Чтение онлайн

Оттуда как раз выходит недовольная медсестра. Слышу, как рядом заерзал сосед.

Наверняка строит из себя страдальца.

«Ну своей царапкой ты точно местных эскулапов не разжалобишь, любезный Эдвард. А вот если бы у тебя голову оторвало…» — злобненько размышляю, когда взгляд медсестры останавливается на мне.

— Женщина, что у вас? — устало отзывается та.

На слове «женщина» морщусь, но послушно показываю свою отбитую лапку.

А потом так же послушно встаю и вышагиваю за медсестрой на рентген. В тишине приемного покоя шпильки стучат убойно громко.

Отпускают меня довольно быстро, стою здесь же, у кабинета, ожидая снимка своей многострадальной конечности.

Мимо проходят врач и тот самый пижон. Наверняка в смотровую шиться.

С содроганием вспоминаю, как мне сто лет назад в такой же больничке зашивали голову после катаний на качелях.

Мне было-то всего три года, а я до сих пор помню тот день, будто он случился вчера. Кровищи море было. Качели навсегда табу.

Мои размышления прерывает появление врача с моим снимком.

— Кости целы, смещения нет. Но не исключаю травму боковой связки. Давайте, чтобы не думалось, сделаем томографию? Поздновато вы, сегодня МРТ у нас уже не работает. Вам выписать направление?

— Нет, я завтра же доеду до клиники и сделаю. Благодарю вас, — сердечно отвечаю, потому что отсутствие перелома, чем не повод для радости.

Разжившись спичками, жду такси, прикуривая последнюю — и куда вся пачка растаскалась? — сигарету.

В приложении таймер уныло отсчитывает три минуты.

Кутаюсь в короткую шубку и мечтаю уже оказаться дома, закинуться обезболом и упасть в кровать, чтобы спать-спать-спать до обеда.

Протяжно хлопает дверь, мой знакомый незнакомец выходит на крыльцо и тут же идет ко мне. С белой повязкой на голове он похож на шизика или ниндзя.

Обаятельного всё же.

***

— Угостишь сигареткой?

Странно, что я до сих пор не осадила попрошайку за панибратское «ты». Молча показываю свою сигарету. И все равно зачем-то поясняю:

— Последняя.

— Вопрос жизни и смерти. — И пижон вместо того, чтобы убраться восвояси, берет мою ладонь и подносит к своему лицу.

Обалдело смотрю на него, пока тот курит, превратив мою кисть в импровизированный мундштук.

Его губы несколько раз задевают пальцы, и это вызывает мурашки по всему телу. Я нахожу в этом простом действии что-то интимное.

Во взгляде напротив замечаю искры интереса.

Сглотнув, как завороженная слежу за движениями мужчины.

Вкрадчивые, осторожные и вместе с тем уверенные.

Мою руку он держит словно ножку бокала, с необходимой твердостью, без перегиба в жесткость.

Делает затяжки аккуратно и выпускает дым в сторону от меня.

Хмыкаю.

Джентльмен, бляха муха.

Фары подъезжающей машины разбивают наш стихийный тет-а-тет.

Моя карета подана.

Пижон отпускает руку из захвата, забирая сигарету себе.

— Стас, — представляется и протягивает мне клочок бумаги.

Машинально беру, и только после этого непонимающе смотрю то на мужчину, то на зажатый в ладони листок.

— Ты мне очень понравилась…

На эту неприкрытую лесть фыркаю. У него точно что-то с головой, раз я покорила его потеками косметики на лице и в прикиде дешевой шлюхи…

— Набери меня. — И сказано это так, будто странный мажор Стас привык не просить, а командовать.

Не знаю, почему я не послала его прямо здесь, но прощаюсь я вполне миролюбиво:

— Вот это вряд ли, Стас. Ну, не болей. Чао-какао.

И, игриво сделав ручкой, пробираюсь к машине.

Спину сверлит так, что аж лопатки зачесались.

Не сложно понять, кто палит.

Усаживаясь в такси, оглядываюсь на крыльцо. Стас никуда не уходит, смотрит.

Ловлю его взгляд — через чур внимательный, запоминающий. Так пристально смотрят дознаватели, таможенники и моя мама, когда я опаздываю на семейный ужин.

Серьезный дядька-то, а кулаки почесать любит, как пацан…

Посылаю ему воздушный поцелуй и захлопываю дверь.

Сомнительные знакомства точно не моя история.

Даже если выгляжу я так, что в моей испорченности нет никаких сомнений.

***

— Вот это фонарь! — присвистнув, Андрей оглядывает мое лицо. — Это я тебя так вчера на спарринге приложил?

— Тю. Не льсти себе, старичок, — подкалываю друга и бывшего сослуживца. — Дядя Стасик просто полез разнимать пьяную драку в баре, ну и получил по сра…

Резко замолкаю, разглядев за спиной Волкова любопытную мордашку старшей дочери. Следом за Софийкой высовывается и младшая Агата.

На личиках обеих неприкрытое любопытство.

Андрей красноречиво задирает бровь.

Понял, принял, обработал. При детях ни-ни. А то потом будут щеголять новым словечком в садике.

— Гхм… по кумполу, — поправляюсь, а потом отодвигаю друга с порога и присаживаюсь, распахивая объятия:

— Ну привет, девчонки! Заждались дядьку Стаса? А я с подарками!

С визгом наследницы срываются с места. Подхватываю обеих на руки.

— Агата, куда раздетая!? — Яна спешит к нам. Следом за ней несутся два питбуля.

Сет сходу врезается в меня, стараясь облизать лицо. Узнал, добряк.

Острожная Альма держится поодаль, но и прятаться не спешит.

Сразу становится шумно и весело.

— Привет, Колючка! — отпускаю девочек и принимаю поцелуй в щеку, а потом тут же получаю взбучку в духе Язвы Горячевой.

— Сто лет тебя ждали. Ты на черепахах к нам добирался?

— Ага. Всю жопу отсидел… — брякаю, не задумываясь.

Андрей молча пихает меня кулаком в плечо.

— В смысле, перда… эээ… попу, в общем.

Жена друга прожигает меня красноречивым взглядом.