Я угнала его машину
Шрифт:
Ван определенно не относится к сентиментальным.
Под его сообщением я вижу другое от окружного прокурора, с которым дружит Зандер. Только вчера он дал нам знать, что был вынесен последний приговор. Тридцать восемь мужчин были арестованы за жестокое обращение и убийства бесчисленного количества женщин, вместе с другими людьми, которые пособничали им, одним из которых был Кен, уже получивший срок за похищение и попытку убийства.
Со всеми ордерами на аресты им удалось получить больше видео, что привело к обнаружению большего количества жертв и преступников. Это значит, что мне удалось избежать дачи показаний перед жюри, и никто из преступников не сможет выйти из тюрьмы до пожилого возраста, если вообще выйдут.
Получение этого сообщение стало еще одним жизнеизменяющим моментом для меня. Тот ужас в моей жизни наконец-то закончился, и хотя мне до сих пор снятся кошмары, я по большей части переборола их.
Брайан, к сожалению, может и не потерял свой член, но он никогда уже не сможет быть свободным.
Я еще немного катаюсь по округе, позволяя мыслям успокоиться, а затем, за десять минут до назначенного времени, еду к месту, который Зандер указала в сообщении.
Оно находится в намного более приятной части города, здание просто огромное, около пятидесяти этажей. Не знаю, сколько аренды Зандер заплатил или он выкупил его и оформил ипотеку, но что бы это ни было, нет ни единого шанса, что я смогу позволить себе оплатить половину.
Я нахожу место парковки ниже по улице, и возвращаюсь пешком к зданию. К тому моменту, как я достигаю входной двери, Зандер уже здесь, ждет меня.
Он быстро заключает меня в свои объятия, и я отвечаю ему такими же крепкими.
– Я сожалею.
– И я тоже. Хотя, это не касается твоей машины. Что же это за детективное агентство, которым ты управляешь?- шучу я, тыкнув ему в бок, пока он щипает меня за ягодицу. Я отпрыгиваю назад, преувеличивая мою боль.
– Ауч!
– Это было не больно, - ворчит он.
– Я отомщу тебе за угон моей машины в очередной раз. Кажется, у меня где-то были наручники.
Теперь эта мысль согревает меня, и я радостно улыбаюсь ему, отчего он стонет, и тянет вперед.
– Пойдем; нам нужно срочно попасть внутрь, прежде чем меня арестуют за непристойное поведение.
– Звучит развратно, - бормочу себе под нос, позволяя провести меня в главное фойе, где меня представляют консьержа. Никогда не жила там, где был бы консьерж!
– Пожалуйста, скажи, что наша квартира на первом этаже, - с надеждой прошу я.
– На двадцать восьмом, - говорит он мне, и я практически выдергиваю свою руку из его прямо здесь и сейчас.
– Да ни за что я не пойду пешком на двадцать восьмой этаж!
– Знаю, - соглашается тут же он.
Я выдыхаю от облегчения.
– Мы проедем на лифте до двадцатого, а оттуда пойдем пешком, - ухмыляется он мне, а я с силой шлепаю его по руке.
– Да ни за что. Ты можешь так и поступить, но я поеду на лифте весь путь.
Он закатывает глаза и недовольно вздыхает, но все же кивает, соглашаясь.
– Клянусь, если Ван попробует бросить мне вызов, чтобы я пробежалась до двадцать восьмого этажа, я месяц буду кормить его морепродуктами, - угрожаю я, прекрасно зная, что это не остановит его надолго. Он ненавидит морепродукты, но, вероятно, заключать пари он любит больше.
Зандер смеется, но когда мы все ближе приближаемся к нашему этажу, я чувствую, что он начинает нервничать. Он переживает, что мне не понравится? Или боится, что это вызовет новую ссору между нами?
– Готова?
– спрашивает он, когда звоночек лифта сообщает нам, что мы прибыли.
– Конечно!
– определенно нет.
