Чтение онлайн

– Дерьмо, ты не шутила, когда говорила, что это хреновая ситуация. Где вторая флешка?
– спрашивает Зандер, вытаскивая блокнот и делая какие-то заметки.

– Я спрятала ее, - все, что я говорю.

– Где-то, где можешь достать?

– Да.

Он кивает, не спрашивая, где именно. И я это ценю.

Он, должно быть, понимает, что мое единственное преимущество - та флешка. Мне, в конечном счете, придется вручить ее правильному человеку, но раз уж первую я отдала не тому, я не могу позволить себе облажаться и с этой.

– У меня есть человек в полиции, которому я доверяю. Он был отцом моего лучшего друга, - Наконец произносит Зандер, когда тишина становится слишком мучительной.

– Был?

– Мой друг умер несколько лет назад, - тихо объясняет он, проблеск другой боли освещает его глаза, и он прячет их.

– Мне жаль слышать это, - бормочу я, задаваясь вопросом через сколько же потерь прошел этот парень. Как он все еще держится?

– Я поговорю с ним утром и узнаю, что он думает об этом. Мне нужно будет посмотреть, что на той флешке, чтобы у меня было представление, с чем мы имеем дело. А пока мы не решим все эти вопросы, тебе придется залечь на дно. Твой бывший вероятно знает твоих друзей и родных, и все возможные места, где ты могла бы спрятаться, но может быть есть какое-то безопасное место, о котором он не знает? Возможно такое, до которого ты не могла добраться прежде, но сможешь, если воспользуешься машиной?

Я мотаю головой. На самом деле, все, что у меня есть в жизни, - это мой дом и онлайн-друзья. После того, как родственники с обеих сторон бросили нас с Амандой, когда у мамы обнаружился рак, мы перестали поддерживать с ними отношения. Они буквально мертвы для меня, и о своем отце я давно не слышала ни слова. Насколько я знаю, он мертв.

– Ладно, тогда на данный момент ты застряла у меня, - объявляет Зандер.

– Правда?
– сердце подскакивает к горлу из-за надежды.

– Конечно. Я предлагаю тебе свою помощь, - его плечи напрягаются, а челюсть сжимается - он чертовски серьезен в этот момент. У меня такое чувство, что когда Зандер на что-то решается, он делает это, не смотря ни на что. Его слова звучали не обещанием, а скорее клятвой.

– Почему?
– не могу не задать этот вопрос. – Почему ты помогаешь мне? Я угнала твою машину, похитила твоего брата, - неуместно напоминаю. Почему я пытаюсь его отговорить?

– По многим причинам. Первая - потому что я порядочный человек. Тебе нужна помощь, а у меня есть возможность помочь.

Я киваю, поскольку жду, что он продолжит, но, кажется, я ошиблась.

– Ты сказал по многим причинам? Какие еще?

Он все не отвечал, оттягивая время и рассматривая меня. Я не уверена в том, что понимаю, как это следует расценивать. Все же надеюсь услышать ответ, проявив достаточно терпения.

Я пользуюсь этой паузой, чтобы пробежаться по нему взглядом. Широкие плечи, сильные руки и точеное лицо. Не могу ничего поделать, но вновь замечаю, какой же он впечатляющий. Со смуглой кожей, глубокими голубыми глазами, вьющимися темно-каштановыми волосами и небольшой щетиной, покрывающей его челюсть. Он очень привлекательный мужчина.

Я не настолько глупа, чтобы считать, что нахожусь с ним на одном уровне. Я видела достаточно фильмов и читала несколько книжек, где ситуация, похожая на мою, оборачивалась чем-то большим, чем просто знакомство. Защищающий герой и беспомощная героиня - это точно не тот сюжет, который я бы хотела реализовать в своей жизни. Хотя, пожалуй, приняла бы это, если бы это означало провести ночь в руках Зандера. У меня такое чувство, что не может быть более безопасного места, чем у него под боком.

И кто я после этого? Всего три дня, как сбежала от Брайана и уже думаю о Зандере в романтическом ключе? Да что со мной не так?

Как обычно мои мысли полностью независимы от меня и уносятся неизвестно куда, и ведут в совершенно неправильном направлении. От того, какой я бываю смешной, я заливаюсь румянцем.

