Чтение онлайн

Эта фраза мгновенно охладила ее и вернула к действительности, прокрутив факты которой в своем сознании, Милославская не нашла ничего утешительного. Да и Джокер, в конце концов, мог как подвести ее к развязке, так и окончательно все запутать. Не даром же он имел второе название – Сюрприз.

Милославская давно уже затушила сигарету. Она смяла пустую пачку и, привыкшая к порядку, не бросила ее на землю, а сунула туда же, куда и зажигалку – в сумку. В маленький внутрений кармашек бокового отделения, она положила и колоду, всю, кроме Джокера.

Сюрприз смотрел на нее озорно и игриво и так и манил изведать неизведанное. Милославская посмотрела по сторонам – ей гораздо уютнее было углубиться в таинство гадания, не отдавая себя на суд посторонних. В округе на счастье было пусто. Только сварливые куры копошились в траве соседнего заброшенного палисадника. Никто, наверное, не хотел в такую жару высовываться на улицу.

Яна облокотилась то гибкий ствол деревца, того самого, что росло позади бревна. Сидеть ей было не удобно: ствол гнулся и короткие сучки его впивались в спину. «Надо настроиться», – скомандовала гадалка сама себе. Она попыталась медитировать, и представила себя на райском острове, на песчаном берегу лазурного моря. Маленькие листочки, тревожимые легким ветерком, шумели за спиной Милославской, а она пыталась внушить себе, что звуки прибоя.

Плохо ли хорошо ли, но через некоторое время гадалка обрела определенное душевное равновесие. Она, как обычно, положила ладонь на карту, и…Джокер сразу же, на удивление быстро, пошел на контакт. В сознании гадалки все смешалось, где-то в черной дали замелькали малопонятные образы, фигуры, предметы. Они кружились в быстром танце, не позволяя как следует рассмотреть себя и не давая никаких намеков.

Сначала картина была черно-белая. Потом вдруг неизвестно как она обрела краски: синие, зеленые, желтые, разные. Но все по-прежнему было покрыто покровом тайны.

В тот самый момент, когда Милославской практически полностью овладело отчаянье, кроме всего прочего среди танцующих появились еще и какие-то буквы. Они, тоже разноцветные, появлялись и исчезали, как-то прятались одна за другую, пока, наконец, не выстроились в одни ряд, позволив гадалке прочитать: «Самсон».

В тот же самый миг все исчезло, как исчезает изображение с экрана телевизора, когда отключают электроэнергию. Яна глубоко вздохнула и… очнулась.

Она открыла глаза и взглядом обвела местность. Вокруг было также тихо и спокойно. Милославскую это обрадовало, поскольку она могла еще какое-то время посидеть здесь спокойно и полностью прийти в себя.

Самсон… Это странное для нынешнего времени имя ни о чем ей не говорило. Она стала перебирать все ее разговоры с Незнамовым. Нет, ни о ком подобном он и словом не обмолвился. Яна подумала, что, возможно, так звали или называли кого-то из похитителей, но эта мысль ей показалась очень сомнительной, и она отогнала ее прочь.

«Самсон… Самсон…», – мысленно вторила она. А на язык так и напрашивалось: «Далила». Два этих имени в сознании Яны были неразрывно связаны, память хранила их как нечто целое с тех самых пор, как она впервые познакомилась с библейскими историями.

Как ни странно, она узнала об этих героях ни в детстве, ни даже в юности, а уже будучи замужней женщиной, матерью четырехлетнего сына. Увлекшись новым зарубежным мультипликационным сериалом, мальчуган о каждой из серий стал подробно рассказывать матери, а потом он же заявил: «Мамуленька, знаешь из какой это книги? Это из библии! Из нее рассказики взяли и сделали мультики.» Так он просветил мать и насчет Самсона с Далилой.

