Чтение онлайн

– Ого, вы целый дом имеете, как граф?

– Нет, – сухо сказал Нубис. – Я имею, точнее, снимаю квартиру для магов в этом доме. К счастью, там две комнаты.

– Да я не собиралась садиться вам на голову! Как только меня оформят в штат, сниму что-то сама.

– И разнесете непонятную инфекцию еще дальше? Нет гарантий, что вы уже ее не подхватили. Поэтому нам всем, персоналу больницы, придется пока держаться вместе.

С этим аргументом было трудно поспорить. Катя снова собрала постель, но, под взглядом черного мага, уже не в ком, а в аккуратный рулон, сунула его под мышку и крепко взялась за Нубисову руку, заранее сморщившись, чтоб не поддаться тошноте от переноса.

Но на этот раз перемещение прошло почти бессимптомно: только сильно шатнуло, поскольку пол сменился с ровного каменного на неровный и, судя по скрипу, дощатый. Кроме этого, в месте, куда они перенеслись, было удивительно темно и промозгло. В ледяном воздухе соревновались два запаха: плесени и химических реактивов. Они побеждали по очереди, в зависимости от того, куда повернешь нос.

Катя перестала вертеть головой и чихнула. Нубис зажег свет в виде зеленого шарика-лампы под невысоким покатым потолком: и сам маг, и Катя едва не упирались в него затылками.

– Это же мансарда? – Катя подышала на руки. – А что тут заплесневело? Вам так мало платят, да? Приходится такую жуть снимать?

– Это пахнет моченое дерево – мой ужин. Платят мне, конечно, средне, но вы снова забыли, кто я. Мне хорошие в человеческом смысле условия так же не нужны, как вам – учебник по этикету.

Шуточка эта была злобноватой даже для обычного стиля Нубиса – Катя подумала, что он, пожалуй, раздражен сильнее, чем показывает, и решила никак не реагировать, а лучше осмотреться.

Взгляду ее предстала комната-коробка с удивительным минимумом мебели, на которой лежало еще меньшее количество аккуратно разложенных предметов. Кроме стола, стула, тумбочки, печки для готовки в углу и заправленной, как в армии, кровати здесь не было буквально ничего. Рассохшаяся, но чистая добела дверь приоткрывала вторую комнату – тоже небольшую и со скошенным потолком. В ней, наоборот, все стены закрывало огромное количество полок с книгами, а вот на полу опять почти ничего не было, только столик с химическими реактивами и тумбочка с водяными часами на ней.

– Если не затруднит, поставьте уличную обувь вон там, у порога, – сказал Нубис. – Спать вы будете здесь, – он показал на армейскую кровать. – А я – в своем рабочем кабинете.

– Ха, на тумбочке, что ли? – нервно хохотнула Катя.

– Просто на полу, на простыне. Мне-то как раз неважно, где спать. Я надеюсь, про чувствительность магов к температуре и давлению вы не прослушали?

– Не-ет, что вы, это я еще в первые дни прочла! – Катя стащила второй ботинок и с размаху села на армейскую кровать, превратив ее в кровать морщинистую. – Вы почти не чувствуете температуры, если она не ниже минус десяти и не выше плюс шестидесяти, и можете спать на ледниках и совать руки в кипяток.

– Ненадолго, – лицо Нубиса, сначала ставшее почти таким же морщинистым, как несчастная кровать, разгладилось от Катиных знаний, он отвесил одобрительный преподавательский кивок. – Даже наша толстая кожа в кипятке начинает разрушаться, так что такую воду мы чувствуем как довольно теплую.

– Если кожа и разрушится, ожоги быстро заживут из-за регенерации, – докончила Катя. – Как я поняла, давление и боль от разрезов вы тоже чувствуете намного слабее.

