Чтение онлайн

– Этим вечером будем праздновать, - информирует он нас обоих. И вот тогда я замечаю его повышенную энергетику, ухмылку, которую он, по-видимому, никак не может стереть с лица.

– Празднуем?
– спрашиваю я.

– Ага, - Зандер достает свои ключи и открывает дверь, пропуская нас домой, закрывает дверь и кладёт ключи на столик у двери. Я там же бросаю свои, и позволяю ему провести меня к открытому пространству, наблюдая, как он снова поворачивается лицом, все еще улыбаясь.

– Празднуем что?
– давлю я, быстро прокручивая в памяти последние наши дни вместе в попытке обнаружить любое воспоминание о том, над чем он работал, и насколько это большое дело или нет. Возможно, он закрыл какое-то из них?

– Это будет какая-нибудь годовщина? Потому что мне не хотелось бы быть здесь, если дело в этом. Я заберу свою пиццу и пойду ночевать к Джебу, - быстро говорит Ван.

Я заливаюсь краской от смущения, прекрасно осознавая, почему ему не хочется быть тут, если дело в этом. Ван определенно не входил в самый неподходящий момент, и не видел нас в компрометирующих позициях, но однажды он нас услышал.

Я была в ужасе, и даже Зандер был немного смущен. Ван доставал нас так, как временами он может, задавая миллион смущающих вопросов о том, что значат стоны, и почему я внезапно стала такой религиозной.

Мы ввязались в настолько нелепую ложь и истории, что просто рассказывать фальшивые оправдания было неловко.

Мне нравится иногда взывать к Богу посреди ночи...

Я ушибла палец на ноге, поэтому стонала...

Мне пришлось звать Аву по имени, потому что ей приснился дурной сон, что так же объясняет эти стоны..

Я спрашивал, что она хочет на ужин в эти выходные, и на все, что я предлагал, она отвечала да...

Я хотела, чтобы он знал, что я собираюсь на барбекю, которое устраивает Саша…

И это значит, что Саше пришлось организовывать барбекю-ланч, что было очень странно просить ее сделать, не объясняя причин.

Это было ужасно. Кажется, на протяжении всего разговора я была вся красная.

Затем, несколько дней спустя, Ван в приватной беседе с Зандером спросил, был ли у нас секс. Он что-то услышал об этом в школе. Ван спросил как бы в общем, раз уж я сплю с Зандером в одной комнате, но Зандер думает, что он спрашивал о ночи лжи. Поэтому он признался во всем, не желая ранить психику Вана, но все закончилось тем, что все-таки это произошло, потому что ему пришлось подтвердить, что он слышал нас, "старичков", занимающихся сексом.

Это были самые смущающие несколько недель за все время, и мы с Зандером даже ужасались что-либо делать друг с другом, когда Ван находился дома. Я даже не позволяла ничего такого, когда Ван спал. По этой причине последний месяц я частенько навещала Зандера в его новом офисе, так, чтобы нам не пришлось отказываться от секса полностью.

Мы испробовали его стол, кресло, диван, каждую стену, и несколько ночей назад его личную уборную. И мы подобрались к тому моменту, что я уже не могу спокойно входить в его кабинет без того, чтобы мое тело не среагировало на это, потому как это место у меня теперь ассоциируется с сексом. У Зандера тоже самое.

Думаю, что чуть не убила его, когда вошла в его офис прямо посреди встречи. Я просто завезла ему кое-что, что он просил, но я оставила его с бОльшим, чем привезла с собой. У него был стояк всю оставшуюся часть встречи. Позже он рассказал, что не смог даже встать, чтобы проследить вышел ли его новый клиент из офиса.

И раз уж Ван поднял тему нашей годовщины, я сразу же вспомнила, что мы уже праздновали нашу "годовщину" всего пару ночей назад. Это тогда мы и вломились в его личную уборную.

От этих мимолетных мыслей я сразу ощущаю, как начинаю краснеть, поэтому быстренько отгоняю их прочь. Сейчас не время вспоминать эти волнующие мгновения, от которых скручиваются пальчики на ногах.

Мы решили, что годовщина у нас будет в день, когда мы впервые поцеловались. Так уж случилось, что это и день, когда у нас впервые был секс. Уточним, секс в ванной. Мы решили сделать это традицией и заниматься этим каждый год. Хотя это и не означает, что мы не занимается этим в ванной в остальное время. Не знаю почему, но это кажется нашим особенным местом.

Что касается этого празднования, я действительно не знаю, что бы это могло быть.

– Это не связано с годовщиной, - рычит Зандер, взъерошивая волосы Вана, прежде чем он успевает уклониться.
– Я нашел нам новый дом.

– Мы переезжаем?
– задыхаюсь я, не осведомленная даже тем, что он подыскивал новое место, не говоря уже о том, что он почти нашел.

– Ага.

– А моя комната будет больше этой?
– торопится с вопросами Ван, очевидно, это его больше всего заботит.

– Конечно. В два раза больше этой, - говорит ему, и Ван громко ликует, бегая по квартире с энергией, которая может быть только у детей в конце дня.

Я наблюдаю, как он наматывает круги, не уверенная, что чувствую из-за того, что меня оставили в стороне в этом разговоре. Но опять же, я просто живу здесь, и вкладываюсь, когда позволяют деньги. Я оплачиваю некоторые покупки в продуктовых магазинах, и возможно, купила несколько вещей, чтобы немного смягчить это место. Мы никогда прежде не заводили тему денег потому, что это не было настолько важным в наших отношениях.

А что, если, не поднимая этот разговор, не платя половины арендной платы, я лишилась прав на любое дальнейшее вовлечение в подобные темы? Имею ли я вообще право злиться на это? Разве я сама не дала шагов к этому, не поднимая тему прежде?

Зандер обнимает меня, притягивая к себе. Думаю, он наклоняется для поцелуя, но вместо этого отклоняется в сторону и его губы оказываются у моего уха, посылая мурашки от дыхания.

– У нас будет своя персональная ванная. И наша спальня в другом конце холла. И я попросил подрядчика звукоизолировать ее.

У нас будет возможность заниматься сексом в своей же кровати! Нам не придется покидать дом, чтобы заняться им! Это право - дар богов.

Тем не менее, другие мысли тяжестью давят на меня.

– Ты не рада?
– наконец-то спрашивает он, когда мое молчание затягивается.

– Рада, - осторожно говорю я, прекрасно понимая, что широкая улыбка Зандера только что испарилась.

– Но?...
– подталкивает он.

– Я даже не знала, что ты ищешь нам новый дом, - выдаю я.

– Это сюрприз!