Чтение онлайн

— Ну тоже так… — покивал я. — Значит, там будут те, кто смог как-то договориться, оказаться подальше от боевых действий.

Подъезжая к знакомой, по давним временам, заставе даже испытал некую ностальгию. За эти годы ничего не изменилось, никто не собирался перестраивать старинную каменную башню и укрепления вокруг. Набросали мешков с грунтом, сложили из них небольшие стенки по грудь бойцу и хватит. Ткань мешков уже поистрепалась под солнечными лучами и ветром, постоянно дующим на просторах степи. Грунт вывалился из дыр, лежал горками перед этими стенками. Над башней трепыхалось грязное рваное полотнище. Заметил мусор, разбросанный по обочинам дороги. Выглядело всё очень неопрятно, мягко сказано.

Перед заставой, метрах в двадцати, дорогу перегородил поднятый шлагбаум, сооружённый из ствола небольшой прямой сосенки, притащенной из соседнего леса. Сбоку примостился полукруг из таких же обтрёпанных грязных мешков, наполненных грунтом. На зелёных ящиках сидели, прислонившись к стенке, два молодых люала. Осоловелые от безделья глаза удивлённо уставились на двух корпоратов, спокойно проехавших мимо. Они нас только сейчас заметили?

На заставе стояли всё те же молодые парни в зелёной униформе и смешных пилотках настриженных макушках. Но эти были готовы к нашему появлению, неумело тянулись, построившись в кривоватую шеренгу.

— Хорошо, корпораты вымуштровали местных. — пробормотал Сашка, поправляя автомат, съехавший в сторону.

— Вольно, бойцы. — остановился перед строем, не слезая с лошади. Сын, инструктированный по дороге, по самое не могу, продолжил движение и остановился, только проехав пять метров дальше, развернул лошадь, слез и принялся делать вид, что поправляет подпругу, всё время хмуро посматривая в сторону башни. Автомат, небрежно болтающийся на груди, был готов в любой момент обрушить свинцовый дождь в сторону любой цели, представляющей опасность.

— Сейчас подойдёт командир, господин военный. — сказал типичный местный мужик с жёлтой большой лычкой на плече.

Именно в этот момент дверь в башню открылась и из неё вышел высокий худощавый мужчина в такой же форме. На плече красовалось три лычки, расположенные друг над другом. Но не это привлекло моё внимание. Ко мне двигался альв под маскировкой амулета. Он подошёл и уставился на меня немигающим взглядом, снизу вверх. Некоторое время мы играли в гляделки. В глазах альва мелькнуло узнавание, взгляд вильнул в сторону переминающегося строя люалов, рука медленно потянулась к бедру, на котором висела кобура с пистолетом.

— Давно не виделись… — дуло призрачного барлера смотрело в грудь замершего альва. Физические руки немного приподняли автомат, направленный в ботинки стоящей неровной шеренги.

— Ты не успеешь. — всё же остановил руку он.

— Уверен? — нахмурил я брови. — Как там тебя? Зыгфур? Зукдар? Не помню.

— Зыкхыр. — зло прошипел альв, сверля меня взглядом.

— Да-да, точно. Говорящий с духами Зыкхыр. — с него на меня и обратно переводили взгляды люалы, и непонятно чего было больше в этих глазах, опаски или интереса.

— Тебя не узнать, Эван. — поднял он руки, после того как я дёрнул стволом вверх, приказывая это сделать.

— У тебя получилось, «друг» мой. — предвкушающе улыбнулся я. — Ты проводишь нас в город.

— Не пойду..

— Мне плевать! — зло рыкнул я, вторая призрачная рука отделилась от левой. Показалось, что альв побледнел. — Это приказ! Шагай вперёд! Или по законам военного времени, за неподчинение, здесь и ляжешь.

— Но..

— Кто-то хочет оспорить? — покосился на шеренгу люалов, этот цирк был для них, а не альва. Ещё вздумают вмешаться, лишняя стрельба мне ни к чему. Насколько я понял, они привыкли подчиняться корпоратам во всём. — Кто старший после этого?

— Я. — вышел вперёд перепуганный деревенский мужик с одинокой лычкой на плече.

— За него останешься.

— Есть. — вытянулся он.

— Шагай, говорящий Зыкхыр..

Альв ненавидяще сверлил меня взглядом около минуты, пока мне надоело и я приподнял барлер с намереньем пристрелить его здесь, видимо, что-то мелькнуло в моих глазах. Зыкхыр осунулся, повернулся и обречённо пошёл вперёд, в сторону моста. Я ткнул лошадь в бока и направил вслед за ним.

— Что мне сказать, когда спросят, куда делался командир? — догнал меня голос растерянного мужика.

— Скажи, что он преступник. Теперь ты командир и это твои проблемы.

Мы молча преодолели длинный каменный мост, по которому я не раз хаживал в былые времена, прошли мимо пустой башни второй заставы. Когда-то здесь кипела жизнь, легионеры отдельного речного добросовестно несли службу, а сейчас скучает секста раздолбаев в убогой форме, спящие на посту.

— Отпусти, Эван. — заговорил альв. На него с интересом покосился Саша, но промолчал.

— Шагай, убогий. За что тебя только сослали в такую глушь.

— Из-за..

— Заткнись, мразь. Мне всё равно.

Некоторое время он топал молча, поднимая облачка пыли за собой.

— Это кто? — не выдержал Саша.

— Альв, под прикрытием. Настолько убогий, что его сослали сюда командовать кучкой отребья.

— Серьёзно? — приподнял бровь сын.

— Слышь, Зыгур, сними амулет, дай полюбоваться на твою красивую рожу.

Альв зло зыркнул на меня и не подумал даже что-то делать, продолжая топать вперёд. Напитал тело ци и призрачна пуля, выпущенная из барлера, отстрелила указательный палец на правой поднятой вверх руке. Зыкхыр, взвыв от боли, упал на колени, прижал ладонь к животу и принялся раскачиваться из стороны в сторону, баюкая покалеченную конечность и тихо скуля.

— Ты смотри и амулет при нём, слабенький, но есть. Я в центр целился.

— Тварь, сука, ненавижу… Всё из-за тебя… — полился поток отборных ругательств. Перед глазами альва начал медленно и рвано формироваться какой-то рисунок заклинания.

— Как в плохом кино..

Три беззвучных выстрела в спину альва поставили точку в этом цирке. Тело завалилось набок, несколько раз дёрнулось и затихло. Ещё раз выстрелил в голову и убрал барлер в кобуру, а прозрачную руку обратно в тело.

— Поехали, нам ещё далеко. — посмотрел на побледневшего сына. — Что такое?

— Ничего. — отвернулся парень и тронул лошадь, таращившуюся на окровавленный труп тупыми ничего не понимающими глазами.

— Это альв, Саша. — поравнялся с ним. — Они уничтожили нашу прошлую жизнь, наш мир и пришли сюда, сделать здесь то же самое. Стоило его пожалеть?

— А мы позорно сбежали… — выпалил подросток.

— Забыл в каком вы все были состоянии? — тронул его за плечо. Сын дёрнул им, сбрасывая мою руку.

— Не забыл. — огрызнулся он, отворачиваясь.

— Так чего ты? Сейчас мы не бежим. Делаем что можем.