Он продолжает держать меня за руку, пока мы идем по коридору и останавливаемся у квартиры номер 282.
Вау, безумный номер.
– Взял запасной ключ у подрядчика. Он еще не сделал звуконепроницаемые стены, но мы все же можем остаться тут на ночь. Я подумал, что может после проведенной ночи тут, ты передумаешь.
Я киваю, начиная таращиться во все стороны, как только он открывает переднюю дверь, потому как меня ошеломляет количество пространства перед нами.
В этом месте также совмещенная гостиная с кухней, которая сделана из темного мрамора, тут даже дверь холодильника соответствующего цвета. Изыскано. Гостиная кажется невероятно огромной, и я надеюсь, что с мебелью это впечатление пройдет. В следующей комнате идеально будет смотреться длинный обеденный стол, и там окна до потолка.
Я смотрю из окна и вижу бесконечные крыши, здания и прекрасное солнце, клонящееся к закату. Оранжевое небо и то, как свет падает на пол и освещает стены вокруг нас... это просто потрясающе! Могу представить себя каждый день наслаждающейся этим, правда, такая погода, как сейчас, здесь бывает не часто.
Он проходит через первую закрытую дверь и показывает мне наш кабинет, далее комнату Вана и ванную, которой будет пользоваться Ван, а также гостевую спальню.
Я и понятия не имела, что такие квартиры существуют. Кто бы мог подумать, что такую можно иметь, не продав при этом какой-нибудь орган?
После того, как я поахала от всего, после предвидения всего того, чем мы могли бы заниматься в каждой комнате, и как я смогу организовать работу в кабинете, он наконец-то отводит меня обратно к первой комнате. Там он делает глубокий вдох, прежде чем открыть дверь.
Мой взгляд немедленно притягивает к полу, где Зандер разместил матрац, покрытый постельным бельём, а затем присыпал это все лепестками роз.
– О, Зандер!
– задыхаюсь я, сжимая его руку крепче, когда замечаю свечи, которые он расставил по комнате.
– Я хотел, чтобы наша первая ночь здесь была идеальной. Я хочу, чтобы ты полюбила это место так же, как я, - говорит он, с возбуждением таща меня в нашу ванную, чтобы показать, насколько она большая. Да-да, у нас своя собственная ванна, в которой запросто поместимся мы оба! А еще он показывает, сколько пространства в душевой, и без находящегося рядом подслушивающего тринадцатилетнего невинного ребенка, он рассказывает свои идеи по поводу лавочки. Он говорит довольно нахально и весело, и все же, я знаю, он все еще немного нервничает, ожидая моего вердикта.
– Пошли обратно в кровать, - предлагает он, направляя меня вперед, где, я замечаю, он припас ведерко со льдом и бутылку шампанского рядом. Да он не терял времени даром!
Он тянется открыть бутылку, но я останавливаю его, что тут же стирает улыбку с его лица.
– Просто дай мне сказать, - прошу я, видя, как на его лице прорисовывается несчастное выражение, а плечи опускаются.
– Ты прав, это место потрясающее, и мне оно очень нравится. И если еще ты скажешь, что мы можем избавиться от того ужасного дивана, и купим новый удобный для этой квартиры, тогда я определенно за то, чтобы переехать сюда.
Его улыбка возвращается, лицо снова озаряется, и он притягивает меня к себе, целует долго и крепко.
Я почти бездыханна, когда он отпускает меня и вновь тянется за шампанским.
– Подожди, я не закончила, - я жду, пока он устроится на своём месте. Он все еще держит меня в объятиях, и я наполовину облокотилась на него.
– Если бы ты поговорил со мной о том, что хочешь переехать, если бы показал мне это место перед тем, как принял решение, я бы согласилась, конечно. Я знаю, мы до этого не обсуждали тему денег, но ты должен понимать, что я почувствовала будто мне дали пощечину, когда узнала, что я тебе совершенно не нужна, чтобы принимать подобные решения.