Чтение онлайн

– Ну, представь: какова была вероятность, что, во время незапланированной задержки пригородного поезда, на территории одного из крупнейших железнодорожных терминалов Франции, я окажусь буквально на одном квадратном метре с человеком, который не просто говорит на одном со мной языке, но ещё и будет готов провести со мной не просто следующие тридцать дней, а как минимум остаток этой жизни? Казалось бы, есть масса вариантов, как провести ещё три часа до отъезда, – хотя бы просто найти сидячее место и тот же путеводитель перечитать, он довольно объёмный был… Но нет, я пошёл в кофейню. Странно, что меня правильно поняли те двое ребятишек, у которых я, на ломаном-переломаном французском, попытался спросить, где тут кафе, – Дикон хохотнул, вспомнив недоумевающие взгляды тех двух ребят, с очевидным интересом пытающихся вникнуть в суть вопроса стоящего перед ними иноземца. – В итоге пришёл в этот самый «Le Train Bleu». Минуты две посидел, полистал меню. Понял, что ни черта не понял. Ругнулся с досады, вроде бы неслышно, но, как оказалось, чуть ли не в полный голос. Можешь представить, как я, извини за просторечие, охренел, когда с соседнего столика послышалось: «Простите, что вы сказали?»

Он настолько вжился в образ, что даже натурально спародировал голос Сары. И, уже перебивая засмеявшуюся Дори, продолжил:

– Можно сказать, что, с той самой минуты, и началось. Попил я, наконец, кофе. Рассказал, что вообще здесь делаю. Узнал, что моя собеседница здесь по работе, переводчик для какой-то бизнес-делегации, и ждёт, пока за ней приедут и отвезут в гостиницу… Ну и мне хватило смелости ляпнуть, что было бы неплохо быть в числе туристов, которых сопровождает такой вот гид. Она засмеялась и сказала, мол, раз уж я настолько свободно владею французским, то точно не нуждаюсь в сопроводителе. Но добавила, что не отказалась бы от случайной внерабочей экскурсии, если у меня будет на то время…

Он сделал нарочитую паузу, как бы обозначая значимость момента. Даже спустя годы непробиваемого скептицизма, то самое мгновение, с которого холостяцкие дни Дикона Брюса Джексона, можно сказать, были сочтены, по-прежнему вызывало несравненный благоговейный трепет.

– До того момента я не верил в интуицию, но, кажется, после её слов она просто возопила что-то типа «ЕЗЖАЙ ЗА НЕЙ И НЕ ОТПУСКАЙ ЕЁ!» И я решил, что да, не стоит злоупотреблять фортуной.

– Боже, как банально и прекрасно! – проворковала Дорис голосом любительницы штампованных любовных романов.

– В отношениях между людьми порой самое прекрасное – это вот такая спонтанная искренность, – Дикон будто и не заметил, как его голос на мгновение обрёл неестественную усталую интонацию, – так что я сдал билет и сказал, что поеду с ней. Поселился в той же гостинице. До вечера она ездила с этими толстосумами по каким-то конференциям, а вечером мы шатались по Парижу. Точь-в-точь, как сейчас с тобой – бесцельно, по прямой, можно сказать «из ниоткуда в никуда». Я даже не заметил, как закончился отпуск. Рейс был с утра, и она не смогла проводить меня до аэропорта. Плакали по очереди – сперва она, на пороге номера, а потом я. До стойки регистрации дотерпел! Прилетел домой уже с однозначной мыслью, что хочу быть с этой женщиной. И вот, спустя 2 месяца, у неё закончилась командировка, и я ждал её в аэропорту. С цветами, предложением руки и сердца – всё, так сказать, по канону…

Он вновь сделал паузу, но на этот раз только для того, чтобы снова закурить, и заодно попытаться ощутить ту самую минуту, когда не видел перед собой никого, кроме самой прекрасной женщины в мире.

– Помню, как мы стояли, буквально рассекая надвое толпу из сотни, а то и больше, человек. Сара улыбалась, плакала и спрашивала, уверен ли я, мы же совсем недавно познакомились. А я сказал ей, что «нет, Сара Хэйл Уильямс, мы знаем друг о друге всё».

– Джек Лондон. «Лютый зверь» 2 . Слова Пата Глендона-младшего.

– Ага. Случайная повесть, которую Лиззи случайно полюбила.

Уловив довольно неординарную для обсуждения мысль, Дикон ненадолго застыл в откровенной прострации. Не то чтобы он вновь пожелал вернуться к привычке предельно логически выстраивать диалоги и держать всё под контролем, просто показалось действительно странным, пусть даже мимолётное, желание поговорить на такую тему с юной девушкой.

Но других вариантов всё равно не удалось подобрать, а слишком долгое молчание пока ещё не приносило особого удовольствия. Поэтому он всё-таки решился.

– Знаешь, я встречал много таких людей, которые считали, что можно, в буквальном смысле, построить семью. Решить, на ком жениться, когда родить, куда отдать ребёнка после школы и т.д. И всё ради того, чтобы выполнить, так сказать, миссию – внести свой вклад в улучшение демографической ситуации в стране и мире. Для нас это казалось непомерной глупостью. Мы просто в какой-то момент поняли, что правда хотим впустить в этот мир ещё одну часть себя. Сперва это даже казалось милым.

Монолог получился не самым коротким, и Дикон действительно удивился, что Дори ни разу его не перебила. А, судя по мгновенной ответной реакции на возникшую паузу, стоило понимать, что она явно не возражала против данной темы для беседы.

– Сперва?

– Ну да. Тебе мама с папой не рассказывали о всяких казусах, например, когда мама была беременна?

– Было такое, – Дори вновь вынудила Дикона умилиться своей неподражаемой улыбкой. – Папа часто любил вспоминать, как она перебирала кулинарную книгу, пытаясь найти что-то такое, что можно и нужно есть беременным. А в итоге готовила такую стряпню, которую потом даже крысам отдавать было страшно.

– А Сара, вроде на пятом месяце или шестом, вдруг опомнилась, что у нас нет комнаты для ребёнка, – вряд ли бы у Дикона получилось растянуть губы в столь обезоруживающей манере, но он всё же попытался. – Квартира была не очень большая, можно сказать на полторы комнаты: зал, кухня и что-то вроде кладовки. И изначально мы хотели поставить кроватку в нашу с Сарой комнату. В зал, то есть. Но это изначально, – это было не обязательно, но он не смог отказать себе в удовольствии выделить последнее слово откровенно саркастичной интонацией. – А когда пришла мысль, что данный вариант внезапно потерял актуальность, начался такой основательный мозговой штурм. Дошло до того, что хотели снести стенку между залом и кладовкой. Хорошо, Сара вовремя разобралась, что делать этого не стоит. В итоге сошлись на том, что можно неплохо переделать кладовую.

– Но это ведь не всё, верно? – спросила Дори, с нескрываемым интересом к продолжению истории.

– Разумеется, это не всё. Нельзя же ставить кроватку там, где нет ничего, кроме голых стен! Купили обои, клей, краску, валики. Решили примерить на себя роли великих дизайнеров. Долго не спорили – раз это будет детская, значит, надо делать всё в спокойных светлых тонах. И вот, стою я, значит, на стремянке, стену клеем намазываю, а Сара подаёт рулон. И в какой-то момент, видимо, не хватило ей равновесия, и она просто села. Прямо в ведро с клеем. Я это увидел и…

– И вам до сих пор не стыдно?

Конец ознакомительного фрагмента.