Израильский судья, наделенный сказочной силой, Самсон… И рады бы избавиться от него филистимляне, да невдомек им было в чем заключается фантастическая сила героя. Женщина! Женщина, имя которой Коварство, пришла им на помощь. Самсон без ума любил Далилу, а свою заветную тайну и ей не доверял. Но Далила, уговоренная филистимлянами, была так назойлива в своих уговорах, что…Самсон сдался.

«Если остричь волосы на голове моей, – сказал он ей, то отступит от меня сила, и я стану таким же, как все люди». В этот же день уснувший Самсон лишился своих волос и своей силы.

«И что? – спрашивала себя Милославская. – Разве мне это о чем-то говорит? Может быть, Далила – это некий прототип Гали Незнамовой, а Самсон – Дмитрия Германовича? Нет, чепуха какая-то!»

Разные мысли крутились в голове гадалки, но каждая из них казалась ей еще глупее, чем предыдущая, и ни к одной, как говорится, душа не лежала. «Надо же, Джокер… Джокер, как всегда, сумел меня удивить. Я надеялась приблизиться к разгадке, а все только еще больше запуталось.» Сюрприз, вопреки надежде Яны, оказался отнюдь не приятным.

Поразмышляв так некоторое время, Милославская вздохнула с огорчением, поднялась с бревна, неудобство которого она к тому моменту перестала ощущать, но которое теперь отозвалось во всем ее теле ноющей болью, и неторопливо зашагала вверх по тропке, которая обещала, наконец, привести ее к родному очагу.

Она делала шаг за шагом, и с каждым из них слово Самсон отзывалось в ее сознании. Оно крутилось в голове гадалки и иногда невольно слетало у нее с языка, и, если бы кто-то в этот момент посмотрел на Милославскую со стороны, то наверняка бы принял ее за сумасшедшую. Она шевелила губами, а в некоторые моменты мысленные ее рассуждения сопровождались незаметными для нее самой жестикуляциями и мимическими проявлениями: то брови вдруг удивленно поднимались высоко, то нижняя губа, выражая сомнение, выпячивалась.

Так Милославская прошла еще около двух кварталов и собиралась пересечь очередную неширокую дорогу, как звук автомобильного сигнала заставил ее вздрогнуть от неожиданности. Почему-то машинально закрыв уши ладонями и на мгновенье зажмурив глаза, она не сразу обернулась, а обернувшись, обнаружила позади себя автомобиль одного из соседей, который смотрел на нее, посмеиваясь.

Яна глянула на него не без укоризны. Тот стал кивать ей, приглашая в салон.

– Дойду! – крикнула Яна, махнув рукой и зашагала дальше.

Сигнал раздался снова. Сосед побольше приоткрыл окно и закричал:

– Яна Борисовна! Ну что вы в самом деле?! Идемте подвезу! Вон вид у вас какой усталый. Не дело ж это – молодой красивой даме по жаре ноги оббивать!

– Да нет, спасибо, – учтиво улыбаясь, ответила гадалка, – поезжайте, мне прогуляться хочется!

– Я-ана Борисовна, – нараспев протянул тот снова.

Ситуация начинала досаждать Милославской, и она решила, что лучше уж согласиться. Сзади обойдя машину, она открыла соседнюю с водительской дверцу и, благодаря заботливого соседа за участие, стала усаживаться рядом с ним. Расположившись как следует, она глянула в зеркало заднего вида и слегка поправила прическу.

– Хорошо выглядите, – уловив ее жест, заметил сосед. – А я вот тоже только из парикмахерской, – он провел рукой по коротко стриженному затылку. На Маркина, знаете, неплохо стригут. Там недавно открылось и берут еще недорого.

– Где это? – из вежливости поинтересовалась гадалка.

– Да на Маркина, где раньше кинотеатр «Октябрь» был, теперь его помещение разные конторы арендуют. Там, знаете, еще ресторанчик рядом какой-то.

– На Маркина? – вновь пытаясь изобразить заинтересованность переспросила Милославская.