Чтение онлайн

— Не обману, леший. — пробормотал я, доставая из-за пазухи кусок ткани.

Третий час ползал по поляне на карачках, старательно вырезая ножом в почве линии печати. Справа возвышалось безучастное к моим действиям здоровенное дерево, очень похожее на те, что уже дважды видел в местах силы. Слева разбила временный лагерь моя семья. Миуки и Саша наперебой рассказывали о наших приключениях внимательно слушающему Жене, иногда ему удавалось вставить вопрос в непрекращающийся рассказ. Чувствовал, что мой половинке больше интересно, что делаю я, но она понимала, что не стоит лезть и лучше занять пацанов, которые тоже поглядывали в эту сторону.

— Вроде бы, всё. — пробормотал под нос. — Проверка.

Поднялся на ноги и принялся медленно обходить огромный рисунок, раскинувшийся чуть ли не на всю площадь поляны. Четыре элемента печати были в наличии. Дерево олицетворяло жизнь, тёмный запечатанный лоа зло, леший — добро, с этим можно спорить, но это для меня было неважно. Остановился рядом с тушей лося, из глаза торчала стрела. Потратил целый час на его выслеживание.

— Смерть. — присел на корточки и погладил по ещё тёплой шкуре зверя, лежащего в начертанной мной фигуре. — Извини..

Ещё раз обошёл все узлы и линии печати, остановился и потёр уставшие глаза. Окинул поляну взглядом, мысленно проверяя, в который уже раз всё ли правильно и потопал к поднявшимся ребятам.

— Всё, можем начинать. Идём, Женя, скоро будет темнеть. Давай уже сделаем это.

— Готов. — твёрдо кивнул бледный парень. — Что мне делать?

— Я покажу. — закинул его руку себе на шею.

Через несколько минут усадил сына в центр печати. Прошёлся вдоль восточного луча, на ходу доставая из-за пазухи кусок ткани, разложил её на земле в нужном месте. Повернулся и потопал к западному лучу, здесь меня ждала Миуки. Девушка протянула кусок брезента, на котором давным-давно была помещена печать с тёмным лоа, пойманным в Великом лесу. Благодарно кивнул и разложил его внутри фигуры. Мы обменялись взглядами с лисой, она широко улыбнулась и пошла к мнущемуся в стороне младшему.

Евгений, сидящий в центре печати, хрустел суставами, нервно заламывая подрагивающие пальцы. Ободряюще кивнул ему, слегка улыбнувшись, посмотрел в небо, моля кого-то о помощи и удачи.

— Ладно, поехали. — прошептал я.

Из левой руки метнулся тёмный кнут, состоящий из моей ци, к лежащему на земле брезенту. Кончик аккуратно стеганул по ткани, разрезая и нарушая давнюю угольно-чёрную печать. Линии пошли маревом, над брезентом поплыл воздух и как-то сразу возникла огромная тёмная змея, свернувшаяся кольцами. Мутные глаза непонимающе осмотрелись, лоа дёрнул головой. В этот момент энергетическое лассо обхватило толстую шею пока ещё сонного дезориентированного лоа.

Из правой руки метнулся кнут и нарушил печать на куске ткани, лежащей на восточном луче. Неясная тень попыталась метнуться к ближайшим деревьям, но была перехвачена. Над землёй повис недавно пойманный леший этого леса.

Почувствовал усиливающееся сопротивление тёмного лоа, он явно быстро приходил в себя и был в бешенстве. Растопырил пальцы левой руки в усиливающем жесте. Левое лассо раздулось в несколько раз, прижимая дёргающегося духа к земле. Справа бесновался леший, пытаясь вырваться.

Посмотрел на сидящего в центре рисунка Женю, кивнул ему и опустил лешего на землю. Как только лоа коснулся травы, все линии, нарисованной мной печати, вспыхнули. Жертвы выгнуло дугой, дерево вздрогнуло и зашумело, как-будто на него налетел шквальный ветер. Только туша лося, осталась лежать неподвижно. Убрал своё ци и сделал десяток шагов назад, наблюдая, как бушует энергетический торнадо в центре поляны, где сидел мой старший сын.

