Чтение онлайн

Тот не отозвался. Егор нахмурился.

– Помер, что ль? Если помер, какого рожна я тебя тащу? Ладно. Не пугайся, артист. Донесу, а там посмотрим.

Дальше Егор шел молча. Напряженные мышцы болезненно ныли от усталости. Ноги двигались все медленнее. Приходилось останавливаться на отдых.

Через полчаса лес, наконец, закончился, и Егор вынес Максима к приземистому бревенчатому дому, обнесенному невысоким забором из тесаных жердей.

Анна Родимова полчаса как заснула и теперь смотрела первые сладкие сны. Но выспаться в этот день ей было не суждено. Кто-то грубо замолотил в дверь кулаком.

Анна открыла глаза.

– Мама, кто там? – сонно спросил из соседней комнаты Алешка.

– Не знаю! – ответила Анна. – Спи, я открою!

Она поднялась с кровати, накинула на плечи платок, вышла из комнаты и приблизилась к двери.

– Аня! – басовито окликнули из-за двери. И снова толстые доски вздрогнули под ударами могучего кулака. – Открой!

– Кто там? – громко спросила она.

– Егор Соболев! – отозвался басовитый голос. – Аня, открой! Нужна твоя помощь!

Анна поспешно отодвинула засов и распахнула дверь. На пороге стоял Егор Соболев, а на его могучем плече лежал, безвольно свесив руки, темноволосый мужчина.

– Боже! – выдохнула Анна. – Что случилось?

– Медведь, – хрипло ответил Егор.

– Медведь? – голос Анны дрогнул. – Где?

– Неподалеку от заброшенных шахт. Отойди, я его внесу.

Егор сделал шаг, но Анна преградила ему путь.

– Почему ко мне? – спросила она. – Его надо в больницу!

– До больницы он не дотянет, – мрачно отозвался Егор. – Так ты нас впустишь, или мне бросить его на крыльце?

Анна отошла в сторону. Егор поудобнее перехватил испачканного кровью мужчину и внес в дом.

– На диван, – подсказала Анна, пытаясь поддержать окровавленного мужчину.

Егор кивнул. Вместе они дотащили мужчину до дивана и аккуратно уложили головой на мягкую подушку. Егор выпрямился и вытер рукавом куртки лоб.

– Кто он? – спросила Анна.

Егор не ответил. Да уже и не надо было. Анна с изумлением и ужасом вглядывалась в лицо раненого мужчины.

– Максим? – тихо проговорила она.

– Он тебя не слышит, – сказал Егор, повернулся и зашагал к двери – высоченный, широкоплечий, сам под стать медведю.

– Куда ты? – растерянно спросила Анна.

– Добить подранка. Если не добью, он опять кого-нибудь заломает. Позаботься о парне.

На секунду их взгляды встретились.

– Будь осторожен, – тихо произнесла Анна.

– Буду.

Егор отвернулся и вышел из дома.

Из своей комнаты выглянул заспанный и встрепанный Алешка. Увидел Максима и удивленно спросил:

– Мам, чего тут, а?

– Ничего, – ответила она. – Видишь, раненый. Медведь задрал. Чем задавать вопросы, лучше помоги мне.

– А что делать-то? – спросил Алешка.

– Поставь воду кипятиться. Полный чайник.

Алешка кивнул и прошлепал босыми ногами на кухню.

Примерно через полчаса все было закончено. Анна промыла и продезинфицировала раны, зашила их и перевязала. Все это время она заставляла себя не смотреть на окровавленное лицо своего пациента и не думать о том, кто перед ней.

Закончив перевязку, Анна поднялась со стула, но тут же пошатнулась и схватилась за спинку кровати, чтобы не упасть. Ее мутило. Хотелось на воздух.

– Алешка, иди к себе, – сказала она сыну.

– А ты? – спросил он, с тревогой вглядываясь в побледневшее лицо матери.

– Я в норме. Иди, говорю.

Сын, не возражая, ушел к себе в комнату. Анна повернулась и побрела к двери.

На улице ее вырвало. Она сорвала пучок жухлой травы и вытерла рот. А потом села на траву и закрыла лицо руками.

Когда же кончится этот кошмар, Господи?

– КОГДА Я СОЖРУ ТЕБЯ! – прошелестел по кронам деревьев северный ветер. – А СПЕРВА ВДОВОЛЬ НАИГРАЮСЬ!

Егор Соболев взял стакан, посмотрел на него и поставил обратно на стойку. Поднял взгляд на старика Пахомыча, сидящего здесь же, у барной стойки, и вдруг пододвинул стакан к нему.

– Выпей за меня, – сказал Егор старику. – Я сегодня спас человека от смерти. Хотя… возможно, он еще умрет.

Пахомыч взял стакан и молча выпил водку.

– Ежели спас, то чего такой кислый? – спросил он. – Радоваться надо.

– Радоваться? – Егор хмыкнул. – Ты не понимаешь. Да я сам хотел его кончить.

– Вот оно как… – Старик закусил водку кусочком соленого огурца и покосился на Егора. – Не боишься мне такое рассказывать?

– Тебе – нет, – ответил Егор.

– Правильно, – кивнул Пахомыч. – Я все равно через час забуду. А кому расскажу, так мне никто не поверит. Да и слушать не станут.

Он пододвинул стакан к Егору:

– Угости-ка еще. Чтобы уж наверняка памяти лишиться.

Егор подозвал бармена, похожего на пожилого мальчика, и указал ему глазами на стакан. Тот кивнул, взял бутылку «Таежной брусничной» и наполнил стакан наполовину. Егор пододвинул выпивку к старику Пахомычу. Тот взял стакан, смерил его взглядом, собираясь с духом, и залпом опустошил.

– Уф, хорошо пошла! – Пахомыч дернул плечами. Посмотрел на Егора. – Значит, вместо того, чтобы прикончить парня, ты его спас. А за что ж ты его так не любил?

– Мешал он мне. Кое в чем.

– Все мы кому-нибудь мешаем, – философски заметил Пахомыч. – Я вот, положим, всем тут мешаю. И ничего, еще живой.

– Ладно. – Егор швырнул на стойку пятисотрублевку и сказал, обращаясь к бармену: – Налей ему еще.

А затем повернулся и грузно зашагал к двери.

К стойке подошел пожилой охотник, которого весь поселок называл Иваныч. Выглядел он скверно: весь какой-то пожухлый, всклокоченный, опухший, словно всю ночь беспробудно пил, а к утру вдруг резко протрезвел.

– Мужики, – сипло проговорил он, обращаясь к бармену и старику Пахомычу, – вы моего Хвата в поселке не видели?

– Хват – это твоя собака? – уточнил худощавый бармен, похожий на постаревшего мальчика.

– Да. Мой охотничий пес.

– Я не видел, – сказал бармен.

– И я, – сказал Пахомыч. – А что, пропал?

– Пропал, – сокрушенно покачал головой Иваныч. – Погнался за зайцем и сгинул.

– Вернется, – обнадежил старик Пахомыч. – Погуляет и вернется.

Бармен поставил перед Пахомычем рюмку водки. Старик взял ее и хотел выпить, но покосился на несчастного Иваныча и сердобольно предложил: