Чтение онлайн

— Все разом! Окружить!

Одиннадцать оставшихся солдат двинулись вперед. Кольцо сжалось. Мечи светились от магических усилений, рунные лезвия были способны резать даже камень. Серьезное оружие для серьезных бойцов.

Только вот Дункан не был серьезным противником. Он был сущим кошмаром.

Первый удар пришел сзади. Федор услышал свист клинка за секунду до контакта и просто присел. Лезвие прошло над его головой и ударилось в щит бойца напротив. Пока двое разбирались с застрявшим мечом, Федор вбил локоть в грудную клетку третьему и одновременно пнул четвертого в колено. Сустав хрустнул. Крик.

Он двигался в разные стороны как метроном. Каждое движение сопровождалось ударом. Каждый удар — результат. Ни одного лишнего жеста, ни одного потраченного впустую вздоха. Это было хладнокровное убийство.

Солдат с алебардой попытался достать его на дистанции. Федор поднырнул под оружие, перерубил древко мечом и, продолжая движение, ударил обломком в лицо владельцу. Тот полетел назад, сбив еще одного.

Двое магов попытались применить заклинания. Их руки засветились, руны на браслетах вспыхнули. Но Федор уже был рядом. Удар по запястью одного — кости хрустнули, свечение погасло. Удар в горло другому — не смертельный, но достаточный, чтобы тот забыл про магию и вспомнил про необходимость дышать.

— Маги, — бросил Федор, перешагивая через хрипящего солдата. — Без рук уже не маги. Запомните на будущее. Кто-нибудь еще?

Капитан охраны был последним. Его люди лежали вокруг: кто без сознания, кто корчился от боли, а кто просто лежал и смотрел в небо, не понимая, что произошло. Весь бой длился меньше минуты.

Меньше минуты на четырнадцать вооруженных бойцов. Без единого заклинания.

— Я же предупреждал, — Федор остановился в двух шагах от капитана. Его дыхание было чуть учащенным. Единственный признак того, что он вообще прилагал усилия. — Можно было просто уйти. Зачем усложнять?

Капитан выхватил меч. Но его руки тряслись.

— Я не сдамся какому-то…

— Какому-то? — Федор наклонил голову. — Договаривай. Мне интересно.

— … какому-то безумцу без магии!

— А, — Федор кивнул с видом человека, которому сообщили прогноз погоды. — Безумцу. Забавно. Знаешь, капитан, за свою жизнь меня называли по-разному. Безумец это еще комплимент.

Капитан отчаянно бросился вперед, вкладывая всю силу в один удар.

Федор не стал уклоняться. Он просто поймал клинок ладонью. Лезвие вошло в руку, но Федор сжал пальцы и остановил меч. Кровь побежала по запястью, капая на снег. Капитан смотрел на это широко раскрытыми глазами.

— Как…

— Больно, — согласился Федор. — Но терпимо. А тебе, я вижу, страшно. И это правильно.

Он дернул меч на себя, вырвав оружие из рук капитана, и одним плавным движением ударил его рукоятью в висок. Капитан рухнул в снег.

Повисла тишина.

Двор поместья выглядел как после небольшого побоища. Четырнадцать тел разбросаны по снегу. Кровь. Сломанное оружие. Один фонарь был разбит — видимо, кто-то влетел в столб.

Кремлевские гвардейцы стояли в стороне, сжимая мечи, но не двигались. Их командир был бледен. Он только что наблюдал, как один человек, не используя магию, за минуту уложил четырнадцать профессиональных бойцов.

Федор повернулся к гвардейцам. Обмотал ладонь оторванным от куртки рукавом. Кровь просачивалась сквозь ткань, но он не обращал внимания.

— Ребята, — сказал он совершенно будничным тоном. — Вас я трогать не буду. Вы делаете свою работу. Забирайте князя, везите в Кремль. Передайте Петру Петровичу, что Дункан посылает привет и подарочек. — Он похлопал себя по груди, где лежали письма. — Я их лично занесу утром. Когда перевяжу руку и выпью чаю.

Офицер открыл рот, чтобы что-то сказать, но Федор его опередил:

— И да, совет на будущее, — он наклонился к офицеру и понизил голос. — Когда арестовываете предателей, проверяйте, нет ли в доме кого-то, кто пришел раньше вас. Это экономит нервы. Поверьте моему опыту. А он у меня… — Федор сделал паузу и задумчиво посмотрел в небо. — Обширный.

— Ты думаешь, что после всего, мы тебя отпустим? — крикнул один из гвардейцев.

— Что? — Федор остановился и медленно повернулся. — Ладно… Господа, я сегодня на удивление милосерден. Я тоже дам вам шанс. Шанс поступить мудрее, чем эти… — он обвел рукой лежащих солдат. — Так уж и быть, не надо снимать мундиров и бросать оружие. Просто садитесь в свои машины и уезжайте.

— Это угроза? — крикнул один из солдат. — Да ты хоть…

Но его прервал капитан одним жестом.

— Хорошо, — кивнул мужчина. — Мы уезжаем.

— Что? — возмутились несколько солдат. — Капитан!

— Я сказал, всем в машины и уезжаем! Мы выполнили задание! — рявкнул командир, после чего посмотрел на Федора. — Вы меня не помните, но мы с вами встречались на Сахалине. Я был в личной гвардии Петра Петровича, когда он жил там. Вы приходили в Администрацию…

Федор ухмыльнулся.

— Свободны, господи.

Он развернулся и пошел к воротам. Спокойно, неторопливо, засунув здоровую руку в карман. Из пролома во втором этаже все еще сочился дым от магического ускорения Карамзина. На снегу оставались редкие алые капли — ладонь еще кровоточила.

Двадцать кремлевских гвардейцев молча проводили его взглядами. Потом один из них, самый молодой, повернулся к офицеру.

— Капитан… Он же…

Офицер посмотрел на поле боя, на четырнадцать тел, на сломанное оружие, на перерубленное древко алебарды. Потом в сторону ворот, за которыми исчез силуэт Федора.

— Нет, — сказал он. — Определенно нет.

— Но приказ…

— Рядовой, — офицер устало потер переносицу, — в приказе было сказано задержать князя Карамзина. Князь задержан. Все остальное — не наша компетенция.

— А рапорт?

— В рапорте напишем, что князь задержан без сопротивления, а его охрана повздорила между собой из-за карточного долга. Бывает. Я доложу царю настоящую версию в устной форме.

Молодой гвардеец посмотрел на четырнадцать покалеченных солдат.

— Из-за карточного долга?

— Из-за очень большого карточного долга, — уточнил офицер и решительно направился к машине, в которой уже сидел бледный Карамзин. — По машинам! Выезжаем!

Кортеж тронулся с места. Красные огни осветили заснеженную подъездную аллею и скрылись за поворотом. Во дворе остались только стонущие охранники, разбитый фонарь и капли крови на снегу.

А где-то в темноте, далеко от поместья, Федор Дункан шел по обочине пустой дороги, засунув руки в карманы. Он негромко насвистывал.