— Я думал, тебе можно доверять!

Ну вот, впал в немилость, надо исправляться.

— Можно. Мы отмечали помолвку. — Немного приукрашиваю. — Увлеклись. Но я привёз её домой. — Вижу в его глазах такой же испуг, как у девушки на выходе из клуба. — Нас привёз водитель.

— Больше я такого не потерплю, — смотрит строго, а затем устало потирает переносицу.

— Через месяц она станет моей женой.

Зачем я только что определил сроки? Зачем мне это?

— Это ничего не меняет, Джеймс. Я хочу достойного к ней отношения.

Так зачем же ты выбрал меня? Я меньше всех в этом городе подхожу на такую ответственную роль.

— Позволите?

— Куда?!

Вопит он мне вслед так громко, что в висках стучит, но я уже иду наверх продлевать свои мучения.

Легко нахожу её комнату — дверь открыта.

— Так и думал.

Принцесса сидит, склонившись над белоснежным троном и тихо постанывает.

— Уходи! Что ты здесь делаешь?!

— Не хочу, чтобы ты мучилась в одиночку и выслушивала нервного отца.

Присаживаюсь на корточки, собирая в хвост её длинные волосы.

— Это всё из-за тебя!

— Знаю.

Вот и закончилось наше перемирие, я снова злодей в этой сказке, а принцессу мучительно тошнит.

Дженнифер Колман. Утро.

Снова передо мной белый потолок комнаты, а Джеймс всю ночь был не в моей голове. Наяву!

— Идиотка!

Рычу на себя вслух, лишь провоцируя головную боль. Во сколько он ушёл? В три или четыре часа утра?

С трудом поворачиваю голову. На столе стоит полный воды стакан, около которого я вижу таблетки. Наверное, Харпер постаралась. Святая женщина.

В черепной коробке миллиарды маленьких молоточков напоминают мне, как я сглупила, вступив в разговор с Джеймсом в клубе. Нужно было встать и уйти. Нет! Не нужно было вообще туда заходить. Как было здорово и спокойно, когда он целую неделю не подавал признаков жизни. Меня же отпустило!

И снова захлестнуло цунами по имени Джеймс Эванс. Я хотела вступить в брак с человеком, с которым мы ничего не будем друг к другу испытывать, и уехать на долгие годы учиться в Нью-Йорк. Без мучений и сожаления. Но я не буду себе врать, мне не всё равно. После поцелуя в клубе меня било крупной дрожью. Ему пришлось напоминать мне о моих же условиях — позорище!

Нееет… Нет! Это всё его вина! Он сбил меня с толку своим напором. Ничего я на самом деле к нему не чувствую.

С ужасом и трепетом одновременно вспоминаю о кольце, внимательно его разглядываю. Это просто традиция, ничего серьёзного. Все носят украшения, я не исключение из этих правил.

Схватив стакан истерично запиваю таблетку, едва не давлюсь. Следующие полчаса я провожу в душе, смывая с себя воспоминания о танцах, поцелуях, комплиментах и о том, как он держал мои волосы, когда меня тошнило. Я правда пыталась его прогнать, но мне было слишком плохо с непривычки.

Джеймс Эванс

Сижу на кухне и медитирую над кружкой чёрного кофе, стараясь не обращать внимания на суету вокруг по поводу приезда мамы. К нам заглянул дорогой гость, конечно же, нужно соответствовать.

Похмелье. К нему невозможно привыкнуть, каким бы оно в твоей жизни ни было. А у меня оно двойное. На голову посвежее ситуация ещё более скверная. С ней я больше не пью. Никогда.

— Где же твоя радость?

Бри отодвинула стул рядом со мной так громко, что голова взмолилась об отделении её от тела.

— По какому поводу радоваться?

— Мама приехала, пятница прошла феерично — выбирай.

Вместо ответа я кривлю лицо. Ничему из этого радоваться не хочется. Ещё и телефон где-то забыл. Хотя, я догадываюсь, где.