Чтение онлайн

Девочка вздрогнула, словно выходя из оцепенения, но послушно отправилась за мной, видимо, привыкнув безропотно выполнять любые поручения. Я же, не обращая внимания на кудахтанье миссис Сэтклиф, пытавшейся воспрепятствовать нашему совсместному уходу, быстро покинула беседку и направилась к дому. Мой план был прост: я хотела увести девочку подальше от бдительного ока директрисы и как следует расспросить о том, что на самом деле творится в приюте.

– Как тебя зовут? Таппенс, кажется? – как можно доброжелательнее спросила я, чтобы начать диалог.

– Да, госпожа, – коротко, без улыбки ответила девочка, не выказывая ни малейшего желания к дальнейшей беседе.

– У тебя очень красивое платье, – не сдавалась я.

– Спасибо, госпожа, – все тем же отстраненным тоном поблагодарила в ответ девочка.

– Послушай, Таппенс, – время поджимало, поэтому я решила брать быка за рога, – скажи честно, тебя обижают в приюте? Если что, я могу тебе помочь, только мне нужно знать правду.

– Что вы госпожа, меня никто не обижает, – Таппенс вздрогнула, но ответила быстро и твердо.

– Послушай, – повторила я, с досадой понимая, что совершенно не умею общаться с детьми, – я обещаю, что ничего не расскажу миссис Сэтклиф. Все, что ты расскажешь, останется между нами. мне просто нужно знать правду, чтобы я могла тебе помочь.

– Но мне нечего рассказывать, госпожа, я не понимаю, чего вы от меня хотите, – Таппенс нахмурилась и упрямо поджала губу.

Я устало вздохнула. Все-таки с моей стороны было слишком самонадеянно ожидать, что ребенок, с раннего возраста познавший жестокость мира, так быстро доверится подозрительной незнакомке. Я сглупила и поступила слишком импульсивно, но теперь жалеть уже было поздно. Оставалось только взять каких-нибудь вкусняшек на кухне, раз уж я заикнулась о гостинцах, и ждать следующего подходящего случая, чтобы разузнать о темных делишках миссис Сэтклиф.

Вот только в этот момент я почувствовала, как маленькая ладошка Таппенс, лежавшая в моей руке вдруг резко стала ледяной. Видимо я все же чересчур напугала ребенка, с запоздалым раскаянием подумала я и остановилась, чтобы немного успокоить ее. Но когда я повернулась к Таппенс, меня саму вдруг сковал леденящий ужас.

Я увидела, как прямо из тела девочки вылетают мелкие синие светящиеся бабочки. я впервые наблюдала это зрелище, и, хотя по идее, это должно было выглядеть даже красиво, я отчетливо понимала, что происходит что-то очень нехорошее и опасное. Не зная, что делать и как помочь, я огляделась в поисках кого-нибудь поблизости, и увидела, как к нам бежит один из мальчиков, приехавших с миссис Сэтклиф. Он в мгновение ока оказался рядом с нами и, с ненавистью зыркнув на меня, стремительно обнял Таппенс.

– Я не знаю, как это произошло, – от страха и растерянности я вдруг начала оправдываться перед этим мальчишкой, – наверное, нужно позвать доктора.

– Не нужно, – коротко огрызнулся он, потом вздохнул и чуть мягче добавил, – простите, госпожа, доктор тут не поможет, надо подождать.

Я видела, насколько тяжело ему дается необходимость быть вежливым, и поняла, что он все же считает, что именно я виновата в таком состоянии Таппенс. Самое неприятное, что скорее всего он был прав. Не стоило мне так бесцеремонно лезть к этим и без того несчастным детям, не располагая достаточной информацией и не имея хоть какого-то плана помощи. В результате только сделала хуже, навредив маленькой девочке.

– Прости, – тихо прошептала я и, повинуясь интуитивному порыву, погладила Таппенс по голове.

По-хорошему, мне не стоило прикасаться к девочке, которую я сама только что довела до странного приступа, но откуда-то я знала, что мне нужно так поступить. И к моему огромному облегчению, рой светящихся бабочек вдруг пропал, а мальчик успокоенно выдохнул.

– Прошу прощения, госпожа, мы вернемся к миссис Сэтклиф, – произнес он, холодно и отчужденно глядя на меня.

– А как же подарки? – виновато спросила я.

– Благодарю, но, думаю, их можно будет передать в другой раз, – непреклонно ответил он, – сейчас нам необходимо как можно быстрее вернуться.

– Да, конечно, идите, – я не стала настаивать.

Глядя, как бережно, но твердо мальчик ведет под руку Таппенс, я лихорадочно обдумывала дальнейший план действий. Пусть начало получилось не очень, но бросать все из-за первой же неудачи я не собиралась. Раз уж я уже вмешалась в жизнь этих детей, то отныне должна была нести за это ответственность, иначе не видеть мне покоя в этом мире. Я решила, что возвращаться в беседку уже нет смысла, пусть даже леди Шарлотта и будет этим недовольна, и отправилась к себе. Но не успела я сделать и пару шагов, как из кустов внезапно появился Брэндон Корнуэлл.

– И кто же вы, демоны вас побери, такая? – спросил он, глядя на меня странным взглядом, в котором смешались восхищение и опаска.

– В каком смысле? – смерила я его подозрительным взглядом, – кажется, из нас двоих память потеряла я, а не вы.

– Хмм, эту сказочку о потере памяти вы можете рассказывать тете Шарлотте, ну или моему недалекому братцу, который дальше своего носа ничего не видит, – усмехнулся Брэндон, – только вот я уверен, что у вас и с памятью и с мозгами все в порядке. Другой вопрос, что вы никакая не Кэтрин.

– Почему это не Кэтрин? – я пыталась сохранить невозмутимый вид, хотя мысли уже начали панически метаться, рисуя картины моего разоблачения.

– Видите ли, к моему большому сожалению, я слишком хорошо знал нашу хитрую, но не очень умную подружку, чтобы сейчас у меня оставались какие-то сомнения. Это с Джастином малышка Кэти виделась лишь на редких званых вечерах, а мы втроем провели не одно лето вместе в поместье Вилленсов, эх, чудесное было время.

– Ну, и что? – не сдавалась я, – люди в принципе меняются с возрастом, а с потерей памяти и подавно. Вы же не хотите сказать, что верите в переселение душ? – я нервно хихикнула.

– Что значит, верю? – Брэндон насмешливо оглядел меня с ног до головы, – это хоть и редкое, но вполне реальное явление. И мне невероятно интересно, кто же теперь скрывается под оболочкой незадачливой герцогини.

– Увы, не могу удовлетворить ваше любопытство, – пожала я плечами, – к тому же, мне с трудом верится, что мы были дружны с детства. Судя по вашему отношению, можно было бы предположить, что мы наоборот не очень ладили. Как-то не заметила я в вас ни сочувствия, ни беспокойствия.

– О да, тут не поспоришь, – взгляд Брэндона стал холодным и жестким, – Кэтрин, действительно, давно лишилась права на мое сочувствие и дружеское участие, но вы другое дело. С вами я вполне готов заключить союз к обоюдной выгоде. Заметьте, я не угрожаю, что выдам вас остальным, напротив, готов помочь всем чем смогу, чтобы остальные ничего не заподозрили.

– Спасибо, не нуждаюсь, – гордо ответила я, но в душе похолодела от страха.

С этим подозрительным Брэндоном нужно быть поосторожнее. Я нутром чуяла, что мотивы у него самые неблаговидные, и вступать с ним в сделку было бы глупо и недальновидно. С другой стороны, если он сумел разглядеть во мне чужачку, то рано или поздно это могут сделать и другие. А кто знает, как тут поступают с такими подселенцами, может на костре сжигают.