Чтение онлайн

— Ты чё творишь? — сквозь гул, улавливаю голос того, кто требовал ноутбук. — Я сказал, напугай ее, а не убивай!

— Ты не видишь, что эта шлюха нам врет?! Говорю же, нечего с ней цацкаться! Дай мне пару минут, и она запоет как миленькая, — огрызается второй, и я чувствую, как меня скручивает судорогой.

Пока они препираются, я понимаю, что это мой единственный шанс. Собрав всю волю в кулак, вскакиваю на ноги и, не помня себя, бросаюсь к ванной комнате. Захлопываю дверь, запирая ее на замок.

Мои руки трясутся так, что я едва справляюсь с нехитрым механизмом.

Тело колотит от страха, я прижимаюсь спиной к двери, пытаясь унять дрожь.

Господи, что происходит?!

Судорожно шарю по карманам в поисках телефона, чтобы позвонить Мирону. Пальцы скользят по экрану, и он выскальзывают из рук, падая на плитку.

Подбираю, судорожно набирая его номер.

В дверь ванной барабанят.

Стук становится все громче, а мне кажется, что мое сердце вот-вот разорвется на части.

Из последних сил я успеваю нажать на кнопку вызова, как дверь с треском выносят. Телефон выскальзывает из рук и закатывается за раковину.

Меня грубо хватают за волосы. Я кричу, но мой голос тонет в очередном ударе.

Меня вытаскивают из ванной, словно тряпичную куклу, и, связав руки за спиной, бросают на пол у дивана.

Я лежу на полу, дрожа всем телом. Они, матерясь, рыщут по квартире, выворачивая содержимое шкафов и полок.

— Где? — снова орет на меня второй, наклонившись так близко, что я чувствую его смрадное дыхание. — Говори, где этот чертов ноутбук?!

Из разбитой губы льется кровь, и я чувствую ее металлический вкус, смешанный со слезами.

— Я… я правда не знаю, — шепчу, с трудом выговаривая слова. — Я ничего не брала…

И снова удар. В этот раз в живот.

Боль пронзает меня, и я стону. Сползаю вниз.

Я не знаю. Не знаю ни о каком ноутбуке. Почему мне не верят?

Мысли кружатся пчелиным роем. Я плачу. Скулю от боли. И молюсь.

Мирон, пожалуйста, приди. Пожалуйста, спаси меня из этого кошмара…

Они продолжают громить все вокруг, а я лежу, сжавшись в комок, умоляя, чтобы этот ужас закончился. Я хочу, чтобы Мирон приехал. Чтобы он обнял меня и защитил от этих чудовищ. Но его нет…

Его нет. Я одна посреди всего этого кошмара. Одна…

Каждый грохот падающих вещей, каждый яростный крик пронзают меня раскаленными иглами. Они переворачивают все, что видят, но я понимаю, что они ничего не найдут.

Потому что здесь нет никакого ноутбука! Я не брала… Никогда бы не взяла чужое. Но как доказать это этим зверям?

— Так и будем молчать? — голос надо мной звучит презрительно. Он снова хватает меня за подбородок. — Тебе что совсем не больно?

От его прикосновения меня передергивает. Я пытаюсь вырваться, но он сжимает челюсть так, что у меня, кажется, трещат зубы.

— Где он, сука?! — шипит мне прямо в лицо. — Где ты его спрятала? Продала? Кому?!

Мои глаза снова наполняются слезами. Я отчаянно мотаю головой, но он не выпускает.

— Не знаю… — слова застревают в горле. — Пожалуйста… Я... ничего не знаю...

Второй грубо хватает меня за волосы. Буквально выдирает из рук другого и толкает лицом в пол. Коленом вжимается мне в спину. Давит.

Я задыхаюсь.

Кровавые звезды плывут перед глазами. Меня словно пропустили через мясорубку и кажется, что кости крошатся на мелкие осколки.

Я пытаюсь отползти, увернуться от очередного удара, но окаменевшее тело не слушается. Стянутые за спиной руки неподвижны.

Я ничего не могу сделать.

Ничего…

— Ты думаешь, я тебе поверю? — он вытаскивает из кармана нож и подносит его к моему лицу. Проводит лезвием вдоль уха, и я чувствую, как что-то теплое сползает по моей щеке. — Говори, где ноут, шмара?! Говори, пока я тебя не убил!

Из горла вырывается лишь протяжный вой.

Сжимаю глаза в ожидании неизбежного. Мысленно прощаюсь с жизнь.

Сейчас все закончится…

Но вдруг, вместо удара ножом, с улицы доносится вой сирен. Тяжесть со спины пропадает. Легкие наполняются воздухом, не справляются с таким количеством кислорода, и я начинаю громко кашлять.

Мужчины громко чертыхаются. Я слышу топот ног — они подбегают к окнам, чтобы проверить, что там происходит.

На несколько секунд в квартире наступает зловещая тишина.

— Говорил же, не надо шуметь, — чертыхается первый голос. — Соседи ментов вызвали. Надо валить отсюда.

— Свалим, — скалится второй. — Но сначала я закончу с ней.

И, сорвав со стола салфетку, завязывает мне рот.

— Куда ты там бежала? В ванную?

Он подхватывает меня на руки, заносит в комнату и бросает на дно ванны. До меня вдруг доходит, что он собирается делать.

Пытаюсь закричать. Брыкаюсь. Дергаюсь пойманной рыбкой.

Он только ржет.

— Что ты делаешь?!

— Она все равно не хочет говорить. Ноут мы так и так найдем. Рано или поздно его все равно включат, а эту суку надо наказать, — говорит мой палач и, зафиксировав ноги стяжкой, открывает холодную воду.

Я взвизгиваю. Пытаюсь отползти от мощной, бьющей по голове, струи.

Мне даже удается приподняться на локтях, но один несильный удар в бок все ломает.

Я падаю, ударяясь виском о борт ванны. Глаза закатываются, и вся боль внезапно исчезает. Тело обмякает. Я теряю сознание.

— Привет от Григория Маратовича, — последнее, что улавливает мое уплывающее сознание.

Мирон

Мысли тягучие, липкие, как темный мед, не отпускают. Тело, хоть и обессиленное после продолжительного секс-марафона с Даной, все же напряжено до предела. Лежу, уставившись в потолок. Считаю секунды.

С трудом заставляю мозг отключиться. Вырубаюсь, но и во сне она не дает мне покоя.

Образы расплываются: вот передо мной обнаженная кожа Даны, ее томный взгляд, шепот, ласкающий слух. Тепло тела под боком. Но как бы я ни старался сосредоточиться на ее прикосновениях, в голове пульсируют воспоминания о другой.