Чтение онлайн

Я же всё это время, с полудня и до вечера работала знаменем. Все решалось за меня, но мое присутствие было необходимо. И я очень устала, ноги уже гудели, мне хотелось тишины и покоя в моей комнате. Еще больше мне хотелось на родную Землю, в мой привычный размеренный мир, где самой ответственной работой был квартальный финансовый отчёт. Ну, и другие отчёты.

Уже смеркалось, когда возле лекарьских палаток поднялся крик. Я со стражами, или, правильнее сказать, охрана со мной поспешили в сторону криков. В первой палатке, возле одной из коек, закрытой с двух сторон щитами, собрались уже знакомые мне люди, в серых одеяниях. Я их помнила еще со дня своего пробуждения. Если бы мне снились кошмары, они занимали бы в них центральную роль.

В общем серые Хранители спорили с одним седым воином. Он криком им что-то доказывал, и безуспешно пытался оттеснить их от койки подальше.

– Что там происходит? – Тихо спросила я Эдвина. Он Кивком головы отослал Катина Кавану за информацией.

Через несколько минут мы получили следующую информацию обескураживающую информацию:

– Десять минут назад привезли девушку из Кедровки, затоптанную горцами. Хранители Разума уверены в её безумии, говорят от испытанного она не могла не сойти с ума. И требуют немедленного выпилинга. А седовласый, её отец, не может с этим смириться.

Лаконичность этих людей когда-нибудь и меня сведет с ума!

Я спросила:

– Она магиня?

– Нет, - снова короткий ответ.

Хотелось еще спросить, зачем тогда умерщвлять, если магический выброс ей не грозит, но воздержалась, не буду выдавать своей неосведомленности, серые-то недалеко стоят, могут и меня для кучи умертвить.

Но уходить я не стала, наоборот, двинулась ближе к койке, не смог меня остановить даже Кавана, сказавший:

– Не стоит туда идти, девчонке все равно не поможешь, а зрелище не для слабонервных.

А я и не слабонервная, на умерщвление нарываться не собираюсь. Но просто уйти не могу, светлая я леди или кто? Да и старика поддержать надо. Дочь же сейчас теряет.

То, что я увидела, действительно, шокировало, но я удержала в себе несколько нетипичных для светлой леди фраз.

А Адин сдержаться не смог:

– Суки. Твари! Давить таких…

На узкой койке лежала еще совсем девочка, наверно, ей не было и четырнадцати лет. Худенькая, хрупкая, на селянку совсем не похожая. И на ней не было живого места: неестественно изогнутые ноги, грубо перевязанные тряпьем руки, разбитое лицо, заплывшие глаза, порванная и запачканная кровью и грязью одежда. Девочка лежала с закрытыми глазами, дышала отрывисто и тихо скулила. На щеках застыли слёзы.

А эти, в серых одеждах, мешали бдящему Корну заняться пострадавшей, бросая жестокие фразы:

– Она безумна!

– Надо немедленно принять меры!

– Здесь много людей и иной живности, если будем тянуть, жертвы будут огромными.

– Жизнь одной девки не стоит жизни всех людей замка.

Седой воин, который с близи оказался намного моложе, чем казалось с большого расстояния, уже смирился, сильно сгорбился, на лице застыло выражение боли и скорби. Но оттеснить Хранителей уже не пытался.

А я по поведению бдящего Корна, на мой взгляд, очень благоразумного человека, сделала вывод, что не все так однозначно с выпилингом. Если уж лекарь пытается лечить девочку, значит, есть шанс ей помочь.

– Уважаемые,- обратилась я к серым, - вы и про меня говорили, что моя жизнь ничего не стоит?

На мой взгляд обернулись все в палатке.

– Светлая леди, - раздался нестройный приветственный хор, кто-то тихо чертыхнулся.

Я же не спускала глаз с самого представительного из Хранителей, который в свое время настаивал, что я не в своём уме и поведение у меня нетипичное, и провалы в памяти подозрительные.

– Что же вы творите?- Произнесла я осуждающе.- Вы же спасать людей должны, а сами готовы убивать всех подряд, начиная со светлой леди и заканчивая несчастными девочками.

Я не знала, всех реалий этого мира, но решила отстоять девочку чего бы мне это ни стоило, тем более безумие ее еще не доказано. Не всегда же стрессы, травмы, насилие ведут к помешательству.

– Светлая леди, - обратился ко мне серый, которого я определила главным, - эта несчастная много пережила, она заслужила покой. Жестоко заставлять ее мучиться от боли.

– Заслужила покой? – Я очень старалась не переходить на крик. – Вы хотите убить человека! Девочка нуждается в помощи лекаря, бдящий избавит ее от боли.

Договорить мне не дали:

– Вы не правы,- сказал спокойно, но злой блеск глаз даже не пытался скрыть, - и лезете в вопросы, лежащие вне вашей компетенции.

– Это ваша компетенция вызывает всё больше вопросов. – Я уже не видела смысла разводить здесь церемонии. – Не слишком ли вы категоричны со своей паствой?

И сразу обратилась к бдящему Корну:

– Сумасшествие девочки подтверждено?

Он ответил с легкой одобрительной улыбкой:

– Она не приходила в себя. Провести диагностику разума невозможно. Мы можем пока лечить тело, чтоб она пришла в себя в благоприятной обстановке.- Отец больной выдохнул с шумом и выпрямил спину. Теперь он ребенка легко не сдаст.

– Безумие невозможно предотвратить. – Заявил, молчавший до сих пор, молодой Хранитель. – Когда произойдет выброс, последствия будут необратимы.

– Если выброс произойдет. – Неожиданно вставил, незаметный до сих пор, юный бдящий. – Его же может вообще не быть, - тихо докончил он под презрительными взглядами Хранителей.

Не слушая пререканий, снова обратилась к бдящему Корну:

– Вы можете продержать девочку спящей восемь-десять часов? Провести все процедуры, обезболить. Чтоб проснулась она отдохнувшей, в спокойной обстановке. Чтоб рядом были только вы и её отец. И тогда провести диагностику.

Презрительные взгляды Хранителей перешли на меня, но они явно проигрывали перед уважительными взглядами лекарей и благодарным от отца девочки.

И бдящий Корн ответил:

– Мы так и собирались поступить, светлая леди. Такая тактика однажды показала себя действенной. – Кажется, он намекнул на мой случай.
– Но уважаемые Хранители Разума настаивают на решительных мерах.

– Решительные меры подождут. – Бескомпромиссно отрезала я, даже не ожидала от себя таких герцогских ноток. – Не теряйте времени, лечите девочку.

На последовавшую фразу Хранителя: «Мы оставим у постели больной дежурного некромага»

Ответила:

– Дежурный пусть сидит за ширмой, нечего лекарям мешать.

Мы со стражей уже отошли от этой палатки, когда нас догнал отец девочки, он упал передо мной на колени и скороговоркой почти прошептал:

– Спасибо, спасибо, Светлая леди. Я всю жизнь буду молиться за вас Духу. Да минует вас людская зависть, немощь и проклятья. Вы подарили моей девочке шанс на жизнь. – Благодарность была приятна. Но видеть на коленях сильного воина - не приятно. Его подняли и увели. Но сюрпризы на этом не закончились.