Чтение онлайн

Точно. И почему я не подумала об отпуске и поездке с дочерью куда-нибудь вдвоем? Да хоть в ту же Турцию. Завтра скажу Давиду, что беру отпуск на неделю. Или даже на две.

Майя заходит в квартиру через десять минут после меня. Кажется, за неделю, что мы не виделись, она выросла. Целую дочку, оглядываю.

— Майя, ты подросла.

— Слушай, я заметила это по юбке. Она стала короче. Сначала я подумала, что она села после стирки, но потом поняла, что и другие юбки стали мне короче.

Дочка небрежно бросает на пуфик свою сумку, из которой торчит альбом для рисования, и проходит в ванную вымыть руки.

— Не хочешь на море? — спрашиваю, привалившись к дверному проему.

— Конечно, хочу. Но скоро ведь школа.

— До школы еще три недели. Мы можем успеть куда-нибудь съездить дней на десять, — я игриво выгибаю бровь.

Майя улыбается во весь рот, и это красноречивее любого ответа.

— Завтра скажу твоему папе, что беру срочный отпуск.

Я выхожу из ванной и собираюсь пойти в свою спальню за ноутбуком, чтобы вместе с Майей посмотреть отели, но опускаю глаза на ее сумку на пуфике. Так ведь и будет здесь валяться, пока я не унесу. Беру сумку, чтобы занести к дочке в комнату, но из нее вылетает альбом и громко плюхается на пол.

Поднимаю его и открываю на середине. Не знаю, зачем я это делаю. Просто машинально. Майя ведь не скрывает от нас свои рисунки, только в последнее время стала...

Я застываю, когда вижу портрет Тимура. Гляжу на него в шоке несколько мгновений. Переворачиваю страницу. Там тоже Тимур. И на следующей Тимур. И на следующей. Я быстро пролистываю страницы и везде вижу Тимура в разных ракурсах.

Вот он сидит за компьютером в офисе. А вот Тимур разговаривает по телефону.

Далее просто портрет Тимура. Потом Тимур стоит с бокалом, это рисунок с дня рождения компании, я узнаю интерьер ресторана. Тимур разговаривает с Давидом. Тимур смеется. Тимур смотрит в телефон. Тимур, Тимур, Тимур...

— Мама, что ты делаешь!? — раздается громкий возмущенный крик Майи. Она подлетает ко мне, с силой выхватывает из рук альбом. — Мама, кто тебе разрешил смотреть мой альбом!? Ты не имела никакого права! — в глазах Майи стоят крупные слезы, губы задрожали. — Я не разрешала тебе! Зачем ты это сделала?

Я настолько поражена, что несколько секунд стою, окаменев. По лицу дочки заструились слезы, ее всю трясет.

— Это мой альбом! Мои рисунки! Ты не имела права залезать в мою сумку! Как ты могла!?

— Зачем ты рисуешь Тимура? — только и могу вымолвить.

— Это не твое дело, зачем я его рисую! Хочу и рисую! — Майя всхлипывает.

Я подаюсь к ней обнять, но она грубо отталкивает меня и залетает в свою комнату, громко хлопнув дверью. До меня доносятся рыдания дочки. Я в растерянности, не знаю, куда себя деть. А самое главное — не понимаю, зачем она рисует Тимура. Весь альбом в его портретах.

А потом меня осеняет догадка. И я вдруг понимаю, почему Майя стала так часто приходить к нам в компанию. Мое сердце задрожало, в горле застрял ком. Я накрываю ладонью рот и пытаюсь подавить рвущийся наружу крик отчаяния.

Глава 44. Вина

Майя не выходит из комнаты остаток вечера и не разговаривает со мной. Я тоже не выхожу. Лежу пластом в своей спальне и тупо гляжу в одну точку. Слез нет, но есть непреодолимое чувство вины и ощущение, что я совершила по отношению к своей дочке самый подлый поступок из возможных.

К утру это ощущение не проходит. Я еду на работу в подавленном состоянии. Майя так и не вышла. Не знаю, специально или спала и не слышала, как я уходила. На утренней планерке я не могу смотреть Тимуру в глаза. Все совещание сижу, опустив лицо в блокнот. Это не остается незамеченным, и Тимур пишет:

«Все в порядке?»

Мне надо поговорить с ним, но я не готова к разговору сейчас. Единственное, чего я в данный момент хочу, это лечь, свернувшись калачиком, и никого не видеть.

«Да, все в порядке», печатаю ответ.

«Не похоже. Ты выглядишь хуже, чем когда узнала об измене мужа. Что случилось?»

Тимур, как всегда, проницателен. У него определенно талант — заглядывать людям в душу и видеть, что там происходит.

«Давай потом поговорим. Сейчас я не в ресурсе»

«Ок. Поужинаем сегодня?»

Меня аж током бьет от его предложения.

«Нет», решительно отвечаю.

Тимур больше ничего не пишет до конца планерки. Я не смотрю на него. Уж лучше на Давида смотреть. Бывший муж выглядит отлично. Судя по всему, наш развод пошел ему на пользу. Подстригся, костюм идеально отглажен. Интересно, сам гладил? Или уже нашел, кто будет делать это вместо меня?

Я знаю, что Давид стал сильно задерживаться в офисе. Приходит раньше всех, а уходит позже всех. Это наталкивало меня на мысли, что у Давида никого нет. Было очевидно, что ему некуда спешить. И не к кому. Но сейчас глядя на него, так больше не кажется.

На миг наши взгляды пересекаются. Давид что-то говорил директору по продуктам, но тут же замолчал. Я спешно отвожу глаза в сторону, и Давид продолжает. Сердце вдруг быстро забилось.

Мы мало общаемся после развода. Только по очень-очень большой необходимости. И в основном по электронной почте. Давид пишет мне письмо с вопросом или заданием, и я так же в письме отвечаю ему. По пальцам одной руки можно пересчитать, сколько раз Давид вызывал меня к себе после того, как мы развелись. Он избегает меня. Но это к лучшему. Я тоже не горю желанием проводить с ним аудиенции.

Когда вечером я приезжаю домой, Майи нет. У меня совсем руки опускаются. Я пишу дочке сообщение с вопросом, где она. Ответ приходит сразу: «Поехала на дачу». Я плюхаюсь на пуфик в прихожей и долго сижу.

Майя обижается на меня за то, что я без спроса посмотрела ее альбом с рисунками. Но я-то чувствую себя виноватой совсем из-за другого. Если дочка узнает про мой роман с Тимуром, она никогда меня не простит. Если бы я только знала, что у Майи есть к нему симпатия!

Да, она стала чаще приходить к нам в компанию. Но каждый раз, когда я встречала дочку, она шла в кабинет Давида. Я ни разу не видела ее возле Тимура. Да и он сам ничего мне не говорил. Тимур же сказал бы мне, если бы знал о влюбленности Майи в него?

Решительно достаю телефон из сумки и печатаю айтишнику:

«Ты дома?»

«Да»

«Я могу приехать к тебе сейчас?»

«Конечно»

Вызываю такси и еду к Тимуру. Он сразу открывает дверь. Одет в спортивные штаны и майку, расслаблен, на лице играет самодовольная ухмылка.

— Рад, что твое настроение изменилось, — закрывает за мной дверь. Затем еще раз на меня смотрит. — Или нет?

Без долгих прелюдий перехожу сразу к делу:

— Мы должны расстаться.

Глава 45. У всего есть конец