– Другая причина, по которой я помогаю тебе, более эгоистична, - наконец-то подает голос Зандер. И теперь уже он смотрит на свои руки, в которых вертит ручку, и выглядит он при этом немного… странно.
– Воун принял тебя, а это невероятная редкость. С тех пор, как наши родители скончались, все, что он делал, - это отталкивал. Он едва хочет видеться со своими друзьями, не участвует ни в чем в школе. Я даже пытался отправить его на беседу со специалистом. Он ходит на эти занятия, но молчит, отказываясь произнести там хоть слово. Он без конца сопротивляется, и я уже начал задаваться вопросом, может, он слишком для меня проблемный, и я самостоятельно не справлюсь с ним?

– Я старался сделать всё как можно лучше, но ничего не срабатывало. А сегодня вечером он разговаривал больше, чем за все эти месяцы вместе взятые. Сегодня он улыбался, даже смеялся, - теперь Зандер поднимает на меня взгляд и посылает улыбку, от которой у меня перехватывает дыхание.
– Сегодня он открылся тебе больше, чем кому-либо еще, и я боюсь, что когда ты уйдешь, он может снова уйти в себя, - его улыбка исчезает так же быстро, как и появилась.

Я тронута и напугана его словами. Я всем сердцем переживаю за него и его тяжелое положение. И хотя он старше Аманды, а Воун младше меня, их ситуация похожа на ту, в которую попала моя сестра, когда мама была больна, и позже, когда умерла. Я тогда была в ярости и выплескивала свое горе и гнев на нее. Это, вероятно, то же, что Ван предъявляет Зандеру. А вот кто есть у Зандера?

Я никогда не заботилась о том, как моя сестра справляется с неприятностями, которые преподносит ей жизнь. Ведь она прошла через все тоже самое, что и я, даже больше - ей пришлось заботиться обо мне. В этом плане ей пришлось столкнуться с большими трудностями, чем мне. Кто был с ней рядом, стал для неё опорой?

– Когда мы с сестрой остались только вдвоем, я вела себя ужасно. Я отталкивала ее при любой возможности. Я была зла на нее по многим причинам, но в то же время без какой-либо конкретной причины. Я спорила с ней по любому удобному поводу, и часть меня любила это делать. Я выплескивала на неё всю ту злость, которой некуда было деваться.

– Я была зла на своего отца за то, что он бросил нас, и зла на маму за то, что она заболела, а потом, в конечном счете, тоже оставила нас. Я была зла на Аманду за то, что она была такой чертовски способной пройти через все это. Мне просто хотелось хоть раз увидеть ее сломленной. Мне хотелось знать, что она не была такой уж идеальной, какой притворялась. Тогда бы мне не пришлось чувствовать себя неадекватной за чувство внутренней разрухи и сломленности.

– Я начала сражаться с ней, потому что хотела, чтобы бросила меня и она. Я была уверена, что была бременем, нуждаясь в заботе извне. Я нарочно была слишком проблемной для того, чтобы она не справилась со мной и ушла, как все остальные. Я продолжала держать свое сердце закрытым, продолжала отталкивать её, и все же она ни разу не дрогнула. Она оставалась сильной.

Я думаю о том, как она покинула меня, когда ее убили. Часть меня (невероятно маленькая часть) почувствовала облегчение, что она наконец-то бросила меня. Произошло именно то, что я и ожидала.

Осознание того, что если бы ее не убили, она бы никогда не ушла, у меня заняло много времени. Ведь сестра никогда не планировала уходить. Она собиралась делать то, что должна была, чтобы у меня было будущее. И еще одно озарение пришло, когда я перестала винить и маму за то, что она оставила нас. Она могла бы курить всю свою жизнь, но это не значит, что она заслужила то, что рак сделал с ней. Она никогда не хотела болеть, никогда не хотела оставлять нас. Единственными людьми, которые сами приняли решение оставить нас, были мой отец и все другие члены семьи, которые исчезли, когда мы нуждались в них больше всего.

– Так ты считаешь, что Воун проверяет меня?
– спрашивает Зандер, как будто пытается расшифровать мою слезливую историю.

– Я говорю, что Воун столкнулся с тем, с чем ни один ребенок никогда не должен сталкиваться. Его друзья не понимают, через что он проходит, но ты-то понимаешь. И раз уж это место – твоя квартира - безупречна; твоя машина безупречна, если не учитывать беспорядка, который привнес Ван; на твоих книжных полках книги, все абсолютно, расположены в алфавитном порядке; и в твоих шкафчиках в ванной все так дотошно расставлено, как только это вообще возможно, я думаю, что внешний вид для тебя чрезвычайно важен. Режим и порядок - это то, чего ты придерживаешься, и, возможно, ты думаешь, что это поможет и Вану. Но его размеренная жизнь была уничтожена; его чувства, вероятно, в чудовищном беспорядке, так же как и мысли, и у меня такое чувство, что ему очень одиноко.