Тёмная энергия вливалась в золотистую, вокруг них бесновалась почти невидимая белёсая, тянущаяся от северного луча. Весь этот клубок перемешивался над головой парня, и странная серая энергия втекала ему в голову обильным потоком. Женя опёрся на худые руки, выгнул спину и смотрел вверх совершенно безумным взглядом. Из пупка парня вытекал толстый канат чёрной энергии в сторону южного луча нарисованной звезды и втягивался в начавшую подрагивать тушу лося.

Как-то в один момент всё закончилось. Женя медленно опустился на землю и лежал тяжело дыша. Линии печати потухли и теперь чернели обугленными краями среди зелёной травы поляны. Дерево потеряло половину листьев, засыпавших всё вокруг, как глубокой осенью. Лоа нигде не было видно. Труп лося раздуло и выглядел он теперь так, как-будто пролежал здесь никем не тронутый не меньше месяца. Стараясь не смотреть на неприятную картину, подошёл к замершему сыну, лежащему в центре выжженного в земле квадрата.

— Ты как? — наклонился к нему и посмотрел в глаза.

— Не знаю, пап, но не болит ничего, вроде бы. — прохрипел он. — Дай воды?

Следующую неделю провели дома. Всё время настороженно ходя вокруг повеселевшего Евгения и сиюминутно спрашивая как он себя чувствует. Под конец он уже начал рычать только при нашем приближении. Но уже и так все видели, что ритуал сработал. Парень хорошо ел и спал, у него ничего не болело, он начал значительно больше двигаться. Даже успел немного поправиться, Миуки и Саша наперегонки закармливали Женю разными вкусностями. Даже завидно стало.

Понемногу начало приходить понимание, что, кажется, получилось. Осознал, какой камень всё время висел на душе. Сделалось необычайно легко и комфортно. Хотя нет-нет, а закрадывались мысли, а вдруг болезнь вернётся, но дышать стало намного легче.

Несколько раз быстро наведался к Байрону, там всё было без особых изменений. Войска начали штурм Гравка. Защищать порт было особо не кому, поэтому после доклада разведки, было принято решение его не стирать с лица земли. Сейчас там заканчивали зачистку, городок пострадал не сильно. Стад упорно сопротивлялся, поэтому его треть лежала в руинах, а остальная часть выглядела не сильно лучше. Легионы подошли к Тикруну и вот-вот готовились начать штурм. Всё это со слов магистра, склонного преувеличивать разыгравшуюся драму войны. Я вообще не ожидал от него такой сентиментальности. Не уверен, что он сможет служить после всех этих событий дальше, как бы ни сломался маг.

На седьмой день рискнул оставить детей на полдня одних. С Миуки покинули деревню и провели время вдвоём, наслаждаясь только друг другом и природой. Когда вернулись после обеда обратно, нас ждал сюрприз. На воротах вартовые сообщили, что ко мне заявились гости, мужчина и женщина. Гадать, кто это было не нужно.

— Всё нормально, Эван. — легонько толкнула в плечо кицунэ, шагавшая рядом.

— Конечно, ты же у меня есть. — улыбнулся девушке.

Заглянул через забор в собственный двор. Атмосфера царящая там, мне не понравилась. Перед крыльцом стояла, спиной ко мне, Вика. В дверях в воинственной позе застыл Женя. У перил замер Саша, во все глаза рассматривая свою мать. В стороне небрежно стоял, прислонившись к стволу дерева, высокий мужчина и профессионально контролировал местность. Его глаза тут же вцепились в меня. Сложенные на груди руки едва заметно дёрнулись, правая поглубже нырнула под свободную куртку. Показалось, или действительно почудилось характерное движение большим пальцем? Перед ним лежали объёмные походные рюкзаки местного покроя.

— Ты нас бросила! — донёсся голос Евгения до меня.

— Женя! Я пыталась помочь, пыталась найти лекарство.

— Где? У них? Нашла? Давай! — опять категоричный тон сына и он стоит с протянутой рукой, так и не сдвинувшись с места.

— Женя..

— Нет? А как же так получилось? — распылялся всё больше старший. — Оставить своих детей и уйти прислуживать этим!? Что тебе здесь надо?

— Я просто хотела..

— Что? — перебил её парень. — Я всё ещё не сдох! Сашка тоже в порядке! Отец нас вытащил в который уже раз! Он! Не ты!