– Ну, это вы новых учебников начитались, – недовольно поморщился Нубис и, подойдя к плите, вынул из нее какую-то миску. Запах плесени стал в три раза сильнее. – Там все в максимально упрощенном изложении. Сделали с помощью нитей несколько грубых опытов с чувствительностью, увеличив ее магам до людской, а людям уменьшив якобы до маговской, и записали, что вышло. А вышла-то ерунда.

– Да-да, я тоже так подумала, – закивала Катя, – что если бы у магов реально была такая низкая чувствительность, они бы не выжили, несмотря на все свои способности. Ведь если вся кожа будто ватой обложена, как совершать мелкие точные движения? Я видела, как двигаются люди, у которых после паралича чувствительность в теле потеряна. Там точность плюс-минус километр.

– Верно, – одобрил Нубис, аккуратно когтями достал из миски кусок плесени и съел его. – Авторы учебника могли бы не заниматься экспериментами, а просто расспросить самих магов. У нас вполне нормальная чувствительность к прикосновениям, близкая к людской, а вот боль и температуру мы начинаем чувствовать только тогда, когда они для нас становятся хоть насколько-то опасными. Спать на полу точно неопасно. Только отдайте, пожалуйста, мою простыню.

– Конечно, берите, я сейчас все свое постелю! – вскочила Катя. – Вы вообще говорите мне, что надо делать. Я могу вам чем-то помогать: например, готовить… Или замачивать, чтоб заплесневело. Говорю же: я не привыкла на чужую шею садиться, просто так получилось…

Нубис задвинул миску с плесенью в глубь печки и встал, прислонившись спиной к небольшому окну без стекла. В комнате сразу стало заметно теплее.

– Лучше бы вы не приходили, Катя, – сказал он негромко. – Я видел за свою жизнь три эпидемии среди людей. Очень много жертв, пока поймешь, в чем дело. Даже если рядом держатся маги…

Катя серьезно кивнула на последнее замечание: она знала, что в человеческих больницах специально работают именно черные маги, поскольку они обладают свойством ультрафиолетовой лампы: одним своим присутствием, точнее, жизненными нитями, очищают пространство рядом от микробов. Но если человек уже заразился, то и маг-лампа не помощник. Ей вдруг пришло в голову, что Нубис согласился взять ее к себе в квартиру именно с целью добавить дезинфекции своим присутствием, и эта мысль ей то ли понравилась, то ли нет: сердце застучало, где-то в районе желудка нервно заныло. Она молча сняла с кровати белье и не глядя протянула черному магу, а тот тоже молча утащил его во вторую комнату.

Когда Нубис, аккуратно распределив постель по неровным доскам пола, снова возник в двери, Катя уже успела улечься – как привыкла, на живот, положив голову на локоть.

– Слушайте, – сказала она, приподнявшись. – Но эта-то эпидемия нетипичная. – Раньше, как я читала, были вирусы, а сейчас – не пойми что. Может, и на магов перекинется.

– Это биологически невозможно, я же писал, – сказал Нубис снисходительно. – Мы слишком разные виды. Это как если бы гавкалка пыталась заразить дерево.

– Угу. А болеть и помирать без всякого вируса, но с одинаковыми симптомами, конечно, биологически возможно, – пробормотала Катя и снова уткнулась носом себе в сгиб локтя.

Нубис сказал «спите», поставил воздушный заслон на окно и прикрыл дверь. На Лине спокойной ночи желать было не принято.

Проснулись они оба примерно в одно неурочное время – только-только начинало светать. Катя и ночью-то спала не очень: было то холодно, то душно, за окном кто-то выл диким басом – она надеялась, что животные. Когда в черном окне немного позеленело и развиднелось, она решительно встала. Пол страшно взвизгнул. Катя ойкнула, зажала себе рот и понадеялась, что все это не разбудит черного мага. Пугалась она зря: Нубис как раз в это время бодро распахнул дверь и показался на пороге, впустив кусок ледяного сырого воздуха дальней комнаты.