Я твой монстр
Шрифт:
Вот же. Опять я забылась с испуга. А старый створг дело говорит. Знать бы правила поведения людей, таких бы казусов не случалось.
Я поспешила выпрямиться и освободить руки и ноги. Бранс принял сумку у охотника и достал из её недр бутылку с золотистой бумажкой на круглом боку.
– М-м-м, – протянул довольно Бранс, не расставаясь с улыбкой. – Самое лучшее вино из королевского погреба. Пожалуй, оно того стоило.
Он собирается пить вино? Этот створг не менее странный, чем охотник.
– Сможешь ещё что-нибудь подкинуть? – спросил Дин, а у меня чуть глаза не полезли на лоб.
Совсем рехнулся? Решил откормить монстра в своем доме? Это как вообще понимать? Если я ещё не сошла с ума, то очень близка к этому, с таким-то человеком!
Бранс посмотрел на меня, я тут же потупила взгляд. Он вернул Дину сумку, а бутылку спрятал в шкафу, который стоял в углу справа от входа.
– Есть свежачки. Пару часов назад доставили, только отмыли. Выдали распоряжение их сжечь поскорее. Не хотят, чтобы кто-то узнал, что их обескровили.
– Можно взглянуть? – спросил Дин, но не дожидаясь разрешения, направился к ближайшему трупу.
Я же со своего места так и не сдвинулась, чтобы в очередной раз не попасть в нелепую ситуацию.
– На шее у этого смотри, – перестав улыбаться, подсказал старый створг охотнику, который уже откинул ткань с верхней части тела неизвестного мужчины.
– Никогда такого не встречал, – признался Дин.
– Вот и у нас не знают.
– Простите, – сказала и напряглась, оказавшись под взглядами двух пар глаз. – Это может быть биззер. [16]
15
Лунный танец – 28 дней, в течение которых луна проходит через все четыре фазы. Каждая фаза длится семь дней. Фазы: новая луна, рост, полная луна, убыток. Говорят: первый день новой луны, пятый день роста... Танцы считаются, начиная с того, что идёт после рождения створгов, поэтому все створги рождаются в последний день последнего танца луны.
– Биззер? – Бранс посмотрел наверх, будто хотел найти разъяснение на низком потолке. – Не слышал про таких, – и посмотрел на меня, ожидая моего ответа.
– Это новые монстры, – говорила я, а взор держала на уровне столов, не глядя ни на одного из присутствующих живых мужчин.
А они, наоборот, сверлили меня любопытными взглядами, словно я оказалась этим биззером и сейчас продемонстрирую свое истинное лицо, но нет.
– Они выглядят, как обычные люди. Говорят, что им не нужна еда. Они осушают людей, а собранную кровь доставляют в Храм Первых Монстров. Но это всего лишь слухи.
– Слухи или не слухи, – заговорил Бранс, – но факт, что монстры близко подобрались к столице... – на этом моменте Дин нарочито откашлялся.
С трудом удержалась, чтобы не закатить глаза. Но и так понятно, что этот город далеко от границы с землёй монстров. А название города меня несильно интересует, и в какой стороне столица тоже. Хотя там же можно есть любую пищу и почувствовать её вкус! М-м-м, пожалуй, съела бы настоящую сдобную булочку и, так уж и быть, попробовала бы яблоко.
– Дин, – раздался уже знакомый голос, и из-за приоткрытой двери появилась голова Куста.
Все дружно посмотрели в её сторону.
Ох, если бы она просунулась чуть больше, то я увидела бы её «мясные шары». Да, там нет мяса, но выглядит куда интересней, чем мужские трупы в этой комнате, впрочем, как и «не трупы». Створга я бы не стала есть. Старое мясо не такое уж и вкусное. Ну а с Дином всё понятно: помрёшь раньше, чем проглотишь хотя бы кусочек этого треклятого охотника.
– Профессор прибыл, – сообщила она, скользнув по мне пренебрежительным взглядом и одарив двинувшегося в её сторону охотника слащавой улыбкой.
– Бранс, – Дин посмотрел на створга и показал пальцем на меня.
– Присмотрю, никуда не денется, – пообещал тот, хитро улыбнувшись мне.
Стоит продолжать беспокоиться? Или можно расслабиться?
Дин ушёл, забрав с собой все запахи, что распространяла дама-Куст, а я осталась один на один с неизвестным монстром.
– Ну что? Хочешь сердце? – спросил Бранс, привлекая к себе мой взгляд. – Выбирай любого, отдам, так уж и быть. А твоему охотнику выставлю счёт на три бутылки эрмелийского вина.
– Он не мой охотник, – неуверенно ответила я и не стала ждать повторного приглашения, а приблизилась к столам с трупами.
По запаху сложно было определить, который из них лучше. И указала на тот, что уже был с раскрытой грудиной. Его запах читался лучше, несмотря на назойливый аромат, который здесь главенствовал, и было хоть как-то понятно, что это будет съедобным.
После знакомства с охотником хорошо запомнила одно правило: запах от человека – это важный ориентир при выборе пищи. Так что лучше лишний раз принюхаться, чем бездумно кусать всех подряд.
Бранс вернул тряпку на лицо, что всё это время болталась на нём подобно шейному платку, и приступил к добыче органов, продолжив со мной беседу:
– Тебя как зовут?
– Ре... – Договорю собственное имя и меня ударит? Вовремя остановилась, вспомнив про артефакт.
– Ре? Совсем короткие имена стали давать. И почему ты оказалась на землях людей?
– Выгнали.
– Что же ты такого натворила, что тебя и есть не стали?
– Ничего хорошего для клана.
– Это как? Не поверю, что тебе не нашлось применения.
– Не нашлось.
Он вынимал внутренности и раскладывал их в большие металлические чаши, которые стояли на столе за ним.
– Бездарная, что ли?
– Неудачливая.
На такое заявление он поднял на меня глаза и посмотрел так, словно отыщет мою удачу вмиг, чтоб не врала ему тут.
– И как давно ты на воле? – Он вернулся к разделке трупа.
– Сегодняшний день считать?
– Ну посчитай.
– Седьмой.
– День?
– Да.
Он опять на меня посмотрел очень внимательно.
– Совсем неудачливая, – и вернулся к трупу, приступив к изучению его рук и ног. – Я-то уже восьмой год среди людей живу. Почти три года продержался на кладбище. Могилы днём копал, а ночью раскапывал. И так до тех пор, пока какая-то богатая дамочка не вспомнила, что что-то забыла положить или, наоборот, забрать из гроба своего ненаглядного муженька. Его раскопали. Крику было... – Бранс взял небольшой нож и приступил к срезанию кусков мяса с плечевой части руки. – Она до короля жалобу довела, чтобы тот выслал лучшего охотника, который бы выяснил, кто покромсал